Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


Предыдущая | Содержание

7. Современность (с 1991 г.): Основные тенденции и перспективы исторического развития

7.1. Глобализация и глобальное классовое общество

Начиная с XVI в., шел процесс формирования всемирной системы социоисторических организмов - всемирного исторического пространства, который получил название интернационализации. К началу XX в. он в основном завершился. Во второй половине этого столетия развернулся новый процесс - началось превращение всемирной системы социоисторических организмов в один всемирный социально-исторический организм. Он получил название глобализации. Глобализация предполагает сращивание экономик всех стран в одну единую экономическую систему. Огромную роль играют в этом транснациональные корпорации (ТНК).

Возникла и приобрела гигантское влияние на всю экономическую жизнь мира глобальная финансовая система. В этой системе огромное значение играет спекулятивный (фиктивный) капитал прежде всего американский. Именно он определяет сейчас динамику мировой экономики. В любой момент финансовый шквал может обрушиться на экономику любой слабой страны, включенной в эту глобальную систему, и привести ее к катастрофе.

Формирование глобальной экономики - основа формирования всемирного социоисторического организма. Но этот формирующийся на наших глазах всемирный социоисторический организм (по крайней мере, сейчас и в обозримом будущем) не представляет собой социально-исторического организма в абсолютно точном смысле этого термина. Его возникновение не представляет собой на данном этапе исчезновения ранее существовавших отдельных конкретных обществ. Они сохраняются, но при этом становятся частями всемирного социоисторического организма. Поэтому последний должен быть назван не столько социоисторическим организмом, сколько социоисторическим сверхорганизмом (суперорганизмом).

Мировой суперорганизм формируется на базе существующих социоисторических организмов, которые можно подразделить на четыре группы. Первая группа - мировая ортокапиталистическая система. Вторая - старая зависимая периферия. Третья - социоисторические организмы, ранее входившие в неополитарную систему, а теперь вступившие на путь капитализма. Все они находятся в разной степени зависимости от центра и в них формируется периферийный капитализм. Это новая зависимая периферия. Вместе вторая и третья группы образуют зависимую периферию новой эпохи. Четвертая группа - страны, сохранившие свою независимость от центра. Это несколько социоисторических организмов, ранее прямо или опосредованно входивших в неополитарную систему (Китай, Вьетнам, Куба, Белоруссия, до 2000 г. Югославия), и ряд стран старой периферии, порвавших цепи зависимости от центра (Ирак, Иран).

Социоры первой, второй и третьей групп интегрируются в мировой суперорганизм, но в совершенно разном качестве. Как уже указывалось, ортокапиталистический центр всегда эксплуатировал и сейчас продолжает эксплуатировать значительно расширившуюся за счет неополитарной мировой системы паракапиталистическую периферию. И когда начал формироваться мировой сверхорганизм, ортокапиталистический центр и паракапиталистическая периферия начали становиться общественными классами, но такими, которые в отличие от обычных классов непосредственно состоят не из человеческих существ, а из социоисторических организмов. Такого рода социальные классы можно было бы назвать глобальными классами.

Таким образом, возникновение мирового социоисторического сверхорганизма представляет собой становление глобального классового общество. Но там, где существуют классы и классовое общество, с неизбежностью должна начаться и классовая борьба. И глобальная классовая борьба уже идет, причем в самых разнообразных формах. История современной эпохи есть история глобальной классовой борьбы.

7.2. Современный, или поздний, ортокапитализм

Многие обществоведы утверждают, что на Запале капитализма давно уже нет, что там возникло качественно иное общество - постиндустриальное, сервисное и.п. Это не верно. Западное общество и было, и остается капиталистическим. Однако за последние десятилетия капитализм претерпел существенные изменения.

Ортокапитализм - первый в истории человечества основанный на эксплуатации человека человеком общественный строй, который на определенном, а именно современном, этапе своего развития обеспечил достаточно высокий жизненный уровень для людей, не принадлежащих к господствующему классу, включая значительную часть, даже большинство, членов эксплуатируемого класса. Такого в истории цивилизованного общества раньше никогда не было.

С этим связано возрастание значения подразделения общества на группы людей, отличающихся друг от друга размерами получаемой доли общественного богатства. Существуют три основные такие группы, или имущественных разряда: (1) богатые люди (богачи, многоимущие), (2) обеспеченные люди (зажиточные, среднеимущие) и (3) бедные люди (бедняки, неимущие и малоимущие).

Это деление известно давно. Но для докапиталистических классовых обществ и раннего капиталистического общества оно не имело особого значения, ибо подразделение людей на разряды богачей и бедняков в общем и целом совпадало с их подразделением на классы эксплуататоров и эксплуатируемых. Что же касается разряда обеспеченных людей, то он либо был столь незначительным, что мог не приниматься во внимание, либо в общем и целом совпадал с определенным одиночным классом. С переходом к позднему, или развитому, ортокапитализму возник огромный разряд обеспеченных людей, который не совпадал ни с одним из классов. В него входят члены различных классов и внеклассовых слоев: значительная часть рабочего класса, почти вся мелкая буржуазия, служащие и т.п.

Важнейшим условием для включения значительной части эксплуатируемого класса в разряд обеспеченных людей была невиданная до капитализма производительность труда, позволяющая создать огромную, невозможную ни при одном из ранее существовавших способов производства массу общественного продукта. Как следствие, для господствующего класса возникла возможность поделиться значительной частью созданного общественного продукта с его творцами. Раньше такой возможности не было. Эта возникшая на определенном этапе развития капитализма возможность превратилась в действительность в результате классовой борьбы.

Рабочее движение, таившее в себе угрозу перерастания в пролетарскую революцию, заставило буржуазию пойти на огромные уступки. Другой фактор, действовавший на протяжении большей части XX в., - возникновение и существование СССР. Во второй половине XX в. обеспеченного положения добилось большинство рабочего класса, что привело к потере им революционности.

Стимул капиталистического производства - погоня за прибылью. Но чтобы получить прибыль, нужно продать продукт. Превращение большинства членов общества в обеспеченных людей обеспечивает гарантированный сбыт постоянно возрастающего объема произведенной продукции. Возникает общество массового потребления, или консьюмеризма (от англ. consume - потреблять).

Ортокапитализм во второй половине XX в. смог полностью удовлетворить основные потребности большей части населения общества в пище, одежде, жилье и т.п. Но для дальнейшего роста капиталистического производства этого было недостаточно. Выход из положения - формирование все большего и большего числа искусственных нужд, потребностей в том, что реально людям совершенно не нужно. Важнейшее средство - интенсивная назойливая реклама. Людей усиленно убеждают в том, что только наличие у них тех или иных вещей обеспечит им престиж. Возникает и утверждается новая форма престижной экономики, суть которой в престижном потреблении.[86] Ортокапитализм во второй половине XX в. сделал необходимым и породил массовое престижное потребление.

Все это потребовало привлечения гигантского количества природных ресурсов, причем в значительной части импортируемых из стран периферии. Развитые страны, в которых проживает 25% населения земного шара, потребляют 83% производимой в мире энергии. Только США с населением в 260 млн человек (4-5% жителей Земли) использует от 30 до 40% добываемых на планете ресурсов.

Таким образом, в странах центра нарастает безудержное паразитическое потребление ресурсов и продуктов. «...Наше бурное и беспокойное общество, - писал первый президент Римского клуба А. Печчеи, - движимое, по-видимому, исключительно целями материального характера и готовое заплатить любую цену за намеченные достижения, развило в себе прямо-таки поразительную склонность к расточительству, и этот порок мешает ему воспользоваться плодами даже достигнутого ныне роста. И главными рассадниками этого зла явились сверхразвитые, перезрелые страны и регионы, породившие уродливое дитя, консьюмеризм - живое свидетельство их вырождения».[87]

Престижное потребление - не единственное проявление вырождения ортокапиталистического общества. Признаки его проявляются во всех сферах этого общества и особенно в области духовной культуры, где они появились значительно раньше. Ведь о гниении, деградации духовной культуры западного общества начали говорить еще в первой половине XIX в. С началом же XX в. положение о кризисе этой культуры стало общим местом. Об этом кризисе писали мыслители самых различных направлений, от крайне левых до крайне правых, от марксистов до правоверных католиков.

Одно из самых заметных проявлений деградации капиталистического общества - нарастание аморализма и дегуманизация. И это не случайно, это обусловлено самой сущностью капитализма. Мораль - самая важная форма общественной воли. Чувства долга, чести и совести образуют костяк морального облика человека и тем самым ядро человека как общественного существа. С формированием этих чувств общественные отношения, продолжая свое бытие вне человека, начинают одновременно существовать и в нем самом, входят в его плоть и кровь. В результате этого процесса появившийся на свет индивид вида Homo sapiens становится человеком, т.е. общественным существом.

Совесть - стержень человека. Она не только не в меньшей, но, напротив, в еще большей степени родовой признак человека, чем наличие у него разума, мышления. Человек, лишенный разума, - не человек. Человек, не имеющий совести, тоже не человек, даже если он сохранил разум. Он - человекоподобное животное.

Во всех докапиталистических обществах система социально-экономических отношений определяла волю, а тем самым действия, людей не прямо, а через посредство общественной воли: в первобытном обществе - в основном через посредство морали, в классовых - через посредство морали и права. Мораль и право определяли действия людей и в экономической области - прежде всего в сфере распределения общественного продукта.

Социально-экономические связи выступили на первый план и стали прямо определять волю и действия людей тогда, когда они стали отношениями капиталистического рынка. Действия людей в сфере экономики стали всецело определяться стремлениями к материальной выгоде и рациональным расчетом. Выгодой и расчетом при капитализме стали определяться действия людей не только в экономической, но и в других сферах жизни. Об этом в свое время писали К. Маркс и Ф. Энгельс [88], а сейчас повторяют многие западные философы, социологи и историки.

Капитализм - общество, в котором, как и в животном мире, господствует индивидуализм, но не зоологический, а имеющий качественно иные корни - не биологические, а социальные. Общая тенденция капитализма - уничтожение морали и совести как регуляторов человеческого поведения, превращение человека в рационально калькулирующего зверя, обесчеловечивание, дегуманизация человека. Об этом с тревогой говорят многие мыслители Запада.

Идущая в капиталистическом обществе аморализация в первую очередь затронула представителей господствующего класса. В среде рабочего класса ценность морали долгое еще время продолжала сохраняться. Но с тех пор, как значительная часть рабочих получила возможность стать консьюмерами, процесс аморализации получил развитие и в их среде. Аморализация стала всеобщим явлением.

«Суть такова:, - писал известный философ Х. Ортега-и-Гассет еще тогда, когда этот процесс только наметился, - Европа утратила нравственность. Прежнюю массовый человек отверг не ради новой, а ради того, чтобы, согласно своему жизненному складу, не придерживаться никакой. Так что наивно укорять современного человека в безнравственности. Это не только не заденет, но даже польстит. Безнравственность ныне стала ширпотребом, и кто только не щеголяет ею. Массовый человек попросту лишен морали, поскольку суть ее - всегда в подчинении чему-то, в сознании служения и долга»[89] На смену нравственности пришла даже не безнравственность, а «противонравственность», «антимораль, негатив». Результат - впадение Западной Европы в варварство, нарастающий процесс одичания.[90]

Это одичание проявляется во всем, в частности, и в отношении между полами. Неизбежным и прогрессивным при капитализме стало изменение формы брака и семьи, превращение семьи из патриархической в неоэгалитарную. Столь же неизбежной была и трансформация моральных норм, регулирующих отношения между полами. Но в условиях господства рынка и СМИ все это с неизбежностью привело к т.н. «сексуальной революции», которая означала снятие всех вообще норм, регулирующих отношения между полами, к сексуализации быта, к оскотиниванию человека.

Поборники «сексуальной революции» ссылаются на происходящее освобождение человека от многовековых запретов. Но как хорошо сказал болгарский писатель Б. Райнов: «Когда тягостные ограничения заменяются произволом, когда на место излишней стыдливости приходит наглое бесстыдство, когда тайна интимной жизни превращается в нахально разложенный и предлагаемый на каждом углу товар, когда естественная необходимость перерастает в разврат, в противоестественные бесчинства, уместно спросить: какова в конечном счете ценность такого освобождения и не является ли это освобождение освобождением от всего человеческого?»[91]

Получила распространение порнография, причем в ее наиболее уродливых формах. Поставленный на промышленную основу порнобизнес только в США приносит несколько миллиардов долларов в год. Деградация ортокапиталистического общества находит свое выражение также в разгуле преступности, в росте насилия.

Превращение людей в зверей, руководствующихся биологическими инстинктами и стремлением к личной выгоде, ставит под угрозу само существование общества. Необходимо новое их обуздание, отличное от морального. В капиталистическом обществе действуют нормы права, опирающиеся на силу государства. Но прямого физического принуждения всегда было недостаточно. И роль иной силы, способной превратить людей в дрессированных животных, выполняют в современном ортокапиталическом обществе средства массовой информации (СМИ, масс-медиа). Именно они выступают в качестве орудий, при помощи которых господствующий класс превращает людей, становящихся животными, в дрессированных зверей, навязывает им свою волю и свое видение мира.

Развитие капиталистического общества с неизбежностью ведет к разрыву между людьми почти всех связей, кроме экономических. В результате общество атомизируется. И распыленные, отчужденные друг от друга люди становятся легкими объектами всевозможных манипуляций. Господство средств массовой информации с неизбежностью ведет к унификации людей. Людей начинают штамповать по готовым образцам. Они все в большей и большей степени теряют способность к самостоятельному мышлению. Парадокс состоит в том, что в обществе, превозносящем индивидуализм, люди теряют индивидуальность. Происходит их обезличивание.

Результат развития капитализма - деградация не только морали, но и вообще всей духовной культуры. В значительной степени это затронуло искусство вообще, литературу в первую очередь. Как уже говорилось, возникновение капитализма оказало огромное влияние на духовную культуру. На смену дуализму пришла общесоциорная культура, которую обычно именуют национальной. И она на первых порах стала успешно развиваться. Это была настоящая, подлинная культура - ортокультура (от греч. ортос - правильный, прямой).

Однако довольно рано началась и коммерциализация культуры. Произведения искусства стали превращаться в товары и в качестве таковых поступать в обращение на капиталистический рынок. Тенденция развития состояла в превращении всех деятелей искусства, включая писателей, в создателей товаров, приносящих прибыль. Конечно, эта тенденция не реализовалась полностью и к настоящему времени, однако именно она определяет сейчас развитие искусства и вообще духовной культуры. Возникло то, что мыслители Франкфуртской школы М. Хоркаймер и Т. Адорно в «Диалектике просвещения» (1944) назвали культуриндустрией. Продукт культуриндустрии - массовая культура вообще, массовое искусство и массовая литература в частности.

«Массовая культура» вообще, «массовая литература» в частности - всевозможные ремесленные поделки, сфабрикованные ради денег и не представляющие никакой художественной ценности. К настоящему времени эта коммерцкультура потеснила и во многом вытеснила возникшую в результате слияния и опускания в низы общества элитарной и городской культур общесоциорную ортокультуру. В результате основная масса населения общества, потерявшая старую простонародную культуру, взамен нее получила не общесоциорную ортокультуру, вобравшую в себя все достижения прошлой культуры и обогатившуюся в результате последующего развития, а коммерцкультуру, т.е. псевдокультуру.

Если вначале коммерцкультура, возникшая в недрах общесоциорной ортокультуры, в какой-то степени использовала ее достижения, то в последующем пошел процесс ее примитивизации и деградации. Масслитература превратилась в примитивнейшее чтиво, спекулирующее на самых низменных качествах человеческой природы. Чуть не самое главное в ней - пропаганда насилия и жестокости, садизма, сексуального разгула и сексуальных извращений. То, что «массовое искусство» не имеет никакого отношения к искусству, начинает признаваться и людьми, занятыми в этом деле. Недаром получил хождение новый термин - «шоу-бизнес». Художников вытеснили и заменили шоумены.

Современное западное искусство, в особенности музыка и танцы, воспроизводит все более и более первобытные образцы. В нем исчезает все те особенности, которые были плодом пятитысячелетнего развития цивилизованного общества. Идет варваризация, одичание. И оно настолько заметно, что никто не пытается это отрицать. Но с тем, чтобы суть этого явления не била в глаза, его предпочитают называть архаизацией. Совсем недавно весь мир обошла весть о появлении певицы, которая приводит в восхищение многомиллионные массы слушателей, превращающихся в ее ревностных поклонников. Это чудо искусства не принадлежит к роду человеческому. Она - самка павиана.

Таким образом, сейчас прямой путь ведет от цивилизации к дикости, а от последней - в животное состояние и даже хуже. Поп-музыка не просто разнуздывает животные инстинкты. Она превращает людей в скопление индивидов, обуянных страстью разрушения. Это даже не животное состояние, а патологическое.

Поклонники масскультуры обычно говорят, что она возникла потому, что была востребована массами, не понимающими и не принимающими настоящую культуру. В действительности потребность в масскультуре и пренебрежение к ортокультуре целенаправлено формируется через СМИ шоу-бизнесменами. Реклама масскультуры - неотъемлемая составная часть деятельности СМИ.

Наиболее типичный пример масскультуры - американская. Она - самая примитивная. Но так как США в настоящее время - наиболее экономически развитая и богатая из стран центра, то именно ее масскультура грязным потоком льется по всему миру, сметая по пути все действительные культурные ценности.

Мир, который именовали третьим, к XIX в. значительно отставал от Западной Европы не только технически и экономически, но и в культурном отношении. Распространение западноевропейской культуры по всему миру было явлением прогрессивным, несмотря на огромные издержки, связанные с зависимостью и колониализмом. Но так было до тех пор, пока распространялась западноевропейская ортокультура. Она действительно во многих отношениях стояла выше традиционных культур народов третьего мира.

Положение резко изменилось, когда ортокультура была заменена западной, прежде всего американской, масскультурой. По сравнению с последней традиционные культуры стран третьего мира во многих отношениях стоят гораздо выше. Они являются в отличие от масскультуры пусть менее развитыми, чем западноевропейская ортокультура, но тем не менее подлинными культурами.

Мыслители, заметившие и нарисовавшие картину духовного кризиса западной цивилизации, естественно попытались вскрыть его корни. Наиболее распространенный ответ - все дело в машинной технике, которая сама по себе губит все духовные ценности. В достаточно четкой форме эту мысль выразил еще О. Шпенглер в своем «Закате Европы» (1918). И с тех пор кто только не упражнялся в проклятиях технике. А так как современная техника неразрывно связана с наукой и является ее продуктом, то ненависть к технике обернулась и против науки. И, в конце концов, в качестве причины всех современных бедствий человечества выступил разум, рациональное мышление. Все это послужило обоснованием и оправданием получающих все большее распространение на Западе иррационализма и различного рода антинаучных представлений (астрология, парапсихология, уфология, экстрасенсорика и т.п.).

В действительности же ни техника, ни наука и ни человеческий разум ни в малейшей степени не повинны в духовном кризисе западной культуры. Причина всего этого в капиталистическом общественном строе, в господстве рыночных отношений. Из регулятора экономической жизни рынок превратился в регулятор всех сфер общественной жизни, включая область духовного производства. Рыночная экономика превратила все общество в рыночное.

Деградацию сейчас претерпевает в западном мире и его величайшее достижение - наука, и тесно связанная с ней система образования. Сказались здесь и происходящие на Западе прежде всего под влиянием СМИ потеря способности к самостоятельному мышлению и всеобщее оглупление. Повсеместно растет функциональная неграмотность. Примерно, от 60 до 80 млн американцев являются неграмотными или полуграмотными, от 23 до 30 млн полностью неграмотны, т.е. фактически не могут читать и писать. Не на много лучше ситуация и в других странах центра.[92]

Особенно плохо обстоит дело с математическим образованием. И опять-таки лидируют в этом США. «80 процентов современных учителей математики в Америке, - говорит крупнейший математик мира академик В.И. Арнольд, - понятия не имеют о дробях, не могут сложить половину с третью. А среди учеников таких - 95 процентов».[93] «Осенью 2000 года, - пишет он в другой работе, - в Москву приезжали представители фирмы “Боинг” из Сиэтла. Они рассказали мне, что не могли бы поддерживать традиционно высокий технический уровень своих разработок, если бы не использовали труд лучше американцев подготовленных иностранцев - японцев, китайцев и русских, которых в школах еще до сих пор продолжают учить как основам фундаментальных наук, так и умению думать и решать нетривиальные задачи. Но они опасаются, что американизация обучения вскоре ликвидирует и этот источник кадров...»[94]

Деградирует сейчас не только математика, но и вся вообще наука. Это стимулирует появление массы книг, в которых доказывается, что науке приходит конец. Одна из таких - сочинение отнюдь не прямого мракобеса, не теолога, а штатного сотрудника журнала «Сайентифик Америкен» Дж. Хоргана, носящее очень красноречивое название - «Конец науки. Взгляд на ограниченность знания на закате Века Науки» (1996; СПб., 2001). Все это привело В.И. Арнольда к весьма пессимистическому выводу: «Расцвет математики в уходящем столетии сменяется тенденцией подавления науки и научного образования обществом и правительствами большинства стран мира. Ситуация сходна с историей эллинистический культуры, разрушенной римлянами, которых интересовал лишь конечный результат, полезный для военного дела, мореплавания и архитектуры. Американизация общества в большинстве стран, которую мы наблюдаем, может привести к такому же уничтожению науки и культуры современного человечества. Математика сейчас, как и две тысячи лет назад, - первый кандидат на уничтожение. Компьютерная революция позволяет заменить образованных рабов невежественными.»[95]

Капиталистическое рыночное хозяйство, стимул которого - погоня за прибылью, сыграло необычайно прогрессивную роль в истории человечества. Только оно смогло вызвать к жизни производительные силы, способные обеспечить все человечество всем необходимым для достойного существования.

Но эти же мощные силы оказались способными разрушить среду существования человека и самого человека. Об этом достаточно четко было сказано еще в первом докладе Римскому клубу «Пределы роста» (1972). К его двадцатилетию было проведено повторное исследование, результаты которого изложены в работе Д. Медоуз, Д. Медоуза и Й. Рандерса «За пределами: Глобальная катастрофа или стабильное будущее?» (1992). Выводы неутешительны: почти ничего не изменилось к лучшему, зато многое - к худшему. В результате Д. Медоуз делает, к сожалению, достаточно аргументированный вывод, что человечество уже сейчас находится за пределами роста и мир приближается к глобальной катастрофе.

Нарастает загрязнение среды, в результате которого Земля, если не принять срочных мер, в самом недалеком будущем станет непригодной для жизни людей. Нарастание престижного потребления в странах центра ускоряет процесс исчерпания источников энергии. Если рынок будет продолжать господствовать, то, если даже ограничиться отношением людей только к природе, отвлекаясь от отношений между людьми, человечеству грозит гибель. Меры по уменьшению загрязнения и очистке среды могут быть только нерыночными. Их может предпринять лишь общество в целом в лице государства. Кое-какие меры уже принимаются, но все это паллиативы. Нельзя спасти человечество, если не поставить рынок под жесткий контроль общества. Свобода рынка в наше время с неизбежностью погубит человечество.

Не лучше обстоит дело, когда от отношения к природе мы переходим к отношениям между людьми. Свобода рынка с неизбежностью ведет к резкому классовому расслоению внутри страны. И отмеченное выше превращение значительной части населения, не принадлежащей к буржуазии, в обеспеченных людей произошло в результате действия внерыночных факторов, прежде всего классовой борьбы рабочих.

Но эти преобразования не устранили не только гигантского и постоянно увеличивающегося разрыва в имущественном положении разных групп населения, но и самой настоящей нужды и бедности. Сейчас в странах центра 100 млн людей живет ниже черты бедности, 100 млн бездомных и 200 млн тех, кто не может рассчитывать, что перевалит за рубеж в 60 лет.

Огромное бедствие в странах ортокапитализма - постоянная, не только не сокращающаяся, но, наоборот, растущая безработица. Так как ее рост связан с продолжающейся автоматизацией и роботизацией производства, то он неизбежно будет продолжаться, если сохранится существующее положение вещей.

На положение многих слоев населения Запада серьезно сказался крах СССР и мировой неополитарной системы. Господствующий класс целого ряда ортокапиталистических стран перешел в контрнаступление и пытается отнять у трудящихся многое из того, что ими было завоевано в прошедшие десятилетия XX в. Идет демонтаж «государства благосостояния». Положение широких масс стран Запада начинает ухудшаться. Растут ряды неимущих и малообеспеченных.

Обеспеченные люди на Западе и раньше жили под страхом лишиться своего положения и опуститься на дно, а сейчас этот страх еще больше усилился. Их благополучие находится в зависимости от рыночной конъюнктуры, которая непрерывно меняется независимо от их сознания и воли. Подавляющее большинство населения ортокапиталистических обществ живет в обстановке постоянной неуверенности в своем будущем, находится во власти случайностей, что порождает стрессы. Отсюда стремление спрятаться, уйти от действительности. Именно поэтому возникает потребность в масскультуре вообще, масслитературе в частности. Особым успехом пользуется литература, уводящая от реальности, - эскейпистская.

Традиционные религии с их затвердевшими догмами и ритуалами не дают больше утешения. Отсюда поиски нетрадиционных верований, волна мистики, иррационализма и других форм мракобесия. Наряду с духовными средствами ухода в мир иллюзий, широкое распространение получают наркотики. Нарастает наркомания. И причина роста потребления наркотиков не только в стремлении людей уйти от действительности, порожденном, в конечном счете, рыночной экономикой, но и прямо, непосредственно в действии законов этой экономики. Торговля наркотиками дает невиданные прибыли. Наркомания, в свою очередь, подпитывает преступность, которая непрерывно растет. Преступность в свою очередь усиливает состояние неуверенности и это кладет начало новому циклу деградации.

7.3. Капитализм — общество без будущего. Проблема его замены другим общественным строем.

Таковы неизбежные результаты во многом бесконтрольного действия капиталистической рыночной экономики.

«Как бы там ни было, - писал уже упоминавшийся выше А. Печчеи, который не принадлежит к числу не только марксистов, но даже и левых радикалов, - но очевидно одно, что кроме всех прочих пределов, нашему дальнейшему стабильному росту препятствует сама социально-политическая структура и философские основы существующего в нашем мире конгломерата обществ. Ведь если в человеческой системе господствует анархия, парализовавшая великим множеством препятствий и помех все; если система страдает серьезным расстройством, о котором я уже упоминал, то совершенно ясно, что ей никогда не достигнуть того потолка материального роста, который в принципе допустим при разумном, эффективном использовании Земли... Даже наиболее четко организованный сектор - мировая производственная система, которую я бы назвал истинной, реальной властью общества, тоже в свою очередь создает косвенные помехи росту всей человеческой системы в целом... Более того, основные стимулы современной экономической деятельности - стремление к быстрой прибыли и быстрому обороту капиталовложений - создают ситуации, прямо противоположные тому, что необходимо для разумного использования совокупных материальных ресурсов, которыми располагает человечество. Необходимо, как я уже говорил, принять меры, чтобы обеспечить рационализацию всей производственной системы и передислокацию промышленности в масштабах планеты». [96]

По сути дела, А. Печчеи говорит о необходимости если не уничтожения, то существенного ограничения власти рынка в масштабах как отдельных стран, так и мира в целом, о необходимости замены существующего капиталистического общественного строя принципиально иным. Он нигде не дает грядущему социальному порядку четкой характеристики и никак его не называет, но по существу речь идет о коммунизме.

Это особенно наглядно видно на примере следующего его высказывания: «Социальная справедливость составляет главную цель человеческой революции. Раз начавшись, кризисы, скачки и перемены могут в дальнейшем лишь набирать скорость, наращивать способность к дальнейшим мутациям. Точно также и идеи. И одну из таких могучих идей представляет упомянутая идея социальной справедливости, ставшая одним из самых страстных стремлений современного человека. Именно она вдохновила движение за новый мировой порядок и стала важнейшим принципом нового гуманизма... А иногда приходится слышать совсем уже нелепые утверждения, что сохранение и закрепление существующего неравенства между различными членами человеческого сообщества в распределении силы, власти, доходов, влияния и возможностей служит важным фактором разнообразия, гетерогенности всей системы в целом, а это в свою очередь способствует ее устойчивому развитию. Нет, для того, чтобы действительно могли цвести сто цветов человечества, необходимо прежде более равноправное общество на всех без исключения уровнях человеческой организации. Господствующие ныне законы и правила управления обществом - весьма близкие к законам джунглей - совершенно непригодны для того, чтобы обеспечить развитие массового и в то же время разнообразного сообщества людей - как групп, так и отдельных личностей, - которое действительно позволяло бы им жить лицом к лицу, невзирая на расовые, идеологические и культурные различия, оказывать все более активное воздействие на развитие событий. Сейчас это социальное и политическое неравенство - которое было, возможно, допустимо и в силу необходимости приемлемо в предшествующие эпохи - стало абсолютно нетерпимым, а завтра оно сможет сыграть роковую роль в развитии человечества... Ведь, в сущности, если смотреть на будущее в долгосрочной перспективе, без справедливости нет и не может быть никакого стабильного мира или безопасности, никакого социального развития, никакой свободы личности, человеческого достоинства или приемлемого качества жизни для всех. Справедливость становится, таким образом, в новую эпоху условием sine qua non самого существования человеческого общества. Концепция справедливости приобретает сейчас все более широкое, отличное от прежнего толкование. Это связано с растущим осознанием необходимости более равномерного распределения власти и доходов между всеми гражданами, группами и странами. С моей точки зрения, широкая либеральная трактовка этого принципа предполагает обязанность общества неукоснительно следить за тем, чтобы действительно все обеспечиваемые системой блага - включая товары и услуги - предоставлялись в распоряжение всех без исключения членов общества, и при этом каждый имел бы достаточно реальную и равноправную возможность для раскрытия заложенных в нем способностей».[97]

Сходные мотивы звучат и в первом докладе (отчете) Римского клуба «Первая глобальная революция» (1990), написанным его президентом А. Кингом и генеральным секретарем Б. Шнайдером.

Известный политический деятель, первый президент Европейского банка реконструкции и развития Ж. Аттали в книге «Тысячелетие. Победители и побежденные в грядущем мировом порядке» (1991) предпринял попытку подвести итоги XX веку и наметить перспективы развития человечества в XXI веке. «Никогда, - пишет он, - еще мир не находился в таком плену у законов, диктуемых деньгами. Капитализм нахально выражает уверенность в своем полном превосходстве... Он вознаграждает победителей и карает побежденных. Но сам успех капитализма создает условия для его провала. Грядущий мировой порядок будет связан с опасностью:... он будет относиться к природе как к товару и превратит самого человека в товар массового производства... Мечта о бесконечном, неограниченном выборе может завершиться такой кошмарной ситуацией, где вообще не будет никакого выбора. Мир изобилия может погрузиться в век всеобщей скудости.» [98]

В настоящее время капитализм как в центре, так и на периферии, находится в состоянии кризиса, единственный выход из которого - уничтожение этой системы. Капитализм - общество без будущего. Объективной необходимостью является смена его другим более прогрессивным общественным строем - коммунистическим.

К. Маркс и Ф. Энгельс считали, что капиталистические отношения, как и все предшествовавшие им типы производственных отношений, рано или поздно перестанут стимулировать развитие производительных сил и превратятся в тормоз на пути их дальнейшего прогресса. В результате пролетарской революции все средства производства перейдут в собственность общества, и на смену капитализму придет социализм.

Вокруг вопроса о том, прекратят ли когда-либо капиталистические отношения стимулировать развитие производительных сил, ведутся споры. Но одно можно сказать с определенностью: на нынешнем этапе развития человечества дальнейшее существование капиталистических рыночных отношений с неизбежностью ставит под угрозу само бытие человека и человеческого общества. Сейчас, в наше время перед мировым человеческим обществом встала альтернатива: либо исчезнет капитализм, но сохранится человечество, либо погибнет человечество и тем самым, конечно, и капитализм. В этом смысле капитализм обречен безусловно, а человечество - условно.

Не сбылось предсказание К. Маркса и Ф. Энгельса, что рабочий класс развитых капиталистических стран станет могильщиком этого общественного строя. Конечно, можно предполагать, что развертывающееся сейчас в странах Запада наступление капиталистов на социальные завоевания рабочего класса приведут к новой его революционизации. Но это только предположение. Ясно одно: прямая трансформация капитализма в социализм в развитых странах сейчас мало вероятна, если вообще возможна. Отсюда многими защитниками существующего строя делается вывод, что хорош или плох капитализм, но он будет существовать столько лет и веков, сколько еще просуществует человечество. И если бы во всем мире был бы такой капитализм, каким он является на Западе, то подобный вывод было бы оспорить трудно. Получается, что человечество зашло в тупик, выхода из которого нет.

Но, как свидетельствует история, кроме той формы смены формаций, которая выше была названа эндогенной стадиальной трансформацией, существует и иная - эстафетная форма. Она уже дважды выводила человечество из тупика: первый раз таким образом произошла смена древнеполитарного общества серварным, вторым был переход от серварной формации к феодальной.

Эстафетная смена формаций возможна только в том случае, когда наряду с зашедшими в тупик социоисторическими организмами высшего для данного времени типа существуют социоисторические организмы иного типа. Именно такова ситуация, сложившаяся в мире к настоящему времени. Кроме ортокапиталистических обществ, на земном шаре существуют паракапиталистические и общества, для которых характерен своеобразный симбиоз неополитаризма и рыночной экономики (Китай, Вьетнам и др.). И все периферийные общества в меньшей или большей степени усвоили достижения, которых добился Запад при капитализме.

Но для того, чтобы понять, в какой степени периферийный мир способен свершить рывок к новой общественной формации, необходимо рассмотреть его более подробно.

7.4. Старая паракапиталистическая периферия

Если в центре царит расточительность, то в странах старой зависимой периферии происходило и происходит постоянное воспроизводство обездоленности, нищеты подавляющего большинства их населения. Если свобода рынка внутри страны ведет к резкому классовому расслоения, то в мировом масштабе она с неизбежностью делает все более резкими различия между центром и периферией, между странами ортокапитализма и странами паракапитализма, т.е. углубляет расслоение на глобальные классы.

Согласно данным президента Всемирного банка (ВБ)Дж. Вулфенсона, развивающиеся страны, в которых живет 81% населения мира, создают 18% совокупного внутреннего валового продукта (ВВП).[99] И положение ухудшается. По данным ООН за последние тридцать лет доля общемирового дохода 20% беднейшего населения земного шара сократилась с 2,3% до 1,4%, тогда как доля 20% самых богатых наций выросла с 70% до 85%. В большинстве развивающихся стран в период с 1982 г. по 1990 г. шло неуклонное снижение потребления на душу населения.

Если в США в 1991 г. на душу населения приходилось 2 614 кг нефти, то в том же году в Индии - 62 кг, Эфиопии - 14 кг, Заире (ныне Демократической республике Конго) - 10 кг. Примерно также обстоит дело и с другими видами сырья. В целом на долю развивающихся стран, в которых живет 75% населения земли, приходится 17% производимой в мире энергии.

Из этих цифр следует, что страны периферии не могут по уровню производства и потребления сравняться со странами центра не по одним лишь социальным причинам, но и по чисто физическим. Чтобы они смогли бы даже приблизиться к существующему в США экономическому уровню, пришлось бы добычу сырья увеличить в 75-250 раз. Но в таком случае природные ресурсы Земли были бы полностью исчерпаны в ближайшие двадцать лет.

Одна из главных особенностей периферийного капитализма - крайне неравномерное распределение национального богатства и валового национального продукта. Огромная часть национального дохода поступает в распоряжение крайнего ограниченного круга лиц, образующих господствующий класс. Этот класс делится на несколько олигархических группировок, между которыми ведется борьба за распоряжение национальным богатством и контролем за доходами. Олигархическая верхушка значительную часть дохода тратит на чрезмерное личное потребление не только сопоставимое, а нередко превосходящее личное потребления элиты развитых стран. Другая часть дохода тратится на приобретение земли.

И, наконец, огромные суммы переводятся в банки развитых стран. С 1976 по 1985 гг. только из пяти стран (Венесуэлы, Аргентины, Бразилии, Мексики и Филиппин) было вывезено резидентами примерно 200 млрд долларов. К настоящему времени в заграничных банках находятся 75 млрд долларов из одной лишь Аргентины. В результате интересы господствующего класса периферийных стран тесно переплетаются с интересами верхушки развитых стран. По существу его члены служат не столько интересам собственных стран, сколько интересам господствующего класса держав центра. Поэтому эту верхушку часто характеризуют как компрадорскую. Наряду с бегством капитала идет утечка умов - миграция высококвалифицированных специалистов из развивающихся стран в развитые.

В результате утечки капитала из страны становятся невозможными внутренние инвестиции в ее народное хозяйство вообще, в промышленность в первую очередь. Отсюда огромная внешняя задолженность страны и большие траты на обслуживание внешнего долга, на выплату процентов по займам. За 1970-1992 гг. внешний долг развивающихся стран вырос с 68,5 млрд долларов до 2 трлн., т.е. на 2000%, к середине 1999 г. увеличился до 2,5 трлн. Расходы на его обслуживание в начале 90-х годов составляли 169 млрд долларов. С 1980 г., когда долг стран Латинской Америки составлял 257 млрд долларов, ими было выплачено до конца 1995 г. 448 млрд, в результате долг вырос до 607 млрд. Результат - обогащение стран-кредиторов и обнищание стран-должников.

Так как внутренние инвестиции практически отсутствуют, то вся надежда возлагается на привлечение капитала из развитых стран. Но в результате значительная часть, если не вся прибыль предприятий, созданных на иностранные вложения, переводится за границу.

Развивающиеся страны всегда были, а многие и сейчас являются поставщиками сырья для развитых государств и покупателями их промышленных изделий. Так как природные ресурсы обычно шли по ценам ниже стоимости, а промышленные товары продавались по ценам, превышающим их стоимость, то результатом было опять-таки обогащение ортокапиталистических стран.

На внутреннем рынке периферийных стран практически отсутствует свободная конкуренция. На нем почти безраздельно господствуют олигархические группировки. В результате рынок теряет роль регулятора производства и не может обеспечить подъем экономики. Если на одном полюсе периферийного общества идет воспроизводство богатства, то на другом - нищеты и обездоленности. Верхи непрерывно богатеют за счет абсолютного обнищания подавляющего большинства населения. Это обнищание имеет место даже и в том случае, когда идет рост объема валового внутреннего продукта в расчете на душу населения.

За последнее время в «третьем мире» произошли определенные изменения. Если в начале и даже в течение первой половины XX в. все паракапиталистические социоисторические организмы были аграрными, то к концу этого столетия некоторые из них стали индустриальными. Последние стали называть новыми индустриальными странами. Но при этом они как были, так и остались паракапиталистическими. Однако держать эти государства в зависимости центру оказалось труднее, чем раньше. Некоторые из этих стран попытались проводить более самостоятельную политику.

И тогда центр принял все необходимые меры. Все эти страны давно уже были включены в глобальную финансовую систему, о которой выше уже шла речь. Инструментом воздействия на экономику данных стран стал циркулировавший в этой системе гигантский спекулятивный (фиктивный) капитал. В начале 80-х годов был инициирован финансовый кризис, который серьезно подорвал экономику новых индустриальных стран Латинской Америки. В 1994-1995 гг. там же разразился новый кризис, которые получил название «первого финансового кризиса XXI века».

В середине 1997 г. настала очередь новых индустриальных стран Юго-Восточной Азии, которые стали «второй финансовой жертвой». Резко обострившийся осенью валютно-финансовый кризис настолько подорвал экономики этих стран, что трезвые наблюдатели стали говорить об экономической катастрофе. После Юго-Восточной Азии финансовый и экономический кризис поразил Россию, а затем обрушился на Бразилию. За ней последовали Эквадор, а потом Перу и Колумбия.

Бесконечный ряд финансовых и экономических катастроф, постигших в последние годы самые различные страны, общее между которыми состоит в том, что их правительства ревностно вели политику, диктуемую Международным валютным фондом (МВФ), повсеместно подорвали доверие к этому учреждению. Всем стало ясно, зачем он был создан. Как выразился американский экономист Л. Ларуш: «Сегодня англо-американцы грабят большую часть планеты при помощи убийственной и кровожадной практики Международного валютного фонда. Он ежегодно добывает сотни миллиардов долларов для экономики США».[100]

7.5. Новая паракапиталистическая периферия. Сегодняшняя Россия — зависимая периферийная страна

В странах новой зависимой периферии, взявших курс на реставрацию капитализма, возникает или уже возник тот или иной вариант паракапитализма. Это произошло со всеми странами Восточной и Центральной Европы и почти со всеми государствами, возникшими в результате распада СССР, не исключая России. Они оказались в яме, из которой до сих пор ни одна страна, оказавшаяся в ней, еще не сумела выбраться.

Для стран Центральной Европы и целого ряда неополитарных государств, возникших на территории СССР, путь в паракапитализм после распада этой страны был во многом, хотя и не полностью, предопределен. Но не для России. Последняя, оказавшись перед необходимостью изменения социально-экономического строя и внедрения рыночных отношений, вообще могла бы избежать капитализма.[101] Условием было сохранение достигнутой в результате Октябрьской рабоче-крестьянской революции 1917 г. экономической и политической самостоятельности. И это было вполне реально, как это можно видеть на примере Китайской Народной Республики.

Китай, начавший в 1978 г. реформирование своей экономики, полностью сохранил экономическую самостоятельность и в результате добился огромных хозяйственных успехов. С тех пор объем ВВП на душу населения вырос в четыре раза. На протяжении всех этих лет шел неуклонный рост жизненного уровня населения. Китай не вошел в мировой центр, но не оказался и в составе зависимой периферии мирового капитализма. И при этом Китай начал с уровня, значительно более низкого, чем тот, который существовал в России в 1991 г.

Таким образом, у России была вполне реальная возможность сохранить экономическую самостоятельность и не оказаться в составе зависимой мировой периферии. Однако она этой возможности не использовала. Кризис, а затем и крушение неополитаризма в СССР не были, разумеется, результатом капиталистического заговора, хотя, конечно, внешние силы были заинтересованы в таком исходе и всемерно ему способствовали.

После августа 1991 г. в СССР пришли к власти новые политические силы, которые во всем стали ориентироваться на Запад. Именно туда они обратились за поддержкой и помощью в деле реформирования экономики страны. Верхушка капиталистического мира была крайне заинтересована в уничтожении неополитаризма и утверждении на территории СССР капитализма. Однако меньше всего она хотела вхождения этой страны в состав центра. Поэтому были приняты все усилия для того, чтобы развитие этой территории пошло по пути к паракапитализму, чтобы она стала составной частью зависимой периферии международной капиталистической системы.

Привлеченные руководством России во главе с Б.Н. Ельциным западные, прежде всего американские, экономисты разработали план реформирования экономики страны, а затем в качестве советников президента и правительства страны при поддержке и нажиме МВФ и Всемирного банка обеспечили претворение его в жизнь.

В результате первой волны «реформ», начатых правительством Е.Т. Гайдара и продолженных кабинетом В.С. Черномырдина быстрыми темпами пошел процесс деиндустриализации, экономика страны была развалена, ВВП уменьшился более чем вдвое. Россия впервые утратила продовольственную самостоятельность. По меньшей мере, 52% продовольственных товаров, потребляемых в стране, стало завозиться из-за рубежа. Разрушены системы здравоохранения, образования, гибнет наука. Развалены военная промышленность и вооруженные силы страны. К началу августа 1998 г. уровень жизни подавляющего большинства населения снизился в 2-3 раза, а сельских тружеников, ученых, учителей и пенсионеров - в 6-7 раз. Для российского хозяйства стала характерной систематическая невыплата заработной платы. Возникла беспримерная в истории форма эксплуатации, когда весь продукт является прибавочным, а необходимый отсутствует.

Для выхода из положения была сделана попытка нового, второго рывка в деле реформирования страны. К власти было призвано правительство «молодых реформаторов» во главе с С.В. Киреенко. Результат начавшейся второй волны реформ сказался буквально через несколько месяцев. После 17 августа 1998 г. рухнула финансовая система, стала разваливаться паразитическая банковская сеть. Все, что ставили себе в заслугу «реформаторы», исчезло. В результате последовавшего роста цен жизненный уровень основной массы населения снизился еще в два раза, а то и больше.

Но крах «реформ» произошел вовсе не в августе 1998 г. Собственно, все предшествовавшие семь лет были периодом сплошного экономического, социального и политического кризиса, который завершился катастрофой. Крах «реформ» очевиден был давно. Об этом писали все объективные наблюдатели и у нас, и за рубежом.

В целях экономии места можно ограничиться высказыванием человека, который вдохновлял и планировал эти преобразования, возглавляя группу западных экспертов при правительстве и президенте России, - американского экономиста Дж. Сакса. Вот, что он говорил еще в конце 1997 г.: «Это нельзя назвать экономической реформой. На мой взгляд, все происходящее здесь отвратительно и заслуживает осуждения. Реформа обернулась для страны огромным и непредвиденным бедствием, вызвала колоссальный дефицит бюджета, превратила в прах банковские сбережения и личные накопления, а широко распространившиеся чувства неуверенности в завтрашнем дне трагическим образом содействовали сокращению продолжительности жизни взрослого мужского населения. Я считаю, что реформа потерпела поражение по всем статьям».[102]

Но основная реальная, а не провозглашенная в декларациях цель американских вдохновителей «реформ» была достигнута. Исчез и, как они имеют основания надеяться, навсегда самый опасный конкурент. Россия потеряла экономическую, а тем самым реальную политическую независимость (разумеется, при формальном сохранении последней). В этом смысле происшедшие в ней после 1991 г. перемены нельзя иначе охарактеризовать как контрреволюцию. В России произошла реставрация паракапитализма, она снова стала зависимой страной, снова вошла в состав мировой периферии. Отношение к этому значительной части, если не большинства населения России нашло свое выражение в горькой сентенции: «Как жаль, что “Аврора” в 1917 г. не сделала контрольного выстрела». Причем сейчас Россия находится в значительно большей зависимости от западных держав, чем это было до Октября 1917 г. Единственное, что еще осталось от прежнего, - это ракетно-ядерный комплекс, который, однако, с каждым годом ветшает. Золотой мечтой Запада, прежде всего США, является установление над ним своего контроля, а еще лучше - его полная ликвидация.

К настоящему времени Россия обрела все признаки зависимой периферийной страны. В ней сложилась социальная структура, характерная для паракапиталистических стран. Неимущие и малообеспеченные составляют не менее 80% населения страны, среднеобеспеченные - 10-13%, богатые - около 4-7%. Богатые и состоятельные получают 77,6% денежных доходов. 1,5% населения страны владеют 57% всего национального богатства. Если на Западе доля оплаты труда в конечной цене продукта составляет 60% и более, то в сегодняшней России она едва-едва дотягивает до 8-12%.[103]

Как и в других паракапиталистических странах, идет непрерывное бегство капитала из России за границу. По подсчетам ряда видных экономистов и финансистов, общая сумма аккумулированных за границей российских капиталов к середине 1998 г. достигла 700 млрд. долларов. Бывший управляющий делами президента РФ П.П. Бородин, который знает о бегстве капитала не понаслышке, называет в два раза большую цифру - 1,4 трлн. долларов.[104] Эта перекачка капиталов за границу происходила не вопреки политике правительства, а при полной его поддержке. Широкого масштаба достигла и утечка умов из России.

По размерам внешнего долга, составляющего на осень 2001 г. по официальным данным около 150 млрд долларов, Россия вошла вместе с Бразилией, Мексикой и Индонезией в группу самых крупных должников мира. На шею России надета прочная долговая петля, сбросить которую обычным путем невозможно. Как и в случае с другими паракапиалистическими странами, долги после выплат не только не уменьшаются, а, наоборот, растут. Так, например, выплатив к 2000 г. Парижскому клубу кредиторов 17 млрд долларов из 35 млрд. Россия осталась должна... 42 млрд.[105]

Если некоторые развивающиеся страны из аграрных к настоящему времени трансформировались в индустриальные и стали поставлять на мировой рынок промышленные товары, то Россия, наоборот, в течение последних лет из высокоиндустриальной, с огромным научным потенциалом страны превратилась в сырьевой придаток Запада. Внутренний рынок страны полностью находится под контролем олигархических и криминальных группировок.

В России возник свой вариант паракапитализма, который все единодушно, от националистов и коммунистов до «демократов», называют воровским, разбойничьим, грабительским, бандитским, хищническим, криминальным, олигархическим капитализмом. Бандитским, криминальным наш паракапитализм является во многих отношениях. Прежде всего приватизация, которая положила ему начало, представляла собой откровенный грабеж государственной собственности. Получила развитие «теневая» экономика. Неимоверного размаха достигла коррупция. Вот что в 1999 г. писал в докладной записке премьер-министру России Е.М. Примакову министр внутренних дел С.В. Степашин: «Масштабы разворовывания государственных ресурсов и собственности достигли беспрецедентных в истории человечества пределов, поставив страну на грань катастрофы».[106] Наконец, гигантски выросла обычная преступность. Если в 1990 г. было зарегистрировано 1839,5 тыс. преступлений, то в 1999 г. - 3001,7 тыс. Число убийств и покушений на убийство за этот же время выросло с 15,6 тыс. до 31,1 тыс.[107]

Отличает Россию от старых периферийных стран, пожалуй, только демографическая ситуация. Там идет рост населения, в России - сокращение. Причины - хроническое недоедание большой части населения, рост заболеваемости, дороговизна лекарств, развал системы здравоохранения, лишение возможности полноценного отдыха и курортного лечения. В результате если еще в 1990 г. население РСФСР увеличилось на 332,9 тыс., то после начала реформ Россия стала буквально вымирать: в 1992 г. естественная убыль населения составила 219,8 тыс. человек, в 1993 г. - 750,5 тыс., в 1994 г. - 893,2 тыс., в 1995 г. - 840 тыс., в 1996 - 777,6 тыс., в 1997 г. - 755,9 тыс., в 1998 г. - 705,4 тыс., в 1999 г. - 929,6 тыс., в 2000 г. - более 750 тыс., за восемь месяцев 2001 г. - 589, 7 тыс. [108]

Защитники и пропагандисты «реформ», признавая воровской, криминальный характер российского капитализма, в то же время уверяют, что причина этого в его молодости. Всякий капитализм начинался с грабежа, но затем он становился добропорядочным и цивилизованным. То же самое произойдет и с российским капитализмом. С течением времени капитализм у нас станет точь-в-точь таким, как на Западе.

Для этого нужно не только терпеть, но и прилагать все усилия, чтобы войти в мировое (международное) сообщество, от которого мы так долго были совершенно изолированы, приобщиться, наконец, к цивилизации. Другие пропагандисты этой идеи, понимая, что говорить о вхождении России в мировое сообщество и приобщение к цивилизации нелепо, ибо она давно уже в этом сообществе состоит и давно является цивилизованной страной, несколько видоизменяют эти призывы. Речь уже у них идет о вхождении не в мировое, а в западное сообщество, и приобщении не к цивилизации вообще, а к западноевропейской. Для этого нужно не ссориться с западным сообществом, а всячески угождать ему и неукоснительно следовать его предписаниям. Только это может обеспечить процветание страны.

Несомненно, что российский капитализм обладает признаками, роднящими его с ранним западным капитализмом. Но вся суть в том, что наш капитализм не просто ранний, первоначальный. Это капитализм периферийный, а значит тупиковый, не способный перерасти в капитализм, существующий в центре. И всякая пропаганда изложенных выше идей, означает агитацию за сохранение существующего положения вещей, за капитуляцию перед Западом. Она крайне выгодна Западу и хорошо им оплачивается, что особенно ярко вскрылось во время известного скандала с НТВ.

Но дело не только и не просто в Западе. В сохранении существующего положения кровно заинтересована наша компрадорская буржуазия и ее передовой отряд, за которым закрепилось название олигархов. Эта буржуазия (и тесно связанное с ней высшее чиновничество) кровно связана с Западом, переводит туда свои капиталы, владеет там домами и виллами, учит там своих детей и видит в Западе место, куда можно бежать в случае нужды. В НАТО она усматривает не врага, а друга, который в случае неприятностей придет на помощь. Таковы интересы нашей экономической элиты, нашего господствующего класса.

Совершенно иными являются объективные интересы российского социоисторического организма, которые одновременно являются и интересами основной части ее населения, прежде всего эксплуатируемых масс. Дальнейшее успешное экономическое развитие России, а тем самым улучшение положения широких народных масс в России невозможно без освобождения от экономической и политической зависимости от стран Запада и прежде всего США. Это все в большей и большей степени осознается и рядовыми людьми, и все большей частью интеллигенции, но, как правило, не столько в адекватной, сколько в иллюзорной форме. Поисходит быстрое нарастание националистических, антизападнических и антиамериканских настроений. В эти настроения вливается антисемитская струя, а иногда национализм перерастает в расизм и фашизм. Среди интеллигенции все большую популярность набирает евразийство.

В этих условиях возникает настоятельная нужда в адекватном осознании вставших перед страной объективных задач и выработке пути, который бы привел к обретению экономической и политической независимости. Главная задача заключается в освобождении России от экономической и политической зависимости от ортокапиталистического центра. А это невозможно без уничтожения паракапитализма. Национализм здесь не только ничем помочь не может, но, наоборот, с неизбежностью станет препятствием, раскалывая массы трудящихся. Иное дело - патриотизм, понимаемый как отстаивание интересов России и основной массы ее населения, независимо от расовых и этнических различий. И этот патриотизм носит классовый характер. Борьба за освобождение России от экономической и политической зависимости от ортокапиталистического центра является одновременно борьбой за уничтожение паракапитализма. Национально-освободительная борьба одновременно является и борьбой классовой. Настоящими патриотами могут быть только носители левых идей. И только левые в сегодняшней России могут быть патриотами.

Россия стоит перед выбором: ей нужно либо смириться со своим теперешним положением, либо попытаться выбраться из периферийного болота. И в ней идет борьба между прозападными «реформаторскими» кругами и левыми патриотическими силами, отстаивающими интересы страны.

Освобождение России от экономической и политической зависимости от Запада, конечно, находится в непримиримом противоречии с интересами центра. Поэтому любая попытка России добиться независимости с неизбежностью встретит яростное сопротивление Запада, который не захочет выпускать свою жертву.

После августовского краха 1998 г. в обстановке резко обострившегося не только экономического, но и политического кризиса Б.Н. Ельцин был вынужден в сентябре назначить премьер-министром России Е.М. Примакова. Новое правительство, получившее название «розового» (в него впервые после начала «реформ» вошли коммунисты), в тяжелейших условиях сумело найти пути выхода из экономической катастрофы. Впервые после начала «реформ» не только начали регулярно выплачиваться заработная плата бюджетникам, пенсии и пособия, но и постепенно погашаться накопившаяся за многие месяцы задолженность. Были созданы условия для прекращения спада производства и даже его подъема. Е.М. Примаков пытался начать борьбу с коррупцией, вести более независимую внешнюю политику. В результате 12 мая 1999 г. он был смещен. Сменивший его С.В. Степашин недолго пробыл на этом посту. Назначенный 9 августа 1999 г вместо него премьер-министром В.В. Путин в результате отставки Б.Н. Ельцина, последовавшей 31 декабря того же года, стал исполняющим обязанности президента, а затем 25 марта 2000 г. был избран на пост президента Российской Федерации. Премьер-министром стал М.М. Касьянов.

В течение некоторого времени во властных верхах России конкурировали две программы будущего экономического развития страны. Одна из них была разработана комиссией Государственного совета, которую возглавил губернатор Хабаровского края В.И. Ишаев. Она предполагала продолжение политики, начатой правительством Е.М. Примакова, и, в частности, усиление роли государственного регулирования экономики. Ее претворение в жизнь обеспечило бы уверенный рост ВВП, по меньшей мере, на 6% в год. Другая была составлена министром экономического развития и торговли Г.О. Грефом и его командой и предусматривала последовательное продолжение политики, начатой под диктовку США и МВФ правительством Е.Т. Гайдара. Принята была вторая. Начался новый, уже третий по счету «реформаторский» прорыв.

С 1992 г. в России шел непрерывный спад производства и уменьшение ВВП. В 1999 г. в результате политики правительства Е.М. Примакова впервые началось увеличение ВВП, который вырос на 3,2%. В следующем году, когда по инерции все еще продолжалась прежняя экономическая политика, объем ВВП возрос еще больше - по первоначальным сведениям на 7,7%, по последующим - на 8,3%.[109]

Но уже, начиная с 2001 года, стала претворяться в жизнь грефовская программа. И результаты не замедлили сказаться. Период устойчивого роста закончился. Промышленность лихорадит: небольшой рост попеременно сменяется небольшим спадом. Большая часть ее отраслей находится в состоянии депрессии. Первоначально правительство предполагало, что рост ВВП в 2001 г. составит 5-5,5%. Но по последним прогнозам самого Г.О. Грефа он вырастет в этом году не более чем на 4,5-5%.[110] Если в проекте бюджета на 2002 г. рост ВВП прогнозировался в пределах 3,5-4,5%, то уже в декабре ведушие работники ведомства Грефа стали говорить о 1-2%.[111]

Начала расти инфляция. В начале 2001 г. правительство рассчитывало, что она в течение года не превысит 12%, но эта цифра была превышена уже к середине года. Теперь Министерство экономического развития и торговли вынуждено говорить уже о 16-18,5%. В результате все прибавки к зарплате и пенсиям будут ею съедены. А новых ждать не приходится. Руководители Пенсионного фонда в конце октября 2001 г. заявили, что многократной обещанной индексации пенсий с 1 ноября на 9% не будет. Уже сейчас вновь начала нарастать задолженность по заработной плате.

В результате если в начале года буржуазные газеты были полны оптимизма, то к концу их тон изменился: они все чаще начинают писать о грядущем экономическом кризисе. Становится все более ясным, что проводимая сейчас правительством экономическая политика исключает возможность возрождения экономической мощи России и повышения жизненного уровня ее населения. Она увековечивает зависимость страны от ортокапиталистического центра.

Но рано или поздно Россия вынуждена будет встать на путь борьбы за экономическую самостоятельность. Однако результаты ее усилий будут успешны лишь в том случае, когда она станет действовать рука об руку с другими участниками глобальной классовой борьбы.

7.6. Глобальная классовая борьба: сценарии ее развертывания

Результат существующего в мире положения вещей может быть только один - нарастание глобальной классовой борьбы. И она с неизбежностью будет обостряться, ибо люди, живущие в странах периферии, борются даже не за улучшение своего существования, а за свое выживание. Если в 1960 г. подушевой доход «золотого миллиарда» был в 30 раз больше, чем у 20% беднейшей части обитателей планеты, то сейчас вторые беднее первых в 78 раз.[112] На опасность разрыва между уровнем развития стран центра и периферии указывают многие общественные деятели. Как считает американский экономист Р. Уэйд, это приведет не только к расколу планеты на «зону мира и зону мятежа», но и «сотрясет стабильность государств зоны благосостояния»[113]. «Если этот разрыв не будет преодолен, - пишет американский финансист Дж. Сорос, - глобальная капиталистическая система не сможет выжить.»[114] Но ни одна страна центра нисколько не озабочена (на деле, а не на словах) в ликвидации этого разрыва. И центр никогда не пойдет на это иначе как под давлением мощной силы. Но такой силы в мире пока нет. Периферийные страны на современном этапе не наступают. Они лишь сопротивляются насилию, причем крайне неорганизованно, стихийно.

Наступающей стороной является ортокапиталистический центр. Сейчас снова приобретает значение термин, который одно время почти вышел из употребления - слово «империализм». В применении к новому и новейшему времени оно имеет несколько смыслов. Здесь упор будет делаться лишь на одном значении - деятельность капиталистических государств и/или капиталистических корпораций, имеющая целью подчинение и ограбление периферийных стран.

Капиталистический империализм в своей самой яркой и неприкрытой форме выступил в конце XIX - начале XX вв. Именно тогда появились первые теории империализма (Дж. Гобсон, Р. Гильфердинг, Н.И. Бухарин, В.И. Ленин и др.). После победы Октябрьской рабоче-крестьянской революции в России империализм был вынужден считаться с существованием СССР, которое накладывало на него определенные ограничения. После окончания второй мировой войны и особенно утверждения неополитарной мировой системы на империализм был надет своеобразный намордник.

Периферийный мир перешел в наступление. Рухнула старая колониальная система. Страны центра, включая США, потерпели ряд тягчайших поражений (Китай, Вьетнам, Алжир, Индонезия и т.п.). Часть периферийных стран полностью избавилась от зависимости от центра. В отношении остальных государства центра были вынуждены ограничиться в основном лишь экономическим закабалением, причем и здесь их возможности значительно сузились. Лавирование между ортокапиталистической и неополитарной мировыми системами открывало для периферийных стран возможность немалой свободы рук. В результате про империализм перестали говорить.

Положение резко изменилось после исчезновения СССР и распада неополитарной мировой системы. Во-первых, был снят со стран центра намордник, во-вторых, одновременно значительно расширилась зависимая от них периферия. Создалось положение, в определенной степени сходное с тем, что существовало в начале XX в., и в то же время резко отличное от него.

Одно из отличий - изменение самого центра. В первые десятилетия XX в. мировая ортокапиталистическая система была расколота на враждующие группировки, что привело к двум мировым войнам. После 1945 г. раскол был преодолен. Все страны центра объединились в союз во главе с США. Конечно, между странами центра, особенно между США и Западной Европой, существуют противоречия. Но они отходят на задний план перед их общими интересами. Единство в центре невозможно без гегемона, а таким гегемоном сейчас могут быть только США. И западноевропейцы вынуждены мириться с диктатом этой страны. С другой стороны, и сами Соединенные Штаты понимают, что без союза с Западной Европой обойтись невозможно. К настоящему времени все центральные страны вместе взятые превратились в своеобразного коллективного империалиста.

О возможности такого союза писал в свое время Дж. Гобсон в работе «Империализм. Исследование» (1902). Он допускал, что в конечном результате появится объединение всех западных государств, которое будет целиком жить за счет народов остального мира. Возникнет «чудовищная опасность паразитизма Запада». «Этот паразитизм, - писал выдающийся экономист, - породит группа промышленно развитых народов, чьи высшие классы, собрав богатую дань с Азии и Африки, будут держать под своей властью огромные массы покорных им наймитов, не занятых уже в земледелии и промышленности, а исполняющих личные услуги и второстепенную работу в производственных предприятиях, подчиненных контролю новой финансовой аристократии.»[115] В последующем К. Каутский назвал объединение всех империалистов мира ультраимпериализмом. В его время он был невозможен. Сейчас ультраимпериализм стал реальностью.

Объективные интересы ортокапиталистических стран требуют сейчас полного не только экономического, но и политического подчинения всего остального мира, не только стран зависимой периферии, но и всех тех периферийных государств, которые еще сохраняют независимость. Без диктата над миром невозможно сохранить привилегированное положение той части человечества, которую принято называть «золотым миллиардом».

Делает такое развитие возможным не только наличие ультраимпериалистического центра, но еще одна особенность современной эпохи - начавшийся процесс глобализации, который сейчас выливается в создание глобального классового общества. Становление такого общества требует создания всемирной державы. Соответственно трансформация периферии в эксплуатируемый класс глобального общества с необходимостью предполагает превращение каждого из периферийных государств в колонию центра.

Но это колония нового типа. Ее возникновение не предполагает перехода власти в социоисторическом организме в руки людей, прибывших из ультраимпериалистической метрополии. Это невыгодно по многим причинам, одна из которых заключается в том, что создание типично колониальной администрации неизбежно приведет к тому, что метрополии придется тратиться на создание инфраструктуры, образование и т.п. Возникнет современный вариант того, что раньше называлось системой косвенного управления. Сохранятся все внешние атрибуты государственности: парламент, правительство и т.п. Но практически все высшие должностные лица будут назначаться метрополией. Ультраимпериалистический центр всецело станет определять все основные направления политики. Лишь в сугубо местных делах такая колония сможет пользоваться той или иной степенью автономии.

Сейчас на Западе все чаще говорят о необходимости ограничения суверенитета существующих на земном шаре государств. Некоторые наши публицисты в восторге от этой идеи. Трудно сказать, действительно ли они не понимают сущности этой концепции или только притворяются. Формально речь идет, конечно, об ограничении суверенитета всех государств во имя торжества всеобщих духовных ценностей, прежде всего прав человека. Реально же имеется в виду ограничение или даже ликвидация суверенитета периферийных государств и их полное подчинение власти ультраимпериалистического центра во главе с США.

Уже сейчас начался процесс формирования не только глобального классового общества, но и глобальной державы. Создан своеобразный совет старейшин, который реально возглавляет союз ортокапиталистических стран и практически претендует на роль мирового правительства. Это знаменитая «большая семерка», состоящая из руководителей США, Германии, Франции, Великобритании, Италии, Канады и Японии.

Главными орудиями экономического закабаления периферии были и являются находящиеся под полным контролем Вашингтона МВФ и ВБ. Но в условиях нарастающего раскола возникающего глобального социоисторического организма на глобальные классы одного лишь экономического принуждения становится явно недостаточно. Возникновение глобального классового общества с неизбежностью предполагает возникновение глобального аппарата принуждения и насилия. Глобальное классовое общество требует глобального государства.

Чтобы держать периферийные страны в повиновении, необходимо экономическое принуждение дополнить прямым физическим. Центру нужны особые отряды вооруженных людей, которые могли бы подавлять сопротивление эксплуатируемых периферийных стран, нужна всемирная полиция, глобальная армия. И такая международная полицейская сила создается. Средством прямого вооруженного подавления сопротивления паракапиталистических стран становится НАТО. Этот военный союз ортокапиталистических стран на наших глазах превращается в мирового жандарма. Опираясь на свои вооруженные силы и силы НАТО, США стремятся превратиться в господина всего мира.

Чтобы держать в повиновении периферийные страны, нужно вмешиваться в их внутренние дела: сохранять у власти в этих странах такие правительства, которые готовы послушно выполнять волю Запада вообще, США в первую очередь, и отстранять от власти всех тех, кто пытается проявить самостоятельность и вести независимую политику.

С этой целью США и НАТО поставили своей задачей уничтожение всего сложившегося после окончания второй мировой войны международного порядка. В этот период впервые в истории человечества утвердился своеобразный кодекс международного права, главным пунктом которого стало осуждение господствовавшего раньше кулачного права, права сильного делать все, что ему заблагорассудится, с теми, кто не способен оказать сопротивление. Агрессивная война оказалась вне закона. Согласно Уставу ООН ни одна страна или группа стран не может применить силу в отношении суверенного государства без санкции Совета Безопасности ООН. Конечно, определенные нарушения этого порядка были, но в целом это правило обеспечивалось балансом сил двух основных существовавших в мире лагерей. Исчезновение этого баланса создало благоприятные условия для реализации поставленной ортокапиталистическим центром цели.

В настоящее время США и НАТО принимают попытку за попыткой добиться признания за ними права вмешательства в дела любой страны, которая чем-то вызвала их недовольство, включая бомбовые и ракетные удары по ее территории и введение туда своих вооруженных сил.

Одна из первостепенных задач, которые ставит перед собой ультраимпериалистический центр, - ликвидация независимой периферии, превращение всей периферии в зависимую. Именно независимые периферийные государства представляют наибольшее препятствие для установления мирового господства. С ними нужно покончить в первую очередь. С главной независимой периферийной страной - Китаем - справиться центру пока не по силам. Первый удар был нанесен по Ираку. Он не принес полной удачи. Ирак потерпел военное поражение, но заменить его руководство иным, послушным пока не удалось. Вторая проба была предпринята на территории Боснии и Герцеговины и в целом удалась. Страна фактически стала настоящей колонией Запада.

В качестве следующей жертвы была намечена Союзная республика Югославия. Предлог - действия югославской полиции и армии по подавлению вооруженных выступлений албанских сепаратистов в Косово. О том, что это не более, чем предлог, говорит хотя бы факт не просто полного безразличия, но, наоборот, помощи, которую оказывало НАТО турецкой армии в многолетней истребительной войне против курдского народа. Реальная причина заключается в том, что Югославия - единственная, кроме Белоруссии, страна Европы, которая была независимой от центра.

24 марта 1999 г. - одна из самых черных дат в истории не только Европы, но и всего мира. В этот день страны НАТО начали агрессию против суверенного государства, виновного лишь в том, что оно не захотело подчиниться чужому диктату. Рухнул существовавший с 1945 г. мировой порядок. Наступило господство права джунглей, права сильного.

Практика международного разбоя получила официальное признание и оформление в одобренной на состоявшейся в Вашингтоне 23-24 апреля 1999 г. встрече глав государств и правительств стран НАТО новой стратегической концепции этой организации, в которой провозглашается ее право на вооруженные действия в любой части мира.[116]

Как известно, в руководстве России не было единства в вопросе о Югославии. Е.М. Примаковым был совершен знаменитый «разворот над Атлантикой», когда он, узнав о намерении НАТО совершить нападение на Югославию в ближайшие часы, отказался от визита в США. Но в дальнейшем премьер был полностью отстранен от участия в разрешении балканского кризиса, а затем отправлен в отставку. Б.Н. Ельцин, действуя через В.С. Черномырдина, заставил руководство Югославии капитулировать.

Заставив при помощи России югославское правительство пойти на уступки, США и их союзники в последующем при помощи местных «демократов» устранили прежнее руководство страны и лишили ее былой независимости от Запада. Поставленная цель была реализована - Югославия вошла в состав зависимой периферии.

В свете таких намерений и действий США и НАТО народы и правительства стран периферии по-своему воспринимают стремление западных государств воспрепятствовать распространению ракетной техники и средств массового поражения, в первую очередь ядерного оружия. Они видят в этом вовсе не заботу о судьбах мира, как уверяют США и их союзники, а желание обеспечить условия для безнаказанного удара по их территории и вообще любых актов агрессии со стороны западных государств. Ведь все теперь понимают, что если бы Югославия имела ядерное оружие, НАТО бы не осмелилось напасть на нее.

Поэтому объясним восторг, с которым народы не только Индийского субконтинента, но многих других периферийных стран восприняли в свое время известие об испытаниях атомного оружия в Индии и Пакистане, хотя объективно это усиливает опасность самоистребления человечества. Для многих обитателей периферии ядерное оружие в руках хотя бы части стран «третьего мира» - не столько угроза существованию человечества, сколько гарантия против агрессии стран эксплуататорского центра.

В этих условиях центру и прежде всего его лидеру - США нужно было принимать меры. Выход из положения был найден в проекте создания системы обороны, которая бы прикрывала всю территорию США от ракетного нападения. Прикрывшись таким щитом, Соединенные Штаты обеспечили бы себе возможность диктовать всем периферийным странам свои условия и безнаказанно совершать удары по любой из них. Но создание системы Национальной противоракетной обороны (НПРО) запрещено договором о противоракетной обороне (ПРО) между США и СССР, подписанном в 1972 г. И США уже в 1999 г. поставили перед правопреемницей СССР Россией вопрос о пересмотре договора, угрожая в противном случае выходом из него. Уже тогда было совершенно ясно, что речь идет не о пересмотре договора, а об отказе от него, и что США в любом случае приступят к созданию НПРО.[117]

И поэтому сейчас, когда администрация Дж. Буша (младшего) уже практически начала выход из договора, разговоры наших «демократов» и, что еще хуже, наших политических деятелей о необходимости разумного компромисса выглядят прямо издевательски. Компромисса здесь в принципе быть не может, а может быть только согласие России на создание американцами НПРО, т.е. капитуляция перед требованиями США, прикрытая теми или иными витиеватыми фразами. США это крайне выгодно, России же невыгодно во всех отношениях. Выходит, что США получают от России индульгенцию на безнаказанный международный разбой. Если это произойдет, то тем самым Россия предаст не только периферийный мир, но и себя.

С приходом к власти в США новой администрации во внешней политике страны окончательно возобладал подход, который получил название унилатералистского. Суть его заключается в том, что США должны следовать только собственным интересам, не считаясь ни с другими странами, ни с международными организациями. Он получил свое выражение в «доктрине Рамсфельда» (по имени министра обороны в администрации Дж. Буша): США вообще не должны заключать ни с кем никаких договоров и соглашений, ничем себя не ограничивать. Они должны обладать полной свободой рук.

Ультраимпериалистический центр представляет в значительном ряде отношений во многом единое целое. Периферия же раздроблена, расколота. Между странами периферии существует масса противоречий, нередко порождающих конфликты, иногда даже вооруженные. Такое положение использует центр. Он принимает все меры для формирования своеобразного промежуточного пояса, состоящего из тех периферийных государств, которые можно было бы использовать для борьбы против других внецентральных стран, лакейскую, или холопскую, периферию. В нее охотно готовы войти страны Центральной Европы и ряд государств СНГ.

Если исключить лакейскую периферию, то результатом обрисованных выше замыслов и действий ультраимпериалистического центра является нарастание сопротивления периферийных стран. Глобальная классовая борьба имеет две неразрывно связанные стороны. Одна сторона, о которой в основном и шла речь, - борьба против собственно ортокапиталистического центра. Но этот центр имеет союзников в периферийных странах в лице местной олигархической верхушки и нередко выполняющей волю этой верхушки верховной государственной власти. Поэтому борьба против зависимости от центра неизбежно становится и борьбой против его союзников и прислужников внутри зависимых стран. Борьба против зависимости от центра и ортокапитализма не может не быть борьбой против паракапитализма и паракапиталистов.

Глобальная классовая борьба, как и любая политическая борьба, требует выработки определенной идеологии, определенного набора программных установок и их идейного обоснования. В настоящее время антиортокапиталистические идеологические течения всего периферийного мира все в большей и большей степени приобретают антиевропейскую, антизападную, прежде всего антиамериканскую, окраску. Поэтому они все чаще облекаются в форму защиты традиционных культурных ценностей. В результате борьба против ортокапитализма предстает в глазах многих ее участников и наблюдателей как битва незападных цивилизаций против западной. Такая трактовка стала особенно модной с появлением статьи С. Хантингтона «Столкновение цивилизаций» (1993), а затем его же книги «Столкновение цивилизаций и перестройка мирового порядка» (1996). Она присутствует и в работах наших евразийцев.

Глобальная классовая борьба проявляется не только в конфликтах и трениях между государствами. Она выливается и в форму широких движений, не знающих государственных границ.

Буквально в самые последние годы в масштабах почти всего мира сформировалось общественное движение, которое получило название антиглобалистского. Первое крупное выступление антиглобалистов произошло в конце 1999 г. в Сиэтле. За ним в 2000-2001 гг. последовали Прага, Квебек, Ницца, Зальцбург, Гетеборг, Генуя. Идеология этого движения более или менее адекватно отражает реальность. Антиглобалисты выступают против глобализации в той ее форме, в которой она сейчас протекает, потому, что этот процесс способствует дальнейшему обогащению богатых стран и обнищанию остального мира. А протекает глобализация именно так, потому что является капиталистической. Поэтому антиглобалисты - противники капитализма. Они не только протестуют против эксплуатации центром стран периферии, но в той или иной форме ставят вопрос о переходе от капитализма к более высокой стадии общественного развития, которая бы сохранила и усвоила все достижения, которые были достигнуты при буржуазной форме организации общества. Их идеал лежит в будущем.

Иной характер носит набирающее силу движение, идущее под знаменем исламского фундаментализма. Я буду называть его исламизмом. Для исламистов борьба против глобализации, против зависимости от Запада становится и борьбой против всех его достижений, включая экономические, политические и культурные: демократию, свободу совести, равенство мужчин и женщин, всеобщую грамотность и т.п. Они борются против капитализма во имя возвращения к прошлому, к средневековью, если не к варварству. Нередкое их оружие - террор.

С этим связано нередкое отождествление исламизма и терроризма, которое ошибочно. Не только не все мусульмане - исламисты, но и не все исламисты - поборники террора. Но именно из их рядов рекрутируются террористы, ставящие своей целью борьбу против глобализации, капитализма и западного мира, - глобальные террористы. Их нельзя смешивать с теми, кто использует террор для борьбы против правящих режимов конкретных отдельных обществ во имя местных конкретных целей. Это местные, внутрисоциорные террористы. Все это ясно, когда речь идет о тех боевиках, которые не являются исламистами и вообще мусульманами (ЭТА, ИРА, тамильские националисты в Шри Ланка и т.п.). Но это различие чаще всего не принимается во внимание, когда террором занимаются мусульманские (чеченские, кашмирские, уйгурские и т.п.) сепаратисты. Во многом это связано с тем, что когда борьбу ведут мятежники-мусульмане, глобально-террористические организации помогают им и деньгами, и оружием, и людьми.

Исламистское течение, являясь антиглобалистским и антикапиталистическим, в то же время не только не способствует, но, наоборот, серьезно препятствует борьбе против ортокапиталистического центра. Серьезной помехой являются выдвигаемые им лозунги возвращения к средневековью. Отталкивают и применяемые глобальными террористами методы борьбы, ведущие к гибели ни в чем неповинных людей. Выдвигаемые ими лозунги объединения всех мусульман для священной борьбы (джихада) против всех неверных ведут к расколу периферийного мира по конфессиональному признаку, к натравливанию одной части этого мира на другую его часть. И дело, как уже было отмечено, не только в лозунгах. Когда глобальные террористы помогают сепаратистам в борьбе против законных правительств периферийных стран, то тем самым они оказывают бесценную поддержку ортокапиталистическому центру в его стремлении разобщить страны периферии.

Но как бы не было велико значение интернациональных массовых движений против глобализации, все-таки не они представляют собой решающую силу.

Сейчас и политики, и политологи без конца говорят об однополюсности, монополярности современного мира. Но это не значит, что мир действительно един. Современный мир расколот на две части, интересы которых непримиримы, - центр и периферию. В этом смысле он биполярен. Когда говорят об однополюсности мира, имеют в виду, что в нем теперь нет двух равных по величине центров сил, как это было до крушения СССР. Сейчас только центр во главе с США есть сила. Периферия такой силы не представляет.

Действие с неизбежностью вызывает противодействие. Все попытки США и стран центра подавить сопротивление периферии вызывают все большее и большее недовольство периферийных государств. Давление центра побуждает их к отпору и толкает к объединению усилий в этой борьбе. Такое объединение стран периферии возможно лишь вокруг какого-то ядра. Им могут стать только Россия, Китай и Индия вместе взятые.

Сама логика жизни с неизбежностью подталкивает Россию, Индию и Китай к объединению. И это постепенно начинает осознаваться руководящими деятелями этих стран. Как известно, бывший премьер-министр России Е.М. Примаков еще в декабре 1999 г. во время визита в Индию заявил о необходимости создания «стратегического треугольника Россия-Индия-Китай».

Но в последующем никто из руководителей этих стран не осмелился прямо призвать к созданию их союза, имеющего целью обуздать Запад. Единственным государственным деятелем периферийного мира, который не только осознал необходимость объединения, но призывает эту идею быстрее претворить в жизнь, является президент Белоруссии А.Г. Лукашенко.[118] Но хотя сейчас руководители ни России, ни Китая, ни Индии не ставят в качестве сознательной цели создание союза этих стран, стихийно делаются шаги, создающие основу для этого объединения.

Однако пускать дело объединения стран периферии на самотек опасно. Необходима активная целенаправленная деятельность глав ведущих государств периферии и прежде всего России. Именно от ее позиции во многом зависит, возникнет или не возникнет союз периферийных стран, а тем самым и будущее человечества.

Решающая роль России в определении хода мировой истории достаточно четко осознается людьми, глубоко понимающими современное положение вещей. «...Моя цель, - пишет, например, известный итальянский публицист Дж. Кьеза в книге «Русская рулетка» (1999), - обозначить некоторые существенные тенденции развития, которые диктуются положением в России, от которых будут зависеть судьбы мира в ближайшие десятилетия. Я убежден и надеюсь убедить читателя, что Россия обречена, хочет того она или не хочет, играть решающую роль в определении будущих центров власти в мире. Если, разумеется, что-нибудь от мира останется».[119] В России он видит единственную надежду на лучшее будущее человечества. «..Сегодня вижу, - обращается он к россиянам, - мобилизация здоровых сил еще возможна. Используйте этот шанс! Если вы сдадитесь, то мы все будем жить по американским правилам. Главное понять - что жизненные интересы России не совпадают с интересами Запада, если под “Западом” понимать американское стремление к мировому господству. Заявляю это совершенно ответственно».[120]

Выше уже говорилось о различных формах зависимости периферии от центра. Одна из них, которая пока не рассматривалась, - технологическая зависимость. В наше время невозможно никакое развитие без создания и внедрения новых технологий, что в свою очередь немыслимо без науки. Полноценной наукой обладает сейчас Запад, прежде всего США. Периферийные государства, если исключить Россию, ни по отдельности, ни вместе взятые такой науки не имеют. Иначе обстоит дело с Россией.

Уже говорилось о том, что все периферийные страны в большей или меньшей степени усвоили достижения западноевропейской капиталистической цивилизации. В наивысшей степени из всех обществ, которые сейчас входят в периферию, это было сделано Россией, а затем СССР. Россия - единственная страна за пределами Запада, где в течение двух веков под влиянием Запада расцвела великая культура, которая является по своей сущности западной и в то же время глубоко оригинальной. В отличие от других стран периферии культура России к началу XX в. была нисколько не ниже культуры Франции, Великобритании, Германии и выше культуры США. Каким бы ни был неополитаризм во многих других отношениях, но только он поднял грамотность населения России с 21% до 100% и способствовал сохранению и широкому распространению в массах не только российской, но и западноевропейской ортокультуры. Коммерцкультура в СССР не возникла, хотя элементы все время просачивались с Запада, который в течение второй половины XX в. практически почти полностью потерял свою ортокультуру. В результате «реформ» в Россию хлынула западная, прежде всего американская коммерцкультура. Разрушающее ее влияние все больше и больше сказывается. И тем не менее Россия до сих пор является последним очагом западной по существу ортокультуры.

Россия является единственной незападной страной, в которой уже к концу XIX - началу XX вв. сложилось подлинное научное сообщество и возникла полноценная наука, появились ученые мирового уровня, ни в чем не уступавшие западноевропейским (Н.И. Лобачевский, Д.И. Менделеев, И.П. Павлов и др.). Все это было сохранено и приумножено в 1917-1991 гг. В годы «реформ» российской науке был нанесен колоссальный ущерб. Но она пока все еще существует. И при материальной поддержке других периферийных государств российская наука способна обеспечить независимое от Запада развитие новейших технологий. В этом отношении позиция России является ключевой. Именно поэтому она способна помочь всему периферийному миру совершить рывок к новой общественной формации.

Как уже говорилось, в России идет борьба двух сил: «реформаторской», западнической и левой патриотической. «Демократы» с ужасом встречают любую попытку договоренности со странами периферии, особенно с Китаем. Они мечтают о том, чтобы Россия вошла в западное сообщество и вместе с ним противостояла бы Китаю. Иначе говоря, их цель - обеспечить вхождение России в лакейскую периферию. Они хотели, чтобы Россия не только гнула бы спину перед Западом, но и помогала бы ему держать в повиновении остальной периферийный мир. В случае победы «реформаторской» линии в России ни союз трех держав периферии, ни объединение периферии в целом состояться не смогут.

Разобщению периферии во многом способствует глобальный террор, начало которому было положено исламистами. Кем бы не были организованы взрывы 11 сентября 2001 г. в Нью-Йорке и Вашингтоне, это событие довольно умело было использовано администрацией США. Дж. Буш в своем выступлении 20 сентября 2001 г. в конгрессе предельно четко сказал, что задача США состоит в борьбе не только и просто против террористов, но против всех тех стран, которые их поддерживают, а тем самым и против их правительств. А таких стран он насчитал более шестидесяти. Первым был назван талибский Афганистан. Обращаясь к миру, Дж. Буш угрожающе заявил, что любая страна в любом регионе должна принять решение: либо вы с нами, либо с террористами. Таким образом, под лозунгом «кто не с нами, тот против нас» была предпринята попытка создать руководимый США союз ортокапиталистического центра с частью периферийных стран, направленный против остальных государств периферии.

Карательная операция против Афганистана началась 7 октября 2001 г.. А 8 октября постоянный представитель США в ООН Дж. Негропонте уведомил эту организацию, что подобного рода действия могут быть предприняты США и против других стран, причем право выбора жертвы они оставляют за собой. Таким образом, США присвоили себя право быть одновременно обвинителем, судьей и палачом.

«В четверг в конгрессе Соединенных штатов, - прокомментировал выступление Дж. Буша руководитель Кубы Ф. Кастро, - была намечена идея всемирной военной диктатуры под исключительной эгидой силы, без законов и без каких-либо международных учреждений. Организация Объединенных Наций, полностью игнорируемая в нынешнем кризисе, не будет иметь какого бы то ни было авторитета и прерогатив; будет только один вождь, только один судья, только один закон. Все мы получили приказ примкнуть к правительству Соединенных штатов или к терроризму».[121]

Если периферийные страны будут разобщены, тем более натравлены друг на друга, ультраимпериалистический центр начнет реализовывать свою цель, состоящую в установлении диктатуры над миром. Одна страна за другой будут превращаться в колонии. Единственное, что смогут сделать даже самые крупные государства, это замкнуться в себе. И тогда в качестве единственной силы, способной оказать активное сопротивление, выступит исламистское движение. Вовлекая все большее число сторонников и опираясь на сочувствие всех противников Запада, оно развернет по всему миру кампанию террора против американцев и западноевропейцев.

Не нужно при этом забывать, что уже сейчас одновременно с обострением глобальной классовой борьбы в масштабе человечества происходит ее своеобразное проникновение во внутрь центра. Идет миграция все более возрастающего числа обитателей периферии, среди которых преобладают мусульмане, в страны центра, где они оказываются в положении людей второго сорта. В самом центре в результате крушения СССР развернулось контрнаступление буржуазии. В случае установления власти ультраимпериалистической «железной пяты» над миром в центре окажется огромная масса обездоленных не только из числа иммигрантов и потомков иммигрантов из периферии, но и местного населения.

И организованные исламистами, и стихийно вспыхивающие выступления, как на периферии, так и в центре, рано или поздно сольются в грандиозный социальный поток, который сметет весь центральный мир. Если человечество даже и выживет, наступит всеобщее одичание. Таков один самый пессимистический (для периферии и человечества) сценарий будущего развития истории.

Многие современные западные мыслители в настоящее время все чаще и чаще проводят аналогию между современным состоянием вещей и эпохой крушения античного мира. Основания для этого существуют. Только тогда зашел в тупик и разлагался античный мир. Сейчас оказался в тупике и заживо гниет капитализм. Но большинство обращает внимание не столько на сущность, сколько на огромное внешнее сходство (духовный кризис, включая нарастающую аморализацию, антагонизм центра и периферии и т.п.). Но и оно наводит на мрачные мысли.

«Если Север и впредь будет проявлять пассивность и полное безразличие к их бедственному положению, - пишет, например, уже известный нам Ж. Аталли, имея в виду население «третьего мира», - ...то народы, живущие на периферии, неизбежно поднимут мятеж, а в один прекрасный день начнут и войну. Они постараются снести подобие Берлинской стены, которую в настоящее время возводит Север, чтобы отгородиться от Юга. Это будет война, невиданная в новейшей истории, она будет напоминать губительные набеги варваров в VII и VIII столетиях, когда Европе было нанесено ощутимое поражение и она погрузилась в такое мрачное состояние, которое впоследствии получило название Средневековья.»[122] Другого варианта развития он не видит.

В действительности существует и другой оптимистический (для периферии и человечества) вариант. В России берут верх патриотические левые силы. Возникает союз России, Китая и Индии, становящийся ядром, вокруг которого объединяются если не все, то большинство стран периферии. Возникает своеобразная организация периферийных наций и военный союз, имеющий целью оградить периферийные страны от угроз и агрессии Запада. Тем самым сокращается, а затем и исчезает почва, которая питает исламизм и глобальный террор. Объединившись, периферия добивается ликвидации экономической и политической зависимости от Запада и тем самым перестает быть периферией. Исчезает паракапитализм. Рушится глобальное классовое общество. Вновь, как это было до крушения СССР, возникает вторая мировая система, второй центр, возникает сила, способная дать отпор всем притязаниям Запада.

В результате Запад лишается возможности эксплуатировать незападные страны. Однако это еще не все. Выше уже приводились цифры, из которых следует, что даже по чисто физическим причинам страны периферии в принципе не могут сравняться по уровню производства и потребления с государствами центра. Но это не единственный и даже не главный вывод. Суть состоит в том, что развитие стран периферии невозможно без ограничения потребления природных ресурсов странами ортокапиталистического центра. Ясно, что центр на это никогда добровольно не пойдет. Источники природных ресурсов, используемые им, в большинстве своем находятся на территории периферийных стран. Запад настолько кровно заинтересован в свободном доступе к этим источникам, что в новой «Стратегической концепции НАТО», одобренной в апреле 1999 г., специально оговаривается, что союз оставляет за собой право на вооруженные действия в любой части мира в случае перебоев в поставке жизненно важных ресурсов. С созданием второго центра, обладающего реальной силой, доступ ортокапиталистического центра к природным ресурсам будет резко ограничен.

Лишившись возможности эксплуатировать незападные страны и использовать в неограниченном количестве их природные ресурсы, ортокапиталистический центр вынужден будет пойти на перестройку всей своей социально-экономической структуры. Уничтожение паракапитализма с неизбежностью приведет к крушению и ортокапитализма. Капитализм на земле перестанет существовать. Его сменит иной общественный строй.

7.7. Варианты грядущего исторического развития

Когда говорилось, что паракапитализм - тупиковая разновидность капитализма, имелось в виду, что он никогда не сможет трансформироваться в ортокапитализм. Но это вовсе не означало отрицание возможности прогресса паракапиталистических обществ. Но этот прогресс мог состоять только в одном - в ликвидации зависимости от мировой ортокапиталистический системы, т.е. в уничтожении паракапитализма, а тем самым и ортокапитализма. Он возможен лишь при реализации второго, оптимистического, варианта развития глобальной классовой борьбы. Только развертывание глобальной классовой борьбы согласно такому сценарию может обеспечить смену капитализма коммунизмом. И если эта смена произойдет, то только в эстафетной форме.

Гарантий развития человеческой истории именно по такой линии нет. Вполне может осуществиться и первый, пессимистический, вариант, при котором человечество обречено на варваризацию, одичание и даже гибель. Реализоваться могут и различного рода варианты, промежуточные между двумя крайними. И, наконец, при варианте развития событий, ведущем к появлению второй мировой системы и второго мирового центра, нет никакой гарантии, что между двумя мировыми силами не вспыхнет война с применением ядерного оружия, которая приведет к уничтожению человечества.

Если реализуется оптимистическая альтернатива или другая, близкая к ней, на Земле утвердится принципиально новый общественный строй - коммунистический. Скорее всего, человечество при этом пройдет переходный период, когда рынок будет еще действовать, но под строгим контролем общества. Общество будет вырабатывать стратегию, а рынок обеспечивать нужную тактику. Когда же производство вещей окончательно превратится (а развитие ведет именно к этому) в автономный единый процесс, происходящий под контролем компьютеров, и во многом уподобится естественным, природным процессам, то функционирование рынка станет и ненужным и невозможным, и он с неизбежностью исчезнет.



86. Первая форма престижной экономики возникла и существовала на стадии позднего первобытного общества. Суть ее заключалась в престижном обмене. Подробнее см.: Семенов Ю.И. Экономическая этнология. Первобытное и позднее предклассовое общество. Ч. 1-3. М., 1993; Семенов Ю.И. Введение во всемирную историю. Вып. 2. История первобытного общества. М., 1999. С. 68-119.

87. Печчеи А. Человеческие качества. М., 1985. С. 161.

88. Маркс К. и Энгельс Ф. Манифест Коммунистической партии // Соч. Изд. 2-е. Т. 4. С. 426.

89. Ортега-и-Гассет Х. Восстание масс // Избранные труды. М., 1997. С. 161-163.

90. Там же. С. 81-110, 161-162.

91. Райнов Б. Массовая культура. М., 1979. С. 455.

92. См.,например: Чудинова В.П. Функциональная неграмотность - проблема развитых стран // Социс. 1994. № 3.

93. Арнольд В.И. Путешествие в хаосе // Наука и жизнь. 2000. № 12. С. 3.

94. Арнольд В.И. Математические эпидемии XX века // НГ-наука. № 1. 24.01 .2001.

95. Цит. по: Арнольд В.И. Путешествие в хаосе...С. 6.

96. Печчеи А. Указ. соч. С. 160-161.

97. Там же. С.216-217.

98. Аттали Ж. На пороге нового тысячелетия. М., 1993. С. 121-122.

99. См.: Гук С. Это был не «азиатский грипп" // Известия. 27.09.1997.

100. Цит. по: Масленников В. Спросите с Лившица! // Советская Россия. 10.12.1998.

101. См. Семенов Ю.И. Россия: Что с ней было, что с ней происходит и что ее ожидает в будущем? М., 1995.

102. Сакс Дж. Порочное зачатие капитализма в России // Новое время. 1997. № 49. С. 14.

103. Вольский А. Социальный контракт: деноминация обязательств // Независимая газета. 03.08. 2000.

104. Бородин П. В России есть все, чтобы мы быстро вырвались из кризиса // Известия. 24.02. 2000.

105. См.: Айдинова Л. Окинавский рубикон // Век. 2000. № 30.

106. Цит. по: Примаков Е.М. Восемь месяцев плюс... М., 2001. С. 193.

107. Российский статистический ежегодник. М., 2000. С. 243.

108. Российский статистический ежегодник. М., 2000. С. 76; Россияне стареют и вымирают // Время. 17.07.2001; Население России за 8 месяцев 2001 г. уменьшилось на 589,7 тысячи человек // Советская Россия. 23.10. 2001.

109. См.: Соколин В. Масштабы бедности в стране завышаются // Труд-7. 14.06.2001.

110. Минэкономразвитие уточнило прогноз на текущий год // Независимая газета. 17.07.2001.

111. См.: Вардуль Н. Развитие экономики России внушает пессимизм // Коммерсантъ. 06.12. 2001.

112. Григорьев Е. Глобализм - «да», но с «человеческим лицом» // Независимая газета. 04.08.2001.

113. Там же

114. Сорос Дж. Будущее капиталистической системы зависит от упрочения глобального открытого общества // Финансовые известия. 15.01.1998.

115. Гобсон Дж. Империализм. Л., 1927. С. 283.

116. Стратегическая концепция НАТО // Независимое военное обозрение. 30.04 - 06.05 1999 г. С. 5.

117. См.: Семенов Ю.И. Указ. соч. С. 326.

118. См.: Лукашенко А.Г. Новый этап в единении // Советская Россия. 28.01.1999.

119. Кьеза Дж. Русская рулетка. Что случится в мире, если Россия распадется. М., 2000. С. 7.

120. Кьеза Дж. Невероятные откровения итальянца в России // Общая газета. 29.04. - 12.05.1999.

121. Кастро Ф. Мир поймет и поднимет голос против страшной драмы, которая ему угрожает и которая вот-вот начнется. Выступление 22 сентября 2001 г. // Независимая газета. 22.09. 2001.

122. Аттали Ж. Указ. соч. С. 28.

Предыдущая | Содержание

Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Александр Воронский
За живой и мёртвой водой
«“Закон сопротивления распаду”». Сборник шаламовской конференции — 2017
 
 
Кто нужен «Скепсису»?