Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


Предыдущая | Содержание | Следующая

5.3. Мир за пределами Западной Европы

5.3.1. Вводные замечания

С началом возникновения капитализма в Западной Европе человечество разделилось на два основных мира: мир капиталистический и мир некапиталистический. Первый представлял собой систему социоисторических организмов, причем систему мировую. Она была центром всемирно-исторического развития. Некапиталистический мир системой не был. Он включал в себя, во-первых, все остальные, кроме западноевропейской, зоны центрального исторического пространства (внутреннюю периферию), во-вторых, все находившиеся вне центрального исторического пространства исторические арены (внешняя классовая, древнеполитарная периферия) и первобытные, включая предклассовые, общества (внешняя первобытная периферия).

И наряду с рассмотренным выше развитием капитализма вглубь шло его развитие вширь - распространение по всему земному шару и формирование всемирного капиталистического рынка.

Капиталистическая мировая система - первая из мировых систем, которая втянула в орбиту своего воздействия все народы и страны. Происходило это постепенно. Сфера влияния западноевропейской мировой капиталистической системы шаг за шагом расширялась, втягивая в себе как страны уже входившие в центральное историческое пространство (внутреннюю периферию), так и социоисторические организмы, не входившие в него (внешнюю периферию). Втягивание последних в орбиту влияния западноевропейской капиталистической системы было одновременно и вхождением их в центральное историческое пространство, т.е. переходом из внешней периферии во внутреннюю. Результатом было расширение центрального исторического пространства и, в конечном счете, превращение его во всемирное историческое пространство (миропространство).

5.3.2. Североевропейская, российская, центральноевропейская и исламская зоны центрального исторического пространства

Развивающийся в западноевропейской зоне центрального исторического пространства капитализм стал оказывать мощное влияние на развитие обществ всех остальных его зон, прежде всего североевропейской. В результате социоисторические организмы североевропейской зоны стали капиталистическими, были втянуты в западноевропейскую систему и тем самым в западноевропейскую зону. Североевропейская зона исчезла.

В обществах, образовывавших центральноевропейскую зону центрального исторического пространства, в результате влияния формировавшегося в Западной Европе капитализма, начиная с XVI в., происходят существенные изменения. Возникает то, что принято называть «вторым изданием крепостничества». Нобиломагнарная параформация сменяется там новой параформацией, которую условно можно назвать крепостнической. Социоры, в которых она утвердилась, тоже можно отнести к числу парафеодальных обществ. К концу XVIII в. все социоисторические организмы, составлявшие центральноевропейскую зону, прекратили самостоятельное существование. Чехия была поглощена державой Габсбургов. Возникшая в XVI в. в результате объединения Польши и Литвы Речь Посполитая была в конце XVIII в. разделена между Австрией, Пруссией и Россией. Но своеобразие социально-экономического строя этих территорий - принадлежность к парафеодализму - продолжала сохраняться. В результате специфический характер приобрело и развитие там капиталистических отношений.

Крупнейший русский историк С.М. Соловьев выделял в истории Руси-России несколько основных этапов. На первом этапе между членами княжеской семьи господствовали «родовые отношения», для следующего этапа характерен «переход родовых отношений между князьями в государственные».[31] Завершение этого этапа С.М. Соловьев связывал с царствованием Ивана IV.

Эти положения С.М. Соловьева нередко истолковываются неверно. Ему приписывают взгляд, согласно которому в Древней Руси господствовал родовой строй и не было государства.[32] И в результате упрекают в том, что его схема противоречит исторической действительности. «В рассматриваемый Соловьевым период, - писал, например, Н.Л. Рубинштейн, - родовые отношения уже сменились территориально-племенной организацией, русские земли переходили к системе государственных отношений феодального общества. Схема заслоняла от него эти явления.» [33] В действительности же С.М. Соловьев говорил о господстве родовых отношений не в древнерусском обществе, а между членами княжеской семьи, что далеко не одно и то же. И он, отнюдь, не считал, что государство в России утвердилось лишь с Иваном IV.

С.М. Соловьев, выделяя названные выше этапы, имел в виду нечто иное, для адекватного выражения чего в исторической науке не только того, но и нашего времени нет понятий. Говоря о «родовых отношениях» в княжеской семье, он фактически подразумевал под ними те социально-экономические отношения, которые были выше названы нобиларными. Говоря о переходе от них к государственным связям, он фактически имел в виду становление в России политарных отношений, которые действительно окончательно утвердились лишь в правление Ивана Грозного. И опричный террор был вовсе не результатом плохого характера или психического заболевания этого монарха. Как уже неоднократно указывалось, становление политаризма в любом его варианте с неизбежностью предполагает массовый террор и создание атмосферы всеобщего страха.

В истории Руси-России, как и в развитии обществ центрально-европейской зоны, произошла смена одной классовой параформации другой. Но здесь на смену нобиломагнарной параформации пришел политаризм, причем отличный от всех других его видов, не исключая абсолютистского политаризма, который в это же время формировался в странах Западной Европы. Так как становление этого вида политаризма было неразрывно связано с утверждением в России самодержавия, то его можно назвать самодержавным политаризмом, или, короче, державополитаризмом.

Утверждение такого политаризма сопровождалось уничтожением и нобиларных, и магнарных отношений. Характерной особенностью этого политаризма было широкое развитие алиментарных отношений. Людям, которые несли ту или иную службу государству, главным образом военную, выделялись в качестве алиментариумов земли вместе с населявшими их крестьянами. Таким образом, часть общеклассовой корпоративной собственности на землю и личность производителей в какой-то степени приобретала персонализированный характер. Первоначально персонализация государственной, корпоративной собственности была минимальной. Алиментарист получал право лишь на определенную часть прибавочного продукта, который создавался крестьянами его алиментариума, и не больше. И это право могло быть у него легко отнято.

Дальнейшее развитие состояло в нарастающей персонализации государственной, корпоративной собственности. Важнейшим шагом на этом пути было прикрепление крестьян к земле алиментариума, т.е. утверждение крепостного права (конец XVI - первая половина XVII вв.). Алиментариумы постепенно становились пожизненными, а затем и наследственными.

В конце концов, они стали поместьями, в ряде отношений сходными с западноевропейскими манорами (деление на помещичью и крестьянскую землю, сосуществование с крестьянской общиной и т.п.). Российский помещик имел определенную власть над крестьянами. Но государем в отличие от манорариста он никогда не был. Никогда не были российские поместья ни суборганизмами, ни феодами. Над российским помещиком всегда стояло самодержавное централизованное государство.

Если вплоть до середины XVIII в. еще сохранялась, по крайней мере, формально связь владения поместьем с несением службы государству, то после «Манифеста о даровании вольности и свободы сему росссийскому дворянству» (1762 г.) последнее перестало и официально быть обязательным. В конечном счете, поместья практически стали полной персональной частной собственностью помещиков, хотя определенные черты корпоративной собственности сохранялись вплоть до отмены крепостного права (1861 г.).

Таким образом, вопреки мнению некоторых дореволюционных и подавляющего большинства советских историков в истории Руси-России никогда не было феодализма. В XV в. начался и в XVII в. завершился переход российского общества от нобиломагнарной параформации к другой системе социально-экономических отношений - державополитарной, которая была подразделена на собственно политарную и политопоместную (политокрепостническую) подсистемы. Поэтому эту вторую параформацию можно назвать также и державополитопоместной. Победа державополитаризма в России обеспечила целостность и единство страны и избавила ее от той участи, которая постигла все социоисторические организмы центральноевропейской зоны.

Из всех социоисторических организмов, образовывавших в начале второго тысячелетия центрально-восточноевропейскую зону центрального исторического пространства, лишь Россия, ставшая впоследствии особой зоной этого пространства, не только сохранила самостоятельность, но и расширила свою территорию на западе, юге и на востоке (где ее границы дошли до Тихого океана, а затем под ее властью оказалась и часть Америки). В результате российская зона центрального исторического пространства из восточноевропейской превратилась в евразийскую.

Вследствие реформ Петра Великого Россия приобщилась к многим достижениям Западной Европы: получили распространение мануфактуры, стала вначале усваиваться, а затем и развиваться наука и философия и т.п. В течение XVIII в. Россия превратилась в одну из великих европейских держав. С конца этого столетия в стране в результате влияния Запада начал формироваться капитализм. Следствием была неудавшаяся попытка совершить буржуазную революцию (1825 г.).

Османская империя, охватывавшая почти всю исламскую и значительную часть центральноевропейской зоны центрального исторического пространства, была типичной древнеполитарной державой. Пережив в начале XVI в. пик подъема, она уже с конца этого столетия вступила в полосу упадка. Держава стала терпеть поражение за поражением, терять одну территорию за другой, все в большей степени распадаться на фактически самостоятельные социоры и впадать в зависимость от других держав, прежде всего западных. Капитализм, начавший, хотя и довольно поздно, проникать в Османскую империю, только способствовал ее разрушению.

5.3.3. Возникновение всемирного исторического пространства

Развитие капитализма в Западной Европе сказалось не только на остальных зонах центрального исторического пространства, но и на всех исторических аренах, а также на областях, где продолжало сохраняться первобытное и предклассовое общество.

На грани XV и XVI веков началась эпоха Великих географических открытий. Первыми из них было открытие Х. Колумбом Америки (1492 г.) и Васко да Гамой морского пути в Индию (1497-1498 гг.). В 1519-1521 гг. Ф. Магелланом было совершено первое кругосветное путешествие.

Европейцы не просто открывали все новые и новые страны. Они превращали их в свои колонии, или создавали там свои колонии, или, наконец, ставили их в иные формы зависимости. Возникли Испанская, Португальская, Голландская, Британская, Французская и позднее всех, лишь в XIX в., Германская колониальные империи. Особое место занимала Российская империя, которая не может быть названа колониальной в точном смысле этого слова. В целом к концу XIX в. весь внеевропейский мир был разделен между империалистическими державами.

В результате к этому времени все общества мира были втянуты в центральное историческое пространство, которое тем самым превратилось во всемирное историческое пространство. Вся внешняя периферия превратилась во внутреннюю. Все ранее существовавшие в мире исторические арены были либо разрушены, либо превратились в зоны всемирного исторического пространства.

5.3.4. Америка, Австралия и Африка южнее Сахары

Ко времени открытия Америки в ней продолжали существовать две исторические арены - андская, которая вся оказалась под властью инков, и мезоамериканская, в которой главенствующая роль принадлежала ацтекам. Индейцы, жившие за пределами этих арен, а также алеуты и эскимосы продолжали находиться на стадиях первобытного или предклассового общества.

Испанские конкистадоры уничтожили империи инков и ацтеков, а также все прочие классовые общества Нового Света. Под их властью оказалась вся Южная Америка, исключая Бразилию, ставшую владением Португалии, вся Центральная и часть Северной Америки. Колонизация привела к возникновению на этих территориях особой параформации, близкой к тем, что утвердились в конце I тысячелетия в Центральной и Восточной Европе. В результате освободительного движения в начале XIX в. почти все испанские колонии добились независимости. В конечном счете, во всех этих странах стал развиваться капитализм. Возникла периферийная латиноамериканская зона всемирного исторического пространства.

Часть атлантического побережья Северной Америки начала заселяться в основном выходцами из Англии. Коренное население - индейцы - вытеснялось или уничтожалось. Возникли переселенческие колонии, в большинстве которых стали утверждаться капиталистические отношения. Интересы колоний и метрополии - Великобритании стали расходиться. Возник конфликт, переросший в первую национально-освободительную революцию. В результате в конце XVIII в. возникло независимое государство - Соединенные Штаты Америки. И хотя в южных штатах США на время утвердилась особая параформация - неосерварная, или плантаторская, в целом страна стала капиталистической и вошла в состав центральной зоны всемирного исторического пространства, которая стала теперь не западноевропейской, просто западной. В эту же зону вошла и Канада.

Когда европейцы достигли Австралии, ее обитатели находились на стадии первобытного общества. На континент хлынул поток переселенцев из Англии, которые принесли с собой капиталистические порядки. Аборигены были истреблены или вытеснены в самые пустынные части материка. Австралия, став капиталистическим социоисторическим организмом, вошла в западную зону всемирного исторического пространства. Сходным путем пошло развитие Новой Зеландии, коренное население которой (полинезийцы-маори) находилось на стадии предклассового общества. И она пополнила западную зону.

Население Африки южнее Сахары, исключая лишь Эфиопию, к моменту появления европейцев находилось на стадии первобытного и предклассового общества. На юге Африки возникли европейские переселенческие колонии, но особого рода. Капиталистические отношения стали проникать и в Тропическую Африку, которая к концу XIX в. была разделена между европейскими державами. В конечном счете, там уже во второй половине XX века после обретения колониями независимости возникла африканская периферийная зона всемирного исторического пространства.

5.3.5. Восток

Как уже говорилось, на Востоке, под которым я понимаю Северную Африку и Азию (исключая Сибирь и российский Дальний Восток), в течение всего средневековья шло монотонное повторение одних и тех же циклов развития. Расцветали и приходили в упадок старые и новые исторические гнезда, возникали крупные социоисторические организмы, затем они распадались на множество мелких, которые вновь объединялись в одно единое целое, образовывались и рушились державы. В моменты ослабления тех или иных обществ они становились жертвами своих как цивилизованных, так и нецивилизованных соседей.

То же самое продолжалось в новое время. Так, возникшая в середине XIV в. в Китае империя Мин на рубеже XV-XVII вв. оказалась в состоянии жесточайшего кризиса. В результате мощной крестьянской войны в 1644 г. династия Мин пала. Внутренними неурядицами воспользовались маньчжуры. Китай был завоеван ими, и к власти пришла маньчжурская династия Цин. После недолгого периода успешной внешней экспансии Цинская империя с конца XVIII в. начала клониться к упадку, что в огромной степени способствовало успехам европейских колонизаторов. Также обстояло дело и в других странах Востока. Одни из них стали колониями европейских держав (Индия, Бирма, Индокитай, Индонезия и др.), другие, формально сохранив самостоятельность, оказались в зависимости от Запада (Китай, Иран, Турция и др.).

Когда европейцы столкнулись со странами Востока, им бросилось в глаза как огромное сходство между всеми ними, так и качественное отличие всех их от стран Запада. Запад и Восток стали рассматриваться как два совершенно различных мира.

Это нашло свое предельно четкое выражение в знаменитых стихах Р. Киплинга:

«Да, Запад есть Запад, Восток есть Восток,
им не сойтись никогда,
До самых последних дней Земли, до Страшного суда!»[34]

В настоящее время в нашей литературе, в частности и в исторической, усиленно разрабатывается и пропагандируется идея о двух совершенно самостоятельных и качественно отличных путях (или линиях) исторического развития - западном и восточном.

Действительно, между западноевропейским и восточным обществами, какими они были к середине XIX в., существует качественное, принципиальное различие. Если сопоставить развитие Южной и Западной Европы в период с VIII в. до н.э. до начала XIX в. н.э. с развитием Востока в то же самое время, то сразу же бросится в глаза огромная разница. В Европе за это время античное рабовладельческое общество сменилось средневековым феодальным, а последнее - капиталистическим. На Востоке же не было ничего похожего: ни рабовладельческого общества, ни феодального, ни капиталистического.

Но разгадка довольно проста. Различие между Востоком, каким он был в XIX в., и Западом того же времени, прежде всего, заключается в том, что эти общества относятся к двум разным общественно-экономическим формациям: восточные социоисторические организмы - к самой первой классовой формации - древнеполитарной; западноевропейские - к самой последней классовой формации - капиталистической.

Поэтому вести речь об особом восточном пути развития человеческого общества имеет нисколько не больше смысла, чем говорить, скажем, об австралийской линии человеческой эволюции. Ведь в развитии общества аборигенов Австралии мы не находим даже политарной стадии, не говоря уж об античной, феодальной и капиталистической. Но это никого не смущает. Все понимают, что аборигены Австралии вплоть до знакомства их с европейцами (XVII-XVIII вв.) просто продолжали оставаться на ступени доклассового общества. Но точно так же все общества Востока вплоть до середины XIX в. находились на стадии древнеполитарного общества.

Как уже указывалось, древнеполитарное общество само по себе взятое не способно трансформироваться в общество более высокого типа. Поэтому развитие обществ Востока с неизбежностью должно было носить застойный характер. Этот вековой застой был прерван европейской колонизацией.

5.3.6. Историческая роль колониализма

Колониализм имеет две стороны. Об одной у нас писали много: безжалостное ограбление и даже полное уничтожение целых народов. Все это было. Европейцы действительно беспощадно грабили покоренные народы. И делали это не только в переносном смысле: облагали непомерными налогами, заставляли работать на себя, покупали за бесценок туземные продукты, продавали втридорога западные изделия и т.п. Грабили в буквальном значении этого слова.

Достаточно напомнить слова завоевателя Бенгала Р. Клайва в палате общин: «Богатый город был у моих ног, могущественное государство было в моей власти, мне одному были открыты подвалы сокровищницы, полной слитками золота и серебра, драгоценными камнями. Я взял всего 200 тыс. ф. ст. Джентльмены, - до сих пор я не перестаю удивляться собственной скромности».[35]

Грабили все: генералы, офицеры, сержанты, рядовые. Как писал Р. Киплинг в стихотворении «Грабеж»:

«Если в Бирму перебросят - веселись да в ус не дуй,
Там у идолов глаза из бирюзы.
Ну, а битый чернорожий сам проводит до статуй,
Так что помни мародерские азы!
Доведут тебя до точки - тут полезно врезать в почки,
Что ни скажет - все вранье: добавь пинка
(Рожок: Слегка!)
Ежели блюдешь обычай - помни, быть тебе с добычей,
А в обычай лупцевать проводника.
(Хор.) Все в дрожь! Все в дрожь! Даешь!
Даешь! Гра-беж!
Гра-беж! Гра-беж!
Ох, грабеж!
Глядь, грабеж!
Невтерпеж прибарахлиться, невтерпеж!
Кто силен, а кто хитер,
Здесь любой - заправский вор!
Все на свете не сопрешь! Хорош! Грабеж!
Хапай загребущей лапой! Все - в дрожь! Даешь!
Гра-беж! Гра-беж! Гра-беж». [36]

Насилие и грабеж, конечно, вызывали ненависть к колонизаторам и стремление сбросить европейское иго. И это всегда находило понимание у передовых людей Европы. Достаточно вспомнить «Проклятие Минервы» (1811 г.) Дж. Байрона:

«Взглянь на Восток, где Ганга смуглый род
Державу вашу грозно потрясет.
Мятеж поднимет там главу,
Мстя за людей поруганных судьбу,
И выйдет Инд из каменных брегов
От алой крови Англии сынов.
Так сгиньте ж! Вам была дана свобода,
А вы на рабство обрекли народы».[37]

Не прошло и полвека, как гневное пророчество великого английского поэта сбылось - в 1857 г. в Индии вспыхнуло грандиозное народное восстание, получившее название сипайского. Оно не покончило с британским владычеством в Индии, но существенно потрясло его основы.

Но у колониализма помимо рассмотренной выше стороны существовала и другая, которая состояла в преодолении векового застоя колонизируемых народов, в приобщении их к достижениям самых развитых к тому времени обществ. Англичане, например, не только грабили Индию. Они строили в ней фабрики и заводы, железные дороги, создавали телеграфную сеть, внедряли европейское образование и науку, готовили кадры местной интеллигенции: ученых, врачей, инженеров, современных администраторов и т.п. Но главное - в Индии началось формирование капиталистических отношений.

И поэтому в апологетическом «Бремени белого человека» того же самого Р. Киплинга есть определенное рациональное зерно. Как он писал:

«Неси это гордое бремя -
Родных сыновей пошли
На службу тебе подвластным
Народам на край земли -
На каторгу ради угрюмых
Мятущихся дикарей,
Наполовину бесов,
Наполовину людей <...>
Неси это гордое Бремя
Не как надменный король -
К тяжелой черной работе,
Как раб, себя приневоль;
При жизни тебе не видеть
Порты, шоссе, мосты -
Так строй их, оставляя
Могилы таких, как ты!» [38]

5.3.7. Смена классовых общественно-экономических формаций в истории человечества в целом как смена мировых систем

В результате развития капитализма, возникшего первоначально лишь в Западной Европе, капиталистические отношения стали распространяться по всему миру. Весь мир стал превращаться в капиталистический. Возникло не только и не просто всемирное историческое пространство. Стала формироваться система капиталистических социоисторических организмов, охватывающая весь мир. Для всех социоисторических организмов, отставших в своем развитии, независимо от того, на какой стадии эволюции они задержались: первобытной, древнеполитарной или парафеодальной стал неизбежным только один путь - прямо к капитализму.

Эти общества не просто получили возможность миновать, как любили у нас говорить, все стадии, которые лежали между той, на которой находились, и капиталистической. Для них, и в этом вся суть дела, стало невозможным не миновать эти ступени. Таким образом, когда человечество в лице группы передовых социоисторических организмов достигло капитализма, то все остальные стадии стали пройденными не только для этих, но и для всех прочих обществ.

Уже довольно давно стало модным критиковать европоцентризм. В этой критике есть моменты, заслуживающие внимания. Но в целом европоцентристский подход к всемирной истории последних трех тысячелетий совершенно оправдан. Если в III-II тысячелетиях до н.э. центр мирового исторического развития находился на Ближнем Востоке, где образовалась первая в истории человечества мировая система - политарная, то, начиная с VIII в. до н.э., магистральная линия развития человечества шла через Европу. Именно там все это время находился и перемещался центр мирового исторического развития, там последовательно сменились остальные три мировые системы - античная, феодальная и капиталистическая.

То, что смена античной системы феодальной, а феодальной - капиталистической имела место только в Европе, и легло в основу взгляда на эту линию развития как на одну из множества региональных линий, как на чисто западную, чисто европейскую. В действительности же мы имеем здесь дело с линией всемирного развития. Неоспоримо мировое значение образовавшейся в Западной Европе буржуазной системы, которая к началу XX в. не только втянула в сферу своего влияния весь мир, но и своим воздействием вызвала появление в большом числе отставших в своем развитии стран капиталистических социально-экономических отношений.

Сложнее обстоит дело с ближневосточной политарной, средиземноморской античной и западноевропейской феодальной системами. Ни одна из них не охватывала своим влиянием весь мир. И степень их воздействия на отстававшие в своем развитии социоисторические организмы была значительно меньшей. Однако без ближневосточной политарной системы социоисторических организмов не было бы античной, без античной не было бы феодальной, без феодальной не возникла бы капиталистическая. Только последовательное развитие и смена этих систем смогли подготовить появление в Западной Европе капитализма и тем самым сделать не только возможным, но и неизбежным переход всех отставших народов к капитализму. В конечном счете, их существование и развитие сказалось на судьбе всего человечества.

Таким образом, историю человечества ни в коем случае нельзя рассматривать как простую сумму историй социоисторических организмов, а общественно-экономические формации - как одинаковые стадии эволюции социоисторических организмов, обязательные для каждого из них.

История человечества есть единое целое, а общественно-экономические формации прежде всего являются стадиями развития этого единого целого, а не отдельных социально-исторических организмов. Формации могут быть стадиями в развитии отдельных социоисторических организмов, а могут не быть ими. Но последнее обстоятельство ни в малейшей степени не мешает им быть стадиями эволюции человечества.

Начиная с перехода к классовому обществу, общественно-экономические формации как стадии всемирного развития существуют в качестве мировых систем социоисторических организмов того или иного типа, систем, являющихся центрами всемирно-исторического развития. Соответственно и смена общественно-экономических формаций как стадий мирового развития происходит в форме смены мировых систем, которая может сопровождаться, а может и не сопровождаться территориальным перемещением центра мирового исторического развития. Смена мировых систем влечет за собой смену эпох всемирной истории.

5.3.8. Центр и периферия международной капиталистической системы. Капитализм центра (ортокапитализм) и периферийный, зависимый капитализм (паракапитализм)

Вслед за становлением всемирного исторического пространства шло формирование всемирного капиталистического рынка, распространение капиталистических отношений по всему миру и образование системы социоисторических организмов, в которых капитализм либо уже существовал, либо формировался, либо только начинал формироваться. Эту систему принято называть мировой капиталистической системой.

Выше я назвал мировой системой возникшую в Западной Европе совокупность капиталистических стран на том же основании, на каком называл мировыми системами ближневосточную древнеполитарную историческую арену III-II тысячелетий до н.э., средиземноморскую античную вначале историческую арену, а затем зону центрального исторического пространства и западноевропейскую зону этого же пространства. Все эти социорные системы были центрами всемирно-исторического развития, существование которых сказалось на всей истории человечества. У западноевропейской капиталистической системы было еще одно дополнительное основание называться мировой - она втянула в сферу своего влияния весь мир.

Можно ли считать, что с распространением капитализма по всему миру деление человеческого общества в целом на центр и периферию утратило свое значение: центр расширился настолько, что втянул в себя всю периферию, и тем самым в мире не стало ни центра, ни периферии?

В действительности ничего подобного не произошло. Система, состоящая из капиталистических, формирующихся капиталистических и только что вступивших на путь капитализма социоисторических организмов, оказалась разделенной на две качественно отличных друг от друга части. Одна из этих частей - центр мирового исторического развития, другая - периферия. И обе эти части были капиталистическими: наряду с капиталистическим центром возникла теперь и капиталистическая периферия.

Капиталистический центр являлся системой и входил в более широкую систему. Капиталистическая периферия особой системой не была, она представляла собой только часть системы, включавшей в себя также и центр. И если продолжать называть центр мировой системой, то для обозначения всей совокупности капиталистических и формирующихся капиталистических организмов нужен иной термин. Таким может стать словосочетание «международная (интернациональная) капиталистическая система».

Подразделение международной капиталистической системы на центр и периферию заметили давно. Но по-настоящему теоретически осмыслено было это деление лишь в работах Р. Пребиша. Именно им были введены понятия капиталистического центра и капиталистической периферии. Он показал, что между капиталистическим центром и капиталистической периферий существуют определенные отношения, а именно отношения зависимости, выражающиеся прежде всего в эксплуатации центром периферии. Центр в разных формах эксплуатирует периферию. Периферия зависит от центра, ее капиталистическое развитие носит зависимый характер. Будучи зависимым, капитализм периферии существенно отличается от того, который существует в центре.

Созданная в основном во второй половине XX в. Р. Пребишем теория зависимого развития и периферийного капитализма получила развитие в трудах многих исследователей (Т. Дус-Сантус, Ф. Кардозу, А. Агиляр и др.). Сторонники теории зависимого развития oбедительно показали, что периферийный капитализм не представляет собой ни формы и ни начальной стадии классического капитализма. Он не предшествует классическому капитализму и не подготовляет его приход. Это тупиковая форма, не способная превратиться в классический капитализм. Некоторые из названных исследователей (Р. Пребиш, Т. Дус-Сантус) вплотную подошли к выводу, что в данном случае перед нами особый способ производства, отличный от классического западноевропейского капитализма. Я полагаю, что они совершенно правы.

Таким образом, существует, по крайней мере, два разных капиталистических способа производства. В дальнейшем изложении я буду называть классический капиталистический способ производства ортокапитализмом (от греч. ортос - прямой, правильный, истинный), а периферийный капиталистический способ производства - паракапитализмом (от греч. пара - около, возле). Ортокапиталистические страны образуют мировую капиталистическую систему, ядро, центр международной капиталистической системы, паракапиталистические страны - периферию этой системы.

В процессе исторического развития происходило не только возникновение и увеличение капиталистической периферии, но и определенное расширение центра. Распространение капитализма по земному шару шло разными путями. Один из них - пересаживание, или отпочкование, капитализма. Он состоял в том, что более или менее значительное число людей из западноевропейских стран переселялись на вновь открытые территории и создавали там новые социоисторические организмы (США, Канада, Австралия, Новая Зеландия). Там возникал ортокапитализм, и эти социоры входили в состав той мировой системы, которая первоначально охватывала лишь Западную Европу и которая после такого расширения может быть названа западной, но уже не западноевропейской.

Другой путь - насаждение, внедрение капитализма в колониальные или полуколониальные страны. Так обстояло дело с социоисторическими организмами Латинской Америки, Африки и значительной части Азии. В результате в этих странах возникал паракапитализм.

Третий путь распространения капитализма - зарождение его в той или иной стране в результате не насаждения, а лишь влияния (супериндукции) ортокапиталистической мировой системы. При этом возможны два основных варианта.

При первом из них страна, не находившаяся ни в политической, ни в экономической зависимости от ортокапиталистических держав, продолжает сохранять свою независимость от них и в процессе своего капиталистического развития. В таком случае у нее появляется шанс войти в число ортокапиталистических социоисторических организмов. Так произошло со странами Северной Европы, входившими во внутреннюю периферию, и Японией, находившейся до этого за пределами центрального исторического пространства. Последняя после «обновления Мэйдзи» (1867-1868) в результате интенсивного усвоения достижений Запада стала довольно быстро превращаться в развитую капиталистическую страну.

При втором варианте страна, бывшая к началу капиталистического развития вполне экономически и политически самостоятельной, становится зависимой от ортокапиталистических стран в процессе самого этого развития. Такова была участь царской России.

Таким образом, влияние системы ортокапиталистических стран на все остальные социоисторические организмы было крайне противоречивым: его следствием было и прогресс, и регресс, и стагнация. Конечным результатом этой мощной супериндукции, как правило, была не супериоризация отставших в своем развитии социоисторических организмов, а их латерализация. В подавляющем большинстве отставших в своем развитии обществ постепенно стала утверждаться новая боковая, латеральная параформация - паракапиталистическая.

Во многих социоисторических организмах она пришла на смену давно уже превратившейся из магистральной в экстрамагистральную древнеполитарной общественно-экономической формации. Единственное исключение - Япония, в которой утвердился не паракапитализм, а ортокапитализм.

Как мы уже знаем, кроме древнеполитарных к моменту возникновения капитализма существовали социоисторические организмы, относившиеся к нескольким латеральным докапиталистическим классовым параформациям, которые были объединены под названием парафеодальных. Из их числа только страны Северной Европы перешли от латеральной медиополитомагнарной параформации к ортокапиталистической формации.

Во всех остальных, включая Россию, произошла смена одной из латеральных докапиталистических классовых параформаций другой латеральной параформацией, но уже паракапиталистической. Все эти страны, таким образом, всегда развивались только по боковому пути, без выхода на магистральную дорогу истории.

Таким образом, в подавляющем большинстве стран, не входивших в состав первоначальной западноевропейской капиталистической системы, т.е. стран вторичного капитализма, последний возник в форме паракапитализма.

Все эти процессы, начавшиеся еще в XVI в., к концу XIX в. существенно изменили мир. К этому времени в основном сформировалась международная капиталистическая система. Практически она охватывала весь мир, т.е. была всемирной. Эта система состояла из двух основных частей: центра и периферии. Центр - ортокапиталистические страны, образующие мировую систему и одновременно центральную зону всемирного исторического пространства, которая первоначально была западноевропейской, а затем - просто западной. Периферия - все паракапиталистические страны вместе взятые. В отличие от ортокапиталистических стран они образуют не одну, а несколько зон всемирного исторического пространства. И каждой из таких зон присущ свой особый вариант паракапитализма.

Деление человеческого общества в целом на центр и периферию возникло еще в эпоху Древнего Востока и с тех пор не исчезало. Первоначально вся периферия была внешней. С возникновением центрального исторического пространства она распалась на внутреннюю, входившую вместе с центром в это пространство, и внешнюю, находившуюся за ее пределами. С превращением центрального исторического пространства во всемирное историческое пространство внешняя периферия исчезла, осталась только внутренняя.

Ни в одну из прошлых эпох ни вся внешняя, ни вся внутренняя периферия никогда не находились в зависимости от центра. Наряду с зависимой периферией всегда была и независимая. К рубежу XIX-XX вв. вся периферия, которая целиком стала к этому времени внутренней, оказалась в зависимости от центра. Понятие периферии стало совпадать с понятием зависимой периферии.

Если воспользоваться понятием исторического мира, то к началу XX в. человеческое общество в целом стало в основном состоять из двух таких миров: ортокапиталистического, супериорного и паракапиталистического, который был инфериорным, латеральным. В свою очередь латеральный, паракапиталистический мир подразделялся на несколько субмиров, которые в основном совпадали с соответствующими зонами всемирного исторического пространства. Все прочие деления потеряли свое значение.

Хотя первобытные, включая варварские, общества все еще продолжали кое-где существовать, они повсюду вошли в состав тех или иных геосоциальных организмов. Вся населенная людьми территория земли оказалась разделенной на геосоциальные организмы. Варвары, оказавшись в подчинении у классовых обществ, перестали играть какую-либо роль в истории.



31. Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Книга 1 (тома 1-2). М., 1962. С. 58.

32. См., например, Шапиро А.Л. Историография с древнейших времен до 1917 года. М., 1993. С. 403-404 и др.

33. Рубинштейн Н.Л. Русская историография. М., 1941.С. 332.

34. Киплинг Р. (в пер. В. Бетаки). Баллада о Востоке и Западе // Бетаки В. Избранное. Стихи и переводы. СПб., 1998. С. 227.

35. Цит. по: Новая история колониальных и зависимых стран. Т. 1. М., 1940. С. 54.

36. Киплинг Р. (в пер. Е. Витковского). Мародеры // Р. Киплинг. Стихотворения. Роман. Рассказы. М., 1958. С. 241-242.

37. Байрон Дж. Проклятие Минервы (фрагмент) // Новая история колониальных и зависимых стран. Т. 1. М., 1940. С. 283.

38. Киплинг Р. (в пер. А. Сергеева). Бремя белого человека // Стихотворения. М., 1990. С. 193-196.

Предыдущая | Содержание | Следующая

Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Александр Воронский
За живой и мёртвой водой
«“Закон сопротивления распаду”». Сборник шаламовской конференции — 2017
 
 
Кто нужен «Скепсису»?