Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


Предыдущая | Содержание | Следующая

2. Эпоха Древнего Востока (III—II тысячелетия до н.э.)

2. 1. Возникновение первых классовых обществ

Первые классовые общества возникли как небольшие острова в море первобытного общества. Это произошло на рубеже IV-III тысячелетия до н.э., по-видимому, почти одновременно в двух местах земного шара: в северной части долины Нила и на юге междуречья Тигра и Евфрата. Эти общества относились к одному и тому же типу - древнеполитарной общественно-экономической формации. Классовое общество появилось как общество древнеполитарное. Оно возникло из предшествовавшего ему протополитарного общества - одной из шести проформаций, существовавших на предклассовой стадии исторического развития.

Классовые общества столь резко отличались от первобытных, что по отношению к ним все последние, вместе взятые, выступили теперь как один исторический мир, разделенный на три субмира: первобытно-коммунистический, первобытно-престижный и предклассовый. Из всех этих субмиров в последующей истории человечества заметную роль играл лишь один - предклассовый (варварский). Таким образом, основным стало деление человечества на два исторических мира: первобытный, прежде всего варварский, который весь стал инфериорным, и классовый, а именно древнеполитарный, который был супериорным.

2.2. Социально-экономический строй древнеполитарных обществ

В политарных обществах, причем не только в тех, что существовали в эпоху Древнего Востока, но и во многих более поздних (вплоть до XX в.), господствующим был древнеполитарный способ производства. Этот способ существовал в трех вариантах. Один из них был основным, самым распространенным, и когда говорят об азиатском способе производства, то только его и имеют в виду.

При этом варианте древнеполитарного способа производства эксплуатируемым классом являются крестьяне, живущие общинами. Крестьяне или платят налоги, которые одновременно представляют собой земельную ренту, или, что реже, наряду с ведением собственного хозяйства обрабатывают землю, урожай с которой поступает государству. Этих крестьян нередко в порядке трудовой повинности используют на работах различного рода (строительство и ремонт каналов, храмов, дворцов и т.п.).

Крестьянские дворы, таким образом, входят одновременно в состав двух разных хозяйственных организмов: крестьянской общины и политархии.[3] Как составные части крестьянской общины они представляют собой ячейки по производству необходимого продукта; они же в составе политархии и сама политархия в целом суть ячейки по производству прибавочного продукта, идущего классу политаристов. Как явствует из сказанного, древнеполитаризм в данном варианте - двухэтажный способ производства. Политарный общественно-экономический уклад включает в себя в качестве своего основания крестьянско-общинный уклад.

Таким образом, при данном варианте политаризма, который можно назвать политарно-общинным или политообщинным, частная собственность на средства производства вообще, на землю прежде всего раздвоена. Общеклассовая политарная частная собственность является при этом не полной, а верховной, и, разумеется, как всякая верховная частная собственность представляет собой собственность не только на землю, но и на личности непосредственных производителей. Крестьянские общины или отдельные крестьянские дворы при этом - подчиненные собственники земли, а входящие в них крестьяне - подчиненные собственники своей личности, а тем самым и своей рабочей силы.

Существовавшие в недрах крупных политарных социоисторических организмов крестьянские общины не были простыми их подразделениями. В основе этих общин лежали иные социально-экономические отношения, чем те, что образовывали базис классового социоисторического организма, в который они входили. Поэтому крестьянские общины обладали некоторыми особенностями социоисторических организмов, выступали в ряде отношений как подлинные социоры. В частности, они имели свою особую культуру, отличную от культуры классового социоисторического организма, в состав которого входили. Они были субсоциорами.

Крестьянские общины являлись глубинной подосновой политообщинных обществ. Древнеполитарные социоисторические организмы возникали, исчезали, сливались и раскалывались. Но общины при этом сохранялись.

Даже самые небольшие протополитархии включали в себя несколько пракрестьянских общин. В таком случае верховному правителю - протополитарху - были непосредственно подчинены старосты общин. Что же касается политархий классового общества, то они обычно имели не менее трех уровней управления. Политарху подчинялись правители подразделений политархии (дистриктов, округов) - субполитархи, которым в свою очередь были подчинены старосты общин. В очень крупных политархиях могла существовать четырехзвенная система управления: политарх - субполитарх первого разряда - субполитарх второго разряда (субсубполитарх) - староста крестьянской общины.

В идеале весь прибавочный продукт должен был поступать в распоряжение политарха, который, оставив себе определенную его часть, все остальное должен был распределить между членами политосистемы. В некоторых политархиях действительно предпринимались попытки сконцентрировать весь этот продукт в одном месте с последующей его раздачей членам господствующего класса.

Но чаще всего правители территориальных подразделений политархии - субполитархи, собрав налоги, оставляли себе определенную их долю, а все остальное передавали вышестоящему правителю. Если этот правитель тоже был субполитархом, то он, получив налоги от всех нижестоящих субполитархов, опять-таки оставлял себе часть, а остальное передавал выше. В конце концов, часть продукта, причем обычно значительная, оказывалась в руках политарха.

Правители всех рангов использовали полученный ими в распоряжение продукт не только и даже не столько для собственных нужд, сколько для содержания подчиненного им аппарата управления, состоявшего из различного рода должностных лиц. Протополитарх за счет полученного им продукта содержал центральный аппарат управления. Чаще всего чиновники, которые не являлись субполитархами, получали причитающуюся им долю продукта в виде своеобразного жалования натурой. Жалование получали и люди, обслуживающие политарха и его семью.

Однако в некоторых политархиях ряд должностных лиц получал от политарха не жалование натурой, а право на сбор части или даже всего налога с определенного числа крестьян, иногда даже с целой крестьянской общины. Такого рода вариант можно было бы назвать алиментарным (от лат. alimentum - содержание). Алиментарист не приобретал никаких особых прав ни на землю алиментариума, ни на личности крестьян-алиментариев, кроме тех, что он имел как член господствующего класса. Он получал лишь особое право на часть созданного в алиментариуме продукта до тех пор, пока занимал должность. С лишением должности это право терялось.

Чтобы понять природу второго и третьего вариантов древнеполитарного способа производства, необходимо принять во внимание, что хотя данный способ был господствующим в политарных обществах, он чаще всего не был единственно существующим. Наряду с политарными отношениями в них обычно бытовали и доминомагнарные отношения. Последние могли представлять собой придаток к господствующему политарному укладу, а могли образовывать и особый общественно-экономический уклад, разумеется, подчиненный. Тем самым в древнеполитарных обществах наряду с политарной частной собственностью и обособленной собственностью крестьян или крестьянских общин в том или ином объеме существовала и персональная полная частная собственность. Эта персональная частная собственность, равно как обособленная собственность крестьян, носила подчиненный характер.

Возникновение древнеполитарного общества означало конец политарного классообразования, но не классообразования вообще. Практически во всех политарных обществах на определенных этапах их развития начинался процесс плутарного расслоения, возникновения персональной полной частной собственности, становления доминарных, магнарных и доминомагнарных отношений, процесс вторичного классообразования. Этот процесс выражался в обезземеливании крестьян, в лишении их возможности самостоятельно вести хозяйство. Соответственно возникали доминомагнарные хозяйственные ячейки (доминомагнариумы), в которых работали лишившиеся средств производства люди.

Доминомагнаристами могли быть не только люди, не входившие в политосистему, но и ее члены. Политаристы нередко при этом стремились к превращению части корпоративной частной собственности в корпоративно-персонализированную, а затем и в персональную частную собственность.

Наряду с развитием более или менее самостоятельного доминомагнарного уклада в древневосточных обществах наблюдался и своеобразный синтез политарных и доминомагнарных отношений. Результатом его и было появление еще двух, кроме политообщинного, вариантов древнеполитарного способа производства. Оба они не требовали обязательного существования крестьянской общины. Политарная частная собственность здесь была не верховной, а полной.

Один из них предполагал, что государство само непосредственно вело хозяйство руками людей, полностью лишенных основных средств производства. Эти производители работали на полях партиями во главе с надсмотрщиками. Весь урожай с этих полей поступал в государственные закрома. Работники и их семьи получали довольствие натурой с казенных складов. Некоторые из этих работников могли быть рабами. Но основную массу составляли местные жители, которые рабами не являлись. Они пользовались определенными правами, имели, как правило, семьи и нередко, если не всегда, владели каким-то имуществом. Здесь перед нами своеобразное сращивание политаризма с доминарным способом производства. Поэтому данный вариант политарного способа производства можно назвать политарнодоминарным, или, короче, политодоминарным. Он встречался не очень часто.

Политодоминарные отношения лишали работника всякого стимула к труду и предполагали создание огромного бюрократического управленческого аппарата, на содержание которого шла большая часть прибавочного продукта. Поэтому там, где они утверждались, рано или поздно происходила деградация экономики. Примером может послужить история хозяйства царства Шумера и Аккада при III династии Ура.

Третий вариант в известной степени является промежуточным между первым и вторым. При нем работникам выделяются участки земли, которые они обрабатывают в известной мере самостоятельно, причем степень этой самостоятельности была различной. Часть урожая, выращенного на участке, шла государству, другая оставалась производителю. Кроме земли, работник нередко получал в пользование также посевное зерно, рабочий скот, инвентарь. Здесь наблюдается своеобразное срастание политарного и магнарного способов производства. Поэтому данный вариант политарного способа производства можно назвать политарномагнарным, или политомагнарным. Он встречался реже, чем политообщинный, но чаще, чем политодоминарный.

Иногда работник получал в свое распоряжение весь урожай, выращенный на выделенном ему участке, но в таком случае часть своего времени он работал, нередко в составе партии во главе с надзирателем, на государственном поле, весь урожай с которого шел в казенные хранилища. У некоторых подобного рода работников собственное хозяйство было явно подсобным и не могло обеспечить существование ни их самих, ни их семей. Поэтому они получали регулярные выдачи из государственных житниц. О таких работниках зачастую трудно сказать, были ли они политомагнарно- или политодоминарно-зависимыми. Политодоминарные работники могли превращаться и превращались в политомагнарных. Имела место и трансформация последних во вторые.

Крестьяне, разоряясь и лишаясь земли, становились и политомагнариями, и политодоминариями, и просто доминариями и магнариями. Если такой процесс носил массовый характер, то при этом исчезали крестьянские общины. С другой стороны, политомагнарии и просто магнарии могли стать и становились крестьянами. В результате снова возникали крестьянские общины. В политарных обществах наблюдался процесс как исчезновения, так и возрождения крестьянских общин.

Еще один источник политомагнаризма - войны. Захваченных в плен людей нередко сажали на землю, снабжали инвентарем, и они вели хозяйство, отдавая часть урожая государству. Население покоренных стран могло специально принудительно переселяться в другие области государства. С течением времени такого рода зависимые работники чаще всего превращались в крестьян. Соответственно у них возникали общины.

2.3. Орбополитаризм и урбополитаризм

Существуют два основных подтипа древнеполитарного общества. Первый - общество, в котором первоначально безраздельно господствовал древнеполитарный способ производства, - собственно древнеполитарное общество. Второй подтип - общество, в котором с самого начала наряду с господствующим древнеполитарным общественно-экономическим укладом не просто существовал, но играл значительную роль доминомагнарный уклад, - общество древнеполитомагнарное.

В литературе собственно политарные общества иногда именуют «деревенскими», политомагнарные - «городскими». И для этого имеются основания. И в политарном обществе существовали города, но они представляли собой административно-управленческие центры - столицы политархий и их подразделений - субполитархий. В политомагнарном обществе город был не столицей политархии, а совпадал с самой политархией, был самой политархией. Такие социальные образования в литературе часто именуют городами-государствами. Их можно было бы назвать урбополитархиями (от лат. urb - город).

За этим различием скрывается другое, более серьезное. Протополитархия «деревенского» подтипа, которую я буду называть орбополитархией (от лат. orbo - мир, страна, область), состояла из общин, но сама общиной не была. Всех людей, входивших в ее состав, объединяло лишь одно: все они были подданными одного политарха. Все общины политархии соединяла воедино политосистема во главе с политархом. Основой протополитархии были, если можно так выразиться, верховые экономические связи, связи между членами господствующего класса.

В «городской» политархии были и политосистема, и политарх. Но людей, входивших в ее состав, объединяли не только эти верховые связи. «Городская» протополитархия в отличие от «сельской» в главном и основном была одновременно и своеобразной великообщиной. Поэтому она основывалась не только на верховых, но и низовых экономических связях. Большинство жителей «городской» политархии было не только подданными политарха, но и членами этой великообщины, т.е. пусть своеобразными, но тем не менее общинниками. Кроме полноправных членов великообщины - «великообщинников», или «граждан», в состав урбополитархии могли входить и обычно входили люди, которые не были членами великообщины и тем самым «гражданами». Но хотя совпадение великообщины и урбополитархии не было абсолютным, это не меняло суть дела.

Наряду с простыми урбополитархиями, существовали и сложные. Социоисторический организм, кроме собственно урбополитархии, мог включать в себя несколько подчиненных ей крестьянских общин. Такой социор соединял особенности урбополитархии и орбополитархии. Наконец, более могущественная урбополитархия могла подчинить себе несколько более слабых. В последнем случае перед нами пусть небольшой, но тем не менее ультрасоциор.

Оба названных подтипа древнеполитарной формации существовали на самой заре классового общества.

Египетское общество было «деревенским», древнеполитарным. Эта страна, как известно, довольно отчетливо разделена на две части: Верхний Египет и Нижний Египет. Каждая из них состояла из областей, которые носили название номов. В период Нового царства на территории Верхнего Египта насчитывалось 22 нома, в Нижнем - 20 номов.

Номы, вероятно, возникли очень рано и первоначально представляли собой протополитархии (вождества). В последующем стали возникать более крупные протополитархии, включающие в себя несколько номов. Произошло это далеко не мирно. Имеются различного рода данные, свидетельствующие о войнах между отдельными номами и их объединениями.

В конце концов, одна из протополитархий поглотила все остальные. Объединение Египта обычно связывают с именем фараона Мины (Менеса), или Хора Бойца, который основал Мемфис и стал родоначальником первой общеегипетской династии. Но, как свидетельствуют данные, объединение произошло еще при его предшественниках. Уже цари нулевой династии Хор Скорпион, Хор Двойник и Хор Сом (Нармер) были правителями всего Египта. Трудно совершенно точно сказать, когда именно в Египте предклассовое общество сменилось классовым, но, несомненно, что при фараонах нулевой династии египетское общество уже было цивилизованным. В это время уже существовала довольно развитая иероглифическая письменность.

Если для Египта был характерен «деревенский» вариант развития, то для другой ранней цивилизации - шумерской - «городской». Египет перешел на стадию классового общества скорее всего тогда, когда возникло политическое объединение в масштабах значительной части долины Нила. Единый Египет был уже не протополитархией, а политархией.

Иначе обстояло дело в Двуречье. К моменту перехода на стадию классового общества на этой территории существовало множество небольших протополитарных социоисторических организмов. Именно они и превратились в столь же небольшие политархии. Одни из них были простыми урбополитархиями, другие - ультрасоциорами.

2.4. Исторические гнезда

Таким образом, в долине Нила классовое общество возникло в форме крупного социоисторического организма, население которого говорило на одном языке и имело общую культуру, в междуречье Тигра и Евфрата - в виде региональной системы, состоявшей из нескольких десятков небольших социоисторических организмов (городов-государств), жителей которых объединяли язык и культура. Общим термином для обозначения этих двух видов бытия классового общества могло бы быть словосочетание «историческое гнездо». Таким образом, можно говорить о египетском социоисторическом гнезде и шумерской гнездовой социорной системе. И египетское, и шумерское классовые гнезда были первичными классовыми обществами.

2.5. Дальнейшее развитие древнеполитарного общества. Возникновение ближневосточной мировой системы

Процесс дальнейшего перехода человечества от первобытного общества к классовому шел в различных регионах по-разному. Можно выделить два основных пути развития.

Первый путь - появление новых одиночных исторических гнезд, новых островов в море первобытного общества. Во второй половине III тысячелетия до н.э. новое историческое гнездо возникло в долине Инда - цивилизация Хараппы, или Индская. Согласно древним китайским историческим преданиям первая цивилизация Ся возникла на территории этой страны в 2205 г. до н.э. и просуществовала до 1766 г. до н.э. Однако пока бытие ее остается под вопросом. Первое, бесспорно, существовавшее классовое общество в Китае - Иньская, или Шанская, цивилизация - появилось в долине Хуанхэ согласно историческим преданиям в XVIII в. до н.э. Но самые древние известные науке памятники древнекитайской письменности относятся лишь к XIII-XII вв. до н.э. И хотя и Индское, и Иньское классовые общества появились тогда, когда на земле уже несколько веков существовали другие цивилизации, они возникли не под влиянием и без влияния последних. И в этом смысле эти цивилизации не в меньшей степени, чем Шумер и Египет, могут быть названы первичными.

Между Шумером и Египтом с самого начала существовали какие-то связи. Несомненно, наличие определенных отношений между Нижним Двуречьем и Индской цивилизацией. Китай же на протяжении всей эпохи Древнего Востока находился в изоляции от остальных классовых обществ.

Второй путь развития - появление новых исторических гнезд по соседству со старыми историческими гнездами и в значительной степени под влиянием последних. Данные классовые общества уже были вторичными. Этот процесс первоначально имел место лишь на Ближнем Востоке. Следствием было появление огромной системы исторических гнезд, охватывавшей весь этот регион.

Процесс шел постепенно. Прежде всего в первой половине III тысячелетия к востоку от Месопотамии возникла цивилизация Элама. Во второй половине того же тысячелетия на острове Бахрейн и прилегающей к ней части Аравийского полуострова появилась цивилизация Дильмун, через которую осуществлялись связи между Нижней Месопотамией и цивилизацией Хараппы. В это же, а может быть, и в более раннее время классовое общество появилось на севере Нижней Месопотамии. Примером может послужить урбополитархия Аккад, по имени которой стала называться целая область. Ее населяли не шумеры, а семиты.

А затем началось заполнение классовыми социоисторическими организмами обширной территории, которую принято называть Благодатным, или Плодородным, полумесяцем. Эта полоса плодородных земель тянется от Нижней Месопотамии на север, затем на запад, включая в себя Верхнюю Месопотамию, часть Анатолии, Сирию, Ливан и Палестину, вплоть до Синайской пустыни. К западу от Нижней Месопотамии и к западу и югу от вогнутой части Плодородного полумесяца простиралась полоса сухих степей, полупустынь и пустынь, самой крупной из которых была Аравийская. Здесь обитали пастушеские народы, которые, продолжая оставаться на предклассовой стадии развития, постоянно вторгались в пределы политарных обществ. Также вели себя и скотоводы, жившие на востоке от Двуречья.

Во второй половине III тысячелетия до н.э. классовые общества уже существовали и на востоке Верхней Месопотамии, где выделяются города-государства Ашшур и Ниневия, и в ее западной части, где наиболее известно царство Мари. Классовые общества возникают к этому времени и в Северной Сирии. Из них наиболее знаменита недавно открытая цивилизация Эблы, которая в отличие от других ранних цивилизаций не была речной.

В конце III и начале II тысячелетий до н.э. классовые общества существуют уже по всему Восточному Средиземноморью. На севере Сирии возникло царство Ямхад со столицей в г. Халебе. Далее по побережью Сирии и Ливана протянулась цепочка финикийских городов-государств (Угарит, Библ, Сидон, Тир и др.). Имеются основания полагать, что в Библе, который был тесно связан с Египтом, классовое общество возникло гораздо раньше, может быть, даже в первой половине III тысячелетия до н.э. Среди урбополитархий, возникших на территории Палестины во II тысячелетии до н.э., выделяется город-государство Хацор.

В конце III тысячелетия до н.э. классовое общество возникает в Малой Азии (Анатолии). Первыми этот шаг сделали хатты, затем уже во II тысячелетии их сменили хетты. Возникло могущественное Хеттское царство, власть которого в эпоху расцвета распространялась почти на всю Анатолию. В Верхней Месопотамии после недолговечной державы Шамши-Адада I возвысилось хурритское государство Митанни, распространившее свою власть и на Северную Сирию. Оно вступило в борьбу сначала с Египтом, а затем с Хеттской державой и, в конце концов, пало под ударами последней. На рубеже III-II тысячелетий классовое общество возникло на о. Крит, который принято относить к Европе. Вслед за Минойской цивилизацией в XVII-XVI вв. до н.э. на юге Балканского полуострова, т.е. в материковой Европе, появилась Микенская (Ахейская) цивилизация. В XV в. до н.э. микенские греки вторглись на Крит и подчинили его себе. Это дало основание говорить о Крито-Микенской цивилизации. На рубеже II-I тысячелетий до н.э. классовые общества начали возникать в области Армянского нагорья. В IX в. до н.э. там сложилось крупное государство Урарту.

Такое пространство, включавшее в себя множество тесно связанных исторических гнезд, в последующем изложении будет именоваться исторической ареной. Ближневосточная историческая арена уже не может быть названа островом в море первобытного общества. Это был целый континент, причем первый такого рода континент.

Занимая лишь ограниченную часть земного шара, ближневосточная система социоисторических организмов тем не менее являлась системой мировой. Мировое значение этой системы проявилось в том, что ее существование и эволюция подготовили и сделали в дальнейшем возможным подъем человечества на следующую ступень исторического развития. Об Индии и Китае этого сказать нельзя. Они могли быть, могли не быть, но вплоть до нового времени это не могло сколько-нибудь существенно сказаться на мировой истории. В течение III и II тысячелетий до н.э. ближневосточная арена, которая была не только первой, но единственной существующей в то время исторической ареной, являлась центром мирового исторического развития.

С этих пор можно говорить о разделении мира на исторический центр (ядро), или просто центр, и историческую периферию, или просто периферию. Центр был классовым, древнеполитарным, периферия делилась на первобытную, прежде всего варварскую, и классовую. Ни первобытная, ни классовая периферия не представляли собой единого целого. Классовая периферия состояла из нескольких, первоначально во многом изолированных исторических гнезд.

2.6. Циклический характер развития древнеполитарных обществ

Характерным для древневосточных обществ был циклический характер их развития. Они возникали, расцветали, а затем приходили в упадок. В большинстве случаев последний проявлялся в распаде крупного социоисторического организма на несколько более мелких, каждый из которых продолжал оставаться классовым обществом, в превращении его в гнездовую систему социоров. При этом исчезали крупные социоисторические организмы, но цивилизация сохранялась. В последующем гнездовая система социоров могла снова превратиться в один социоисторический организм, и общество вступало в новый период расцвета, который завершался очередным упадком.

Циклический характер развития древневосточных обществ особенно наглядно виден на примере Древнего Египта.

Период царствования фараонов нулевой, первой и второй династий обычно объединяют под названием Раннего царства (XXXI-XXIX вв. до н.э.). На смену ему пришел период Древнего, или Старого, царства (ХХVIII-ХХIII вв. до н.э.).

Наивысшего расцвета Старое царство достигло во время правления IV династии. В царствование фараонов V и VI династий начался упадок. Страна распалась на номы или небольшие объединения номов, которые находились во враждебных отношениях. Наступил Первый переходный период, который длился с середины XXIII в. до середины XXI в. до н.э. Внутренним упадком страны воспользовались соседние народы (ливийцы на западе, пастушеские народы на востоке), которые начали опустошать Нижний Египет.

Спустя некоторое время началось движение за объединение Египта. На севере его возглавили правители Гераклеополя, на юге - правители Фив. Северные правители даже объявили себя царями Верхнего и Нижнего Египта (IX-X династии). Однако их власть никогда не простиралась на всю страну. Южные номы, сплотившиеся вокруг Фив, не признавали их гегемонии. Результатом ожесточенной борьбы между Гераклеополем и Фивами была победа правителя последних - Ментухетепа, который объединил разрозненные номы в единое централизованное государство. Наступил период Среднего царства (2050-1750 гг. до н.э., XI--XIII династии).

Снова возобновились завоевательные походы против соседей. Была завоевана Нубия. Границы страны отодвинулась от Асуана до второго порога. Власть египетских фараонов распространилась не только на Синайский полуостров, но и на часть Палестины и некоторые города Финикии.

В XVIII в. до н.э. обострились социальные противоречия в Египте. Страна снова начала клониться к упадку. Вспыхнуло народное восстание против существующего строя. Возникшим тяжелым положением воспользовались внешние враги. В конце XVIII в. вторгнувшиеся со стороны Синая скотоводы-гиксосы заняли всю Дельту, а затем подчинили и Верхний Египет. Наступил Второй переходный период (вторая половина ХVIII-XVII вв. до н.э.).

Реальная власть в это время находилась в руках местных правителей - номархов. Верхний Египет представлял собой совокупность практически самостоятельных номов, зависимость которых от завоевателей была во многом формальной и сводилась к уплате определенной дани. А на юге Египта власть гиксосов вообще была ничтожной.

После смерти гиксосского царя Хиана (XVII в. до н.э.), которому на короткое время удалось подчинить весь Египет, гиксосское государство стало слабеть, а самостоятельность номов, особенно фиванского, возрастать. Именно Фивы стали центром движения за освобождение Египта от гиксосов и одновременно объединения страны. Их правители провозгласили себя фараонами и основали XVII династию, которая правила одновременно с гиксосскими царями.

Один из фараонов этой династии - Камес - стал во главе борьбы за изгнание гиксосов. Его брат - Яхмес - завершил ее, уничтожив державу гиксосов. Было восстановлено египетское централизованное государство, и начался новый период в истории этой страны - эпоха Нового царства (1580-1085 гг., XVIII-XX династии).

Снова начались завоевательные походы. Была реорганизована армия. Используя ее мощь, фараоны ХVIII династии вели активную внешнюю политику. Только за 22 года своего единоличного правления Тутмос III совершил 15 победоносных походов. Его предшественниками и им были покорены Палестина, Сирия, Финикия. На юге граница отодвинулась вплоть до четвертого нильского порога. Образовалась великая Египетская держава. Египтяне теперь уже не ограничивались простым взиманием дани с местных правителей. Создавалась постоянная египетская администрация, управляющая захваченными территориями.

При последних фараонах XVII династии положение начало ухудшаться. Великая военная держава стала разваливаться. Возрождение ее произошло при фараоне XIX династии Рамсесе II (1301-1235 гг. до н.э.). Самым серьезным соперником Египта было могущественное Хеттское государство. Длительное противоборство двух великих держав Ближнего Востока в конце концов завершилось заключением в 1280 г. до н.э. мирного договора между Рамсесом II и хеттским царем Хаттусили III. Два государства договорились об отказе от применения силы друг против друга, об установлении прочного мира, решении спорных вопросов мирными средствами, разделе сфер влияния в Восточном Средиземноморье.

При Рамсесе II для укрепления господства на захваченных территориях строились крепости, где стояли постоянные гарнизоны, в местные города поселялись коренные египтяне. Но успехи были недолговечными. Снова проявились признаки упадка. Начались волнения и смуты внутри страны. Была потеряна значительная часть прежних владений. Дельта стала ареной постоянных набегов ливийцев. После временного улучшения положения при Сетнехте - основателе ХХ династии - и его сыне Рамсесе III снова произошел распад государства. Наступил Третий переходный период (1085 - середина X в. до н.э.). При XXI (ливийской) династии страна была объединена, но очень не надолго. За распадом последовало ассирийское завоевание (674-665 гг. до н.э.). В конце VII в. до н.э. Египет освободился от чужеземного гнета и объединился под властью фараонов XXVI династии. Но в 525 г. до н.э. он был завоеван персами и вошел в состав державы Ахеменидов.

Как уже отмечалось, в отличие от Египта классовое общество в Двуречье возникло как система мелких социоисторических организмов. Правитель Аккада Саргон (2316-2261 гг. до н.э.) объединил их под своей властью и создал могущественную державу, простиравшуюся от Персидского залива до Сирии. Но в начале XXII в. до н.э. Аккадское царство вступило в эпоху упадка и рухнуло под ударами кутиев. Вся последующая история Двуречья, как и история Египта, - непрерывное чередование периодов подъема и упадка: Царство Шумера и Аккада при III династии Ура (конец XXII - конец XXI вв. до н.э.) - вторжение пастухов-амореев и распад Месопотамии на несколько мелких царств - Старовавилонское царство (конец XIX - начало XVI вв. до н.э.) - нашествие пастухов-касситов - возвышение Ассирии (начало XIV - конец XIII вв. до н.э.) - временный расцвет при Навуходоносоре I (1126-1105 гг. до н.э.) - вторжение скотоводов-арамеев (халдеев) - новое возвышение Ассирии (начало IX в. -- VII в.в. до н.э.) и ее гибель (612-605 гг. до н.э.) - Нововавилонское царство (626-538 гг. до н.э.)- персидское завоевание (539 г. до н.э.).

В Китае возникшее около середины I тысячелетия до н.э. общество Инь пришло в упадок и в конце XI в. до н.э. рухнуло под ударами чжоусцев. Возникла новая держава - Западное Чжоу.

Как видно из сказанного, пришедшее в упадок классовое общество нередко либо подпадало под власть процветавших соседних цивилизованных обществ, либо становилось добычей соседей-варваров. В случае вторжения последних нередко говорят о гибели этого общества и видят ее причины в варварском завоевании. В действительности вовсе не действия варваров, сами по себе взятые, привели к деградации классового общества, а, наоборот, его упадок создал условия для варварского вторжения.

Варварское завоевание может привести к тому, что классовое общество погибнет, причем не в смысле исчезновения тех или иных конкретных социоров, а в том, что оно перестанет быть классовым, рассыплется на массу предклассовых социоисторических организмов. В таком случае можно говорить о гибели цивилизации в точном смысле слова. Наряду с супериоризацией социоисторических организмов могла иметь и имела место и их инфериоризация.

Цивилизация Хараппы, возникнув около XXIII вв. до н.э., исчезла в XVIII в. до н.э. С ее гибелью произошел возврат на стадию предклассового общества. Исчезли города и письменность. Вновь классовое общество на территории Индии возродилось лишь в начале I тысячелетия до н.э. В XII в. до н.э. погибла Крито-Микенская цивилизация. Прекратилось монументальное строительство, исчезла письменность. На всей этой территории снова воцарилось предклассовое общество. Наступили «темные века».

Самым крупным в истории Древнего Востока нашествием варваров было начавшееся в XIII в. до н.э. вторжение «народов моря», которое сказалось на жизни значительного числа классовых обществ. В результате его в начале XII в. до н.э. не просто рухнула Хеттская держава, но на значительной части Анатолии произошел возврат к предклассовому обществу. Исчезли городские центры, прервалась традиция письменности. Вновь на этой территории классовые общества стали возникать лишь с конца X - начала IX вв. до н.э.

Ближневосточная мировая система состояла из множества исторических гнезд, подверженных циклическим изменениям. Вполне понятно, что эти изменения происходили не синхронно. В то время как одни общества расцветали, другие приходили в упадок. Общества, которые находились в зените развития, в результате завоевательной политики подчиняли себе множество других, ослабевших или вообще менее сильных. Возникали крупные военные державы, включавшие в свой состав большое число исторических гнезд.

Когда историческое гнездо, ставшее центром такого обширного образования, приходило в упадок, империя распадалась, исчезала, уступая место новым державам, которых постигала та же участь. Характерным для ближневосточной мировой арены был постоянный переход гегемонии от одних исторических гнезд к другим и соответственно постоянное изменение политической карты.

В последние века эпохи Древнего Востока возникла Новоассирийская держава, которая уже в следующий исторический период включила в себя почти всю ближневосточную мировую систему, а затем рухнула. Ее нередко называют первой в истории человечества мировой державой.

Картина распространения классовых обществ, сложившаяся к концу эпохи Древнего Востока, будет неполной без учета результатов финикийской колонизации. Финикийцы были первыми великими мореплавателями в истории человечества. Их корабли не только бороздили Средиземное и Черное моря, но вышли в Атлантику. Финикийские колонии возникли в Северной Африке (Утика, Гиппон, Карфаген и др.), в Сицилии (Мотня, Панорм и др.), Сардинии (Нора, Тарос и др.), на островах Мелита (Мальта) и Гавлос (Гоцо), на берегу Африки западнее Гибралтара (Ликс), средиземноморском (Малака, Секси и др.) и атлантическом (Гадир) побережьях Испании.

2.7. Закономерности развития древнеполитарных обществ

Когда общество приходит в упадок и особенно, когда гибнет цивилизация, то нередко ищут причины в чем угодно, но не в его социальных порядках: во вторжении варваров, в истощении почвы, в природных катаклизмах и т.п. Но если циклическим было развитие всех без исключения древневосточных обществ, то причины нужно искать в их социально-экономическом строе.

Происшедший впервые на Древнем Востоке переход от протополитарного общества к древнеполитарному, классовому был гигантским шагом вперед в истории человечества. Но техника, которую использовали крестьяне-общинники и вообще все политарно-зависимые работники, мало чем отличалась от той, которая существовала на предшествующем этапе развития - в предклассовом обществе. И металлургия меди, и металлургия бронзы возникли до появления первых древнеполитарных обществ и были унаследованы ими. В Шумере с самого начала использовалась бронза. Египет отставал. Его Раннее и Старое царства знали только медь. Переход к бронзовому веку произошел лишь с началом Среднего царства, что не выводило его на принципиально новый технический уровень по сравнению с предклассовыми обществами, в которых бронза к тому времени получила довольно широкое распространение.

На этом основании нередко делается вывод, что с переходом к классовому древнеполитарному обществу сколько-нибудь существенных сдвигов в развитии производительных сил не произошло. В основе данного вывода лежит сведение производительных сил к технике и соответственно прогресса производительных сил к росту производительности труда. И основание, на котором зиждился этот вывод, и сам вывод - ошибочны.

Увеличение продуктивности общественного производства может быть достигнуто не только за счет прогресса техники и роста производительности труда. Кроме технического способа повышения продуктивности общественного производства, а тем самым и уровня развития производительных сил, существуют и иные.

Детальное исследование сохранившихся вплоть до наших дней позднепервобытных и предклассовых земледельческих обществ, живших в природных условиях, сходных с теми, что были характерны для древневосточных социоров, показало, что, вопреки привычным представлениям, время, которое члены этих обществ уделяли земледельческому труду, было сравнительно небольшим: 100-150 дней в году. В классовых же, политарных обществах Азии земледельцы работали в поле не менее 250 дней.

Развитие производительных сил в позднепервобытном обществе сделало возможным появление протополитарных отношений. Стремление протополитаристов получить больше прибавочного продукта привело к возникновению мощного государственного аппарата и превращению протополитаризма в настоящий политаризм.

Утверждение политарных отношений и связанное с ним увеличение налогового бремени привело, во-первых, к возрастанию продолжительности рабочего дня, во-вторых, к увеличению числа рабочих дней в году. В результате при той же самой производительности труда резко выросла продуктивность общественного производства. Отношения эксплуатации, утвердившись, сделали создателей материальных благ совершенно иной производительной силой, чем той, которой они были раньше. Последние теперь оказались способными трудиться не только по много часов в день без длительных перерывов, но и работать систематически, постоянно, изо дня в день по много дней подряд, работать не только в меру сил, но и через силу.

Такой способ повышения продуктивности общественного производства, а тем самым и уровня развития производительных сил можно назвать темпоральным (от лат. tempus - время). На приведенном выше примере можно наглядно видеть, что новые производственные отношения не просто влияют на производительные силы, не просто способствуют их развитию, а создают, вызывают к жизни новые производительные силы.

Подобного рода развитие производительных сил общества возможно было только до какого-то более или менее определенного уровня. Этот уровень зависел, в частности, и от природных условий. В странах, в которых в силу климатических особенностей земледельческие работы в течение определенного сезона, например, зимой, невозможны, увеличить число рабочих дней земледельца за счет этого периода времени было нельзя. Для стран, где земледельческие работы возможны в течение всего года, а такими были восточные, такое ограничение отпадает. В качестве ограничивающего момента там выступают прежде всего особенности природы самого человека.

Производители материальных благ физически не могли работать сверх более или менее определенного числа часов в сутки и сверх более или менее определенного числа дней в году. Начиная с определенного предела, возрастание прибавочного продукта могло происходить только за счет изымания части жизнеобеспечивающего продукта, т.е. такого, который абсолютно необходим для физического выживания работников и членов их семей. Движение пресса эксплуатации на каком-то уровне должно было остановиться. Происходило это, разумеется, не автоматически. Нередко останавливало его сопротивление самих производителей, которое выражалось в форме и бунтов, и крестьянских войн. Там, где сопротивление было слишком слабым, работники физически изнашивались от непосильного труда и истощались от постоянного недоедания, производительные силы тем самым деградировали и разрушались. В результате классовое общество могло не только прийти в упадок, но и погибнуть. Но чаще всего происходил распад крупного социоисторического организма на мелкие, что вело к ослаблению мощи государственного аппарата и соответственно его способности высасывать прибавочный продукт. Все это давало возможность непосредственным производителям оправиться, а затем все начиналось сначала.

Но это не единственный механизм, лежавший в основе циклических изменений. Как уже указывалось, практически во всех политарных обществах шел процесс плутарного расслоения, возникновения персональной полной частной собственности, становления доминарных, магнарных и доминомагнарных отношений, процесс вторичного классообразования. Возникая и развиваясь, магнарный, или доминомагнарный, уклад разъедал политарный социоисторический организм. Когда крестьяне лишались земли и превращались в магнариев и доминариев, они переставали платить налоги. Все это вело к усилению эксплуатации сокращавшегося числа крестьян-общинников и ускоряло приближение их физической деградации.

Каждая политархия состояла из нескольких областей - субполитархий. Их правители были заинтересованы в том, чтобы получить в свое распоряжение возможно большую долю дохода с подчиненного им населения, а то и весь доход. Но последнее могло произойти лишь в случае превращения субполитархии в политархию. Развитие магнарных отношений способствовало росту самостоятельности субполитархов. Когда внутри сколько-нибудь крупного политарного социоисторического организма получали развитие магнарные отношения, он был обречен на развал.

И, наконец, в тех случаях, когда продуктивность общественного производства в значительной степени зависела от природных условий, резкое изменение последних могло привести к резкому падению уровня развития производительных сил, а тем самым и к деградации социоисторического организма.

Процессы разрушения человеческих производительных сил, вызревания магнарных отношений и роста самостоятельности субполитархов, экспансии варваров, изменения природных условий сочетались и переплетались по-разному, что определяло особенности упадка или даже гибели тех или иных древнеполитарных обществ.

2.8. Духовная культура Древнего Востока

Возникновение политарного общества было огромным прогрессом в развитии человечества. Существенные изменения произошли в культуре.

На протяжении почти всей истории первобытности существовала одна единая культура общества в целом. На последнем этапе его бытия, когда стали зарождаться классовые отношения, началось раздвоение ранее единой культуры на две: культуру верхов общества и культуру его низов. Это раздвоение окончательно завершилось с возникновением классового, или цивилизованного, общества.

Культура низов, или простонародная, представляет собой прямое продолжение единой культуры первобытности. Она возникла в результате трансформации этой культуры и обладает многими чертами, роднящими ее с последней. В частности, простонародная культура, как и первобытная, является бесписьменной и анонимной. Ее создателями и носителями были крестьянские общины. Она была прежде всего культурой крестьянской.

Как известно, признаками перехода к цивилизации считаются: в области материальной культуры - появление монументальных каменных или кирпичных строений (дворцов, храмов, гробниц и т.п.), в области духовной культуры - возникновение письменности. И монументальное зодчество, и письменность представляют собой яркое проявление культуры верхов, или элитарной культуры. Элитарная культура есть новообразование, хотя и возникшее на основе достижений ранее единой культуры первобытности, но качественно отличное от нее.

Элитарная культура была порождением возникших с переходом к цивилизации относительно крупных классовых социоисторических организмов. Эти социоисторические организмы были ее творцами и носителями. В этом смысле элитарная культура была культурой общества в целом, несмотря на то, что она длительное время являлась достоянием лишь верхних его слоев.

Особо важное значение для прогресса человечества имело появление письменности, которая возникла в форме идеографического письма. Возникнув первоначально из потребностей деятельности аппарата управления, она в дальнейшем стала использоваться и для других целей, в частности, для фиксации человеческих знаний. Когда это произошло, появилась возможность сознательной систематизации знаний и зародилась преднаука: математика, астрономия. Проявились школы, в которых учили письму, счету, знакомили с определенным запасом знаний, готовили профессионалов-писцов. Письменность стала использоваться для записи произведений словесности, в частности эпических («Эпос о Гильгамеше» и др.). Начали фиксироваться правовые нормы («Кодекс царя Хаммурапи» и др.).

С переходом к классовому обществу претерпела изменения религия. Если раньше ее главным корнем было бессилие людей перед слепой необходимостью природы, то теперь возникла и стала выдвигаться на первый план беспомощность людей перед слепыми силами общественного развития. В результате к практическим верованиям, неразрывно связанным с культовыми действиями, добавилась религиозная идеология, которая на этой стадии проявлялась не в учениях, а в совокупности отдельных идей. Главной была идея покорности и повиновения властям. Поэтому эти ранние религии классового общества могут быть названы сервиологическими (от лат. servio - подчиняться). Наряду с этой идей начали появляться идеи сверхъестественного спасения от земного зла и сверхъестественного восстановления попираемой на земле справедливости, которые принято называть сотерическими, или сотериологическими (от греч. сотерия - спасение). Но подлинных сотериологических религий в данную эпоху не возникло.


Предыдущая | Содержание | Следующая

Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Александр Воронский
За живой и мёртвой водой
«“Закон сопротивления распаду”». Сборник шаламовской конференции — 2017
 
 
Кто нужен «Скепсису»?