Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


«Антиглобалисты»: ликбез

На самом деле «антиглобалисты» — это ругательство, ярлык, кличка, придуманная врагами этих людей. Сами себя они «антиглобалистами» не называли и не называют. Эти люди называют себя «новым антикорпоративным движением». Или «новым антикапиталистическим движением». Или — чаще всего — «движением за глобальную демократизацию» (ДГД). То есть они не «антиглобалисты», а самые что ни на есть последовательные глобалисты.

Что такое «глобализация»? Это — возникновение единой мировой экономики, единого мирового рынка — такого, какими были раньше национальные рынки, то есть единого рынка капитала, единого рынка товаров и услуг, единого рынка рабочей силы. И национальные границы никак не должны мешать этому единству. Это — естественный и неизбежный процесс, его предсказал ещё Маркс 150 лет назад. Не случайно Международный валютный фонд (МВФ), когда он озаботился теоретическим обоснованием «глобализации», сослался на «Манифест Коммунистической партии» Маркса и Энгельса.

ДГД выступает не против «глобализации», а против тех форм, в которых транснациональные корпорации (ТНК) навязывают её человечеству. ТНК добились открытия границ для свободного перемещения капиталов (в частности, в оффшорные зоны, где можно прятать украденные миллиарды), но резко затруднили въезд в развитые западные страны извне. То есть: свобода для капитала — и отсутствие свободы для рядовых граждан. Скажем, из России за 15 лет на Запад вывезено 600 миллиардов долларов (половина — нелегально). Это — деньги, вынутые из нашего кармана банкирами и «предпринимателями». В то же время въезд в западные страны для рядовых граждан России (не банкиров и не «предпринимателей») всё затрудняется и затрудняется. Во въезде в США, например, отказывают под любым предлогом (а иногда и без всякого предлога).

ТНК, хотя и называются «транснациональными», тесно привязаны к банковскому капиталу США. Все ТНК имеют где-то штаб-квартиру и кому-то платят налоги. Когда ДГД попыталась разобраться в этом вопросе, выяснилось, что подавляющее большинство ТНК обогащают финансовую верхушку США и что эти действия обусловлены «Вашингтонским консенсусом» — пакетом полулегальных соглашений, заключенных в 80-е гг. между Министерством финансов США, МВФ и Всемирным банком. МВФ и Всемирный банк — это глубоко антидемократические организации, там всем распоряжается тот, у кого больше денег, а больше всего денег в МВФ и Всемирном банке у американских банкиров. МВФ и Всемирный банк предоставляли займы разным странам только при условии выполнения ими требований «Вашингтонского консенсуса». Условия такие: свобода передвижения капиталов; приватизация даже в тех областях, где невозможна конкуренция (например, на железных дорогах — никто же не будет ради конкуренции строить параллельно три разные железные дороги из Москвы в Питер!), что дает возможность частным владельцам необоснованно завышать цены; высокие процентные ставки, что препятствует развитию промышленности, но облегчает финансовые спекуляции; сокращение до минимума всех социальных программ (бесплатного или дешевого здравоохранения, образования, дешевого жилья, общественного транспорта и т.п.); отказ от защиты природы и охраны окружающей среды; поддержка стабильности национальной валюты путем ограничения реальной денежной массы, что приводит к невыплатам зарплат, пособий и дефициту наличных денег, — это бьет по бедным, но не затрагивает богатых, особенно на Уолл-Стрит, поскольку у них капитал виртуальный и наднациональный; сокращение зарплаты и ограничение прав трудящихся (права на забастовку, прав профсоюзов и т.п.); налоговые реформы, которые увеличивают давление на бедных и облегчают налоговое бремя богатых (в России это вылилось в единый 13-процентный налог — бедные стали платить на 1 процент больше, а богатые — на 7, 12, 17, 27 и т.д. процентов меньше).

Политика МВФ разрушила экономику десятков стран мира. В Югославии она привела к экономическому кризису, гражданской войне и развалу государства. В Руанде — к краху сельского хозяйства и последовавшей за этим резне между хуту и тутси, когда за несколько месяцев погибло 1,5 млн человек. В Индонезии — к экономическому краху, падению Сухарто и межрелигиозной резне, в которой погибли десятки тысяч человек. В Бразилии, Мексике, Эквадоре, Аргентине — к финансовым крахам и банкротству государства. И т.д. О бывших республиках СССР я уже и не говорю. Нет ни одного примера, когда бы «реформы по МВФ» привели к процветанию!

«Глобализация по МВФ» привела к чудовищному росту нищеты в мире и к форменному истреблению населения планеты голодом. Во второй половине 80-х в мире умирало от голода 30 млн человек в год, в начале 90-х — уже 40 млн, к 2000 году такие данные стали уже засекречиваться, но на I Международном форуме в Порту-Алегри (Бразилия) представители международных детских организаций сообщили, что одних только детей в возрасте до 16 лет в 2000 г. умерло 80 млн! Люди из МВФ нагло говорили, что увеличение смертности от голода связано с ростом населения Земли, с тем, что землян стало 6 млрд. Но для того, чтобы произошел такой скачок смертности, население Земли должно было вырасти не до 6, а до 27,5 млрд (The World Social Forum. Eco-Socialist Diary. №3)!

Богатые просто истребляют голодом бедных. Социально планета вернулась к началу XX в. В 1920 г. 1% населения Земли владел 40% её богатств, в 1980-м — всего лишь 20%, то есть произошло заметное выравнивание доходов и качества жизни. Сегодня вновь 1% населения планеты владеет 40% её богатств. При этом, хотя один только финансовый кризис в Юго-Восточной Азии привел в американские банки 4 трлн долларов, рядовые американцы стали жить хуже. За последние 20 лет доходы работающих по найму американцев упали на 19%, а доходы управленцев крупных компаний (в основном ТНК) выросли на 66%. А ведь США была самой процветающей страной в 80-е — 90-е гг.! Всего же в мире разрыв доходов между бедными и богатыми за последние 30 лет удвоился, а разрыв доходов между Севером (богатыми западными странами) и Югом (всеми остальными, включая Россию) — увеличился в 3 раза (вся эта статистика собрана в книге Джеймса Петраса и Генри Вельтмайера «Globalization Unmasked», Halifax — L. — N. Y., 2001).

За это же время в США, Канаде, Западной Европе выросло поколение, полностью разочаровавшееся в парламентской демократии. Эта молодежь, вовлеченная в какие-то частные гражданские инициативы (студенческое движение, профсоюзное, защита прав потребителей, прав иммигрантов, религиозных, культурных, сексуальных меньшинств, экологисты и т.п.), обнаружила, что не может влиять на политиков: те много обещают перед выборами, но всегда обманывают. И к концу 90-х молодым стало ясно, что за всем этим устройством стоит большой бизнес — и большой бизнес оплачивает всех «конкурентов» на выборах: и консерваторов, и либералов, и социал-демократов. Потому — голосуй не голосуй, всё равно получишь… Именно эта молодежь вышла на улицы — и составила основу ДГД.

Но самыми первыми были партизаны-сапатисты. 1 января 1994 г., когда вступил в силу Договор о Североамериканской зоне свободной торговли (НАФТА) — и мексиканские рабочие разом потеряли 26% заработка, — на юге Мексики, в штате Чьяпас, вспыхнуло вооруженное восстание, поднятое Сапатистской армией национального освобождения (САНО). Первая всемирная встреча против «глобализации» состоялась именно в штате Чьяпас, в джунглях, на контролируемой сапатистами территории, летом 1996 г.

Сегодня в борьбе против «глобализации по ВМФ» участвуют уже сотни тысяч и даже миллионы людей — и число участников ДГД растет как снежный ком. ДГД стало молодежной модой. Первые крупные уличные беспорядки произошли в Сиэтле, где на улицы вышло 100 тыс. человек (80 тыс. приезжих + 20 тыс. местных). Для того, чтобы принять, разместить, накормить участников, потребовались немалые деньги. Акция в Сиэтле финансировалась так: по Интернету организаторы призвали всех сочувствующих прислать на проведение акции по 1 доллару. Что такое 1 доллар для западного человека? Копейки. Откликнулся миллион человек — и многие прислали не 1, а 5, 10, некоторые — 50 долларов. Когда собирали деньги на Геную, откликнулось уже свыше 1,5 млн человек!

В Генуе на улицы вышли уже 300 тыс. человек (120 тыс. итальянцев, 180 тыс. иностранцев), полиция вновь, как накануне в Гетеборге, стреляла по демонстрантам. Один человек — итальянец Карло Джулиани — был убит, 200 человек получили ранения разной тяжести, сотни были арестованы. Вновь, как в Праге и Гетеборге, в ряды демонстрантов были засланы сотни провокаторов, замаскированных под анархистов из «Черного блока». Они откровенно координировали свои действия с полицией, связывались с ней по рации, беспрепятственно устраивали погромы — для того, чтобы оправдать репрессии против демонстрантов.

В Сиэтле демонстрантам удалось сорвать подписание «многостороннего соглашения об инвестициях» (MAI, или, по-французски AMI, что звучит уже совсем издевательски), которое предусматривало, что ТНК будут стоять над национальным законодательством. То есть если ТНК не хотят платить зафиксированный местными законами минимум заработной платы — то и не будут. А если придется заплатить — ТНК может содрать с государства штраф за «причиненный ущерб», упущенную выгоду и т.п. Что это значит, легко увидеть из дела «“Этил” против Канадской Федерации». Американская корпорация «Этил», пользуясь договором НАФТА, вчинила иск правительству Канады на 250 млн долларов за то, что правительство запретило использование производящейся «Этил» добавки к бензину «МНТ». Эта «МНТ» отравляет окружающую среду и портит автомобильное оборудование по очистке выхлопных газов. «Этил», таким образом, заставляет автовладельцев постоянно покупать новое оборудование…

В Генуе правительства «семерки» спрятались от народа на лайнере в гавани. Сорвать подписание соглашений не удалось. Стало очевидно, что банкиры и лидеры семи развитых стран, самозванно присвоившие себе право распоряжаться судьбами всей планеты, решили просто игнорировать протесты.

Против чего и кого выступает ДГД? Против МВФ, Всемирного банка, Всемирной торговой организации (ВТО), ТНК, «Вашингтонского консенсуса», всевластия финансового капитала, превращения человека в товар. Против уничтожения — в интересах ТНК — лесов, против сокращения дотаций на борьбу с бедностью, против платного образования, которое станет таким образом недоступным большинству молодежи, против навязываемой ВТО политики уничтожения сельскохозяйственных площадей (с целью поддержание искусственно высоких цен на сельхозпродукцию). Против ограничения прав профсоюзов и против политики понижения заработной платы (в одном из циркуляров ВТО так прямо и сказано, что целью навязываемого ВТО всем странам «Всеобщего соглашения о торговле услугами» является снижение зарплаты!). Против введения платного — и очень дорогого — медицинского обслуживания. Против создания спецслужбами баз данных на всех граждан. Против ограничения на въезд. Против дискриминации женщин и молодежи. Против соглашения «ADPIC», по которому патенты на технологию производства медикаментов должны быть заменены патентами на конечную продукцию — а это вызовет удорожание многих медикаментов в 15-25 раз. Против коммерциализации научных разработок, которая сделает доступ к достижениям науки не по карману университетам и отдаст научные разработки в руки военщины и ТНК. Против «монетаризации» промышленности (это когда владельцы предприятий устанавливают для себя минимальную ставку рентабельности акций — и если прибыли по акциям падают ниже этой ставки, владельцы просто-напросто банкротят предприятие, наплевав на работников).

Кто участвует в ДГД? Самой известной организацией, помимо САНО, является АТТАК. Это звучное название расшифровывается так: «Действие за налог Тобина в помощь гражданам». Речь идет о предложении известного американского экономиста, Нобелевского лауреата по экономике Джеймса Тобина обложить налогом в 0,1% все спекулятивные финансовые операции и пустить полученные деньги на борьбу с нищетой и голодом во всем мире. АТТАК возникло во Франции в 1998 г. как движение против финансовых спекуляций — и стремительно выросло до 50 тыс. членов. АТТАК представляет собой сеть местных комитетов, выступающих против финансовых спекуляций, оффшорных зон, политики ВТО. АТТАК активно помогает единомышленникам в других странах. Созданы АТТАК Бельгии, Италии, Швеции, Бразилии, Аргентины и т.д. Другой известной организацией ДГД является «Direct Action Network» («Сеть прямого действия»), преимущественно университетское движение, организовавшее акцию в Сиэтле. DAN борется против коммерциализации школы (в том числе высшей), навязывания ТНК своей воли национальным экономикам, против ограбления стран «третьего мира», против уничтожения тропических лесов, против платной медицины.

«Reclaim the Street» («Вернем себе улицу») возникло первоначально в Англии, выступает в защиту природы, против полицейского насилия, за расширение прав местного самоуправления, требует списания внешних долгов стран «третьего мира» (в том числе и списания внешнего долга России), раз уж эти внешние долги возникли из-за политики, навязанной этим странам МВФ. Списание внешних долгов является и основной целью движения «Drop the Debt», также возникшего в Англии и быстро растущего.

«Tute bianche» («Белые халаты») возникли в Италии. Они специализируются на защите прав больных и малоимущих, иммигрантов, женщин, детей. «Tute bianche» устраивают «социальные центры помощи» бездомным и безработным, объединяют их в группы взаимодействия, учат бороться за свои права, захватывать сквоты, устраивать местное самоуправление, добиваться равноправия.

«Movimiente de resistencia global» («Движение глобального сопротивления», возникло в Испании) и «Globalize Resistance» («Глобализуем сопротивление», возникло в Англии) — молодежные движения, объединяющие группы сквоттеров, борцов за права молодежи (в частности, за право на культуру, независимую от официальной вестернизированной «поп-кульуры»), за ограничение власти монополий (за обложение ТНК прогрессивным «социальным налогом»), за списание внешних долгов стран «третьего мира».

Наконец, в ДГД активно участвуют такие объединения, как Focus for the Global South, в которое входят разные общественные организации стран Азии (суммарно до 12 млн человек). Focus требует уничтожить ВТО, МВФ, Всемирный банк и вообще заменить международные институты (включая ООН), пляшущие под дудку Запада и ТНК, новыми — на основе равноправия всех стран и народов.

Движение «Via campesina» («Крестьянский путь») объединяет крестьянские организации 60 стран (суммарно 50 млн человек), включая очень радикальные (такие, как «Движение бедняков Таиланда» и «Движение безземельных Бразилии»). «Via campesina» выступает за экологически чистое и безопасное сельскохозяйственное производство, за справедливое распределение земель, против захватов сельскохозяйственных угодий западными монополиями и пролетаризации сельских жителей, а также за создание «союза народов» — международных низовых организаций, которые должны противостоять «союзу богачей и правительств» (включая ООН и НАТО).

В ДГД активно участвуют некоторые профсоюзы, например, Единый профцентр трудящихся (CUT) Бразилии, КОСАТУ (Конгресс южноафриканских профсоюзов), Конфедерация профсоюзов Южной Кореи — суммарно это около 15 млн человек. В последнее время с ДГД начинает сотрудничать даже крупнейшее мировое профобъединение — Международная конфедерация свободных профсоюзов (МКСП), насчитывающая 157 млн членов.

В ДГД активно участвуют также многочисленные организации экологистов, анархистов, троцкистов, автономистов, неортодоксальных коммунистов и борцов за национальную независимость. Поэтому единого центра или руководства у ДГД нет, участники отдельно договариваются о координации действий на каждой массовой акции — и между разными группами могут быть значительные расхождения во взглядах и разные представления о тактике.

«Антиглобализм» после 11 сентября

После событий 11 сентября 2001 года и последовавшей за ними всеамериканской шовинистической истерии многие журналисты за океаном (а затем и у нас) начали с нескрываемым злорадством писать о закате и упадке «антиглобалистского» движения. На самом деле никакого «кризиса антиглобализма» из-за событий 11 сентября не было и быть не могло: само движение для этого слишком глобализовано, децентрализовано, разнородно и, помимо всего прочего, не зациклено на американских проблемах. Напротив, именно США изначально являлись далеко не главной цитаделью движения, по недоразумению именующегося у нас «антиглобалистским».

Единственным местом, где «антиглобалисты» после 11 сентября оказались в некоторой растерянности, были сами США, — и то лишь потому, что введение гласных и негласных цензурных ограничений отрезало ДГД от «больших СМИ», а активисты ДГД стали подвергаться усиленному давлению со стороны спецслужб.

Но когда на очередном «антиглобалистском» международном совещании спустя полгода после 11 сентября представители американских групп ДГД стали публично жаловаться на возникшие трудности и осторожно предлагать «заморозить» активность, это вызвало резкий отпор не только со стороны делегатов из стран «третьего мира» (к чему американские делегаты были готовы), но и со стороны европейцев.

В Западной Европе на какое то время «антиглобалисты» оказались менее заметны потому, что вынуждены были с 2002 года сосредоточиться в основном на защите прав наемных работников в своих собственных странах. В ДГД самое активное участие принимали (и принимают) профсоюзы, прямой задачей которых является защита социально ориентированного трудового законодательства. Другим важным отрядом ДГД были и есть левые организации, для которых защита прав рабочих — «святая обязанность». Как только в процессе воплощения в жизнь неолиберальной экономической стратегии в странах ЕЭС развернулось наступление на существующее трудовое законодательство, профсоюзы и левые развернули борьбу за сохранение действующих трудовых кодексов. ДГД оказалось естественным образом вовлечено в эти действия. Именно «антиглобалисты» (совместно с теми профсоюзами, которые не участвовали в ДГД) организовали массовые — в сотни тысяч участников — демонстрации протеста против новых трудовых законодательств в Испании, Франции, Италии, ФРГ, всеобщие отраслевые и национальные забастовки, сотрясавшие страны ЕЭС в 2002 году.

За этими действиями специализированная «антиглобалистская» деятельность, направленная прямо против «Вашингтонского консенсуса», МВФ и Мирового банка, как-то затерялась и действительно исчезла из информационного поля.

И лишь более чем миллионная демонстрация «антиглобалистов» во Флоренции в ноябре 2002 года заставила европейские «большие СМИ» осознать, что движение только окрепло оттого, что весь 2002 год занималось «частными вопросами», то есть трудовым законодательством. Особенно сильное впечатление на западные СМИ произвело то, что во Флоренции «антиглобалисты», несмотря на неоднократные провокации, не дали себя втянуть, как в Генуе, в уличные столкновения. Напротив, миллионные колонны умудрились пройти по городу, даже не потоптав клумб и газонов (демонстранты аккуратно их обтекали).

Правительство Берлускони было так этим расстроено, что сразу после Флоренции арестовало несколько десятков активистов ДГД, обвинив их в «заговоре против экономической стабильности итальянского государства»!

Ответом могла стать и стала радикализация итальянских групп ДГД.

Тем более события 11 сентября 2001 года не вызвали и не могли вызвать кризиса в организациях ДГД в странах «третьего мира», где традиционно очень сильны и широко распространены антиамериканские настроения. Напротив, поверив первоначально в официальную американскую версию событий 11 сентября, «антиглобалисты» «третьего мира» зачастую прямо приветствовали их, расценив как акт исторически оправданного возмездия метрополии со стороны «третьего мира» за десятилетия унижения и эксплуатации.

Это проявилось уже на II Всемирном социальном форуме (ВСФ) в Порту-Алегри (Бразилия), проходившем в январе-феврале 2002 года. Форум собрал свыше 100 тысяч участников, в том числе свыше 15 тысяч официальных делегатов от более чем 4 тысяч организаций и движений из 123 стран мира, включая 500 парламентариев. Одних журналистов на Форуме было свыше 3 тысяч (среди них — ни одного из России!).

Именно под давлением организаций из стран «третьего мира» II Всемирный социальный форум принял Декларацию откровенно антиамериканской направленности. ВСФ осудил войну в Афганистане, расценив её как терроризм и начало «непрерывной всемирной войны для установления господства США и их союзников», в ходе которой «ислам демонизируется», а «расизм и ксенофобия намеренно пропагандируются». Декларация потребовала отмены экономической блокады Кубы и Ирака, а также поддержала борьбу народа Палестины за создание собственного государства (интересно, что в Форуме официально участвовали две самые левые организации ООП — Народный фронт освобождения Палестины (НФОП) и Демократический фронт освобождения Палестины (ДФОП), находившиеся в резкой оппозиции слева по отношению к Ясиру Арафату; интересно и то, что на ВСФ они нашли полное понимание у израильских «антиглобалистов» и даже сформировали совместные палестино-израильские группы).

«Антиглобалисты» США преодолели «синдром 11 сентября» после того, как в Америке была издана наконец книга французского исследователя Тьерри Мейссана «11 сентября 2001 года — чудовищная махинация». Власти США почти год изо всех сил препятствовали выходу в свет этой книги в Америке. В книге Т. Мейссана (она, кстати, издана и по-русски) доказано, что по меньшей мере одна из целей террористов 11 сентября — Пентагон — была атакована самими властями США, а вовсе не «исламистскими камикадзе». Никакой самолет на Пентагон не падал, о чем свидетельствуют и характер разрушений, и полное отсутствие остатков самолета, и неповрежденность территории вокруг Пентагона (если бы всё было так, как в официальной версии, самолет вспахал бы глубокую канаву в земле и посбивал бы машины, заборы и столбы — ничего этого не было), и тот факт, что атаке подверглись точь-в-точь те помещения, где происходил ремонт и отсутствовали высокопоставленные офицеры и откуда были вывезены важные секретные документы. При этом самолет, который якобы упал на Пентагон, действительно был захвачен и бесследно исчез (Мейссан полагает, что его утопили в океане). Тьерри Мейссан доказал также, что не соответствует действительности официальная версия относительно личностей захватчиков авиалайнеров, врезавшихся в ВТЦ: они оказались живы и здоровы, благополучно проживают в разных арабских странах и даже дают интервью местным СМИ.

Придя к выводу, что события 11 сентября были провокацией властей США, «всемирным поджогом Рейхстага», направленным на резкое ограничение гражданских прав и свобод в самой Америке и на легитимизацию агрессивной внешней политики, американские «антиглобалисты» резко радикализовались — отчасти потому, что в условиях ввода в действие «USA PATRIOT Act» и «Homeland Security Act» (приостановивших на 4 года действие конституционных прав и узаконивших тотальный контроль над частной жизнью граждан США) многие наиболее робкие участники «антиглобалистского» движения струхнули и отошли от ДГД. Остальные стали формировать структуры нового антивоенного движения.

Эта радикализация ДГД проявилась уже на II ВСФ в Порту-Алегри, где солидное, реформистское крыло участников (важные европейские профессора, министры, профсоюзная бюрократия, парламентарии, жившие в роскошных отелях) вступило в острый конфликт с радикалами. Дело дошло до драки. Одной из причин радикализации движения стало столкновение рядовых «антиглобалистов» по всему миру с новой тактикой властей — с открытыми репрессиями, в том числе с использованием полицией новых газов, не имеющих ничего общего со старыми слезоточивыми, а максимально приближенных к боевым отравляющим веществам (распыление таких газов не на открытом воздухе, а в помещении грозит пострадавшим смертью).

Война в Ираке необычайно резко радикализовала ДГД. Именно уже сложившиеся к тому времени массовые организации «антиглобалистов» (с примкнувшими к ним пацифистами — в том числе различными религиозными организациями — левыми, экологистами и т.п.) стали в развитых западных странах основой многотысячных акций протеста против войны. Особенно заметно это было в США. «Классическая» «антиглобалистская» организация «Global Exchange» почти целиком переключилась на антивоенную деятельность, начав специальную кампанию «Нет войне!» (желающие могут зайти на официальный сайт организации: www.globalexchange.org — и посмотреть на результаты). Другая «классическая» «антиглобалистская» организация — «Международный ответ» («International Answer», последнее слово — аббревиатура, расшифровывается так: «Act Now to Stop War & End Racism!») смогла сагитировать на антивоенные выступления многие местные отделения крупнейшего американского профобъединения АФТ — КПП (в первую очередь профсоюзы учителей) и явилась одним из организаторов 500-тысячной антивоенной манифестации в Вашингтоне, 200-тысячного антивоенного марша в Сан-Франциско и 50-тысячного — в Лос-Анджелесе. «Международному ответу» удалось также договориться с организациями черных американцев об их участии в антивоенной кампании (подробности см. на сайте www.internationalanswer.org). «Классическая» «антиглобалистская» интернет-сеть «Индимедиа» поддерживала и координировала действия антивоенных активистов и, в частности, распространяла и рекламировала Декларацию интеллектуалов мира «Встанем за мир и справедливость!» (WSPJ, «We Stand for Peace & Justice!»). В числе первых «подписантов» декларации были такие выдающиеся интеллектуалы, как Ноам Хомский, Тарик Али, Говард Зинн, Том Хейден, Эдуардо Галеано и Арудьясати Рей. В первые же 9 дней кампании по распространению WSPJ декларацию перевели на 12 языков, её подписало свыше 55 тысяч интеллектуалов из 213 стран. В Латинской Америке роль координатора по распространению WSPJ взяла на себя старейшая «антиглобалистская» организация — мексиканская Сапатистская армия национального освобождения (САНО).

В ходе развития войны в Ираке в «антиглобалистском» движении развернулась активная внутренняя полемика между «умеренными» и «радикалами». «Умеренное» крыло, очень сильное прежде в ДГД, потерпело в этой полемике сокрушительное поражение. Основная стратегическая установка «умеренных» — нужно убедить (заставить) транснациональные корпорации (ТНК) и прежде всего американские монополии поделиться доходами с бедными — в свете занятой властями США жесткой позиции на игнорирование мнения стран «третьего мира», ООН и даже союзников по НАТО стала выглядеть совершенно утопической. Напротив, мнение «радикалов», говоривших, что США стремятся создать всепланетную империю и воплотить в жизнь «новую доктрину Бжезинского» (мир, где США являются верховным правителем, а остальные страны превращены либо в военно-политических и экономических вассалов США, либо в колонии США), стало выглядеть как никогда весомо.

В результате ДГД претерпевало стремительную радикализацию и становилось всё более откровенно антиамериканским и антикапиталистическим.

Надо иметь в виду, что Иракская война и связанная с ней антивоенная кампания породили в ДГД две прямо противоположные тенденции: с одной стороны, взрывной рост численности (по всему миру численность «антиглобалистских» движений за время войны в Ираке выросла, по разным данным, в 2-4 раза), с другой — ослабление движения за счёт раскола между «умеренными» и «радикалами». И дело не только в том, что «умеренные» вовсе уходили из движения, разочаровавшись в своих иллюзиях. Дело также в том, что из движения стали уходить и некоторые наиболее радикальные группы, поскольку они пришли к выводу, что тактика ДГД — тактика массовых протестов — неэффективна: власти (в первую очередь власти США) просто плюют на мнение граждан. Говоря иначе, политика Буша и Блэра привела к тому, что всё большее число активистов гражданских движений на Западе стало склоняться к мысли о бесперспективности игры на легальном поле.

Застой хуже кризиса

Опасности, однако, подстерегали ДГД совсем с другой стороны. Проблемы «антиглобалистского» движения были порождением не внешнего враждебного воздействия, а внутренних причин.

Во-первых, движение оказалось в организационном застое. Оно выработало две основные формы — социальные форумы и контрсаммиты. Социальные форумы были огромными собраниями по обмену опытом и согласованию дальнейших совместных действий (в соединении с карнавалом). Контрсаммиты — акциями массового давления на «глобалистов» (опять же в сочетании с совещаниями по координации дальнейших действий). Никаких других новых форм «антиглобалисты» не выработали (митинги, демонстрации, пикеты, пропагандистские кампании или соучастие в организации забастовок — действия на локальном, в крайнем случае региональном уровне — были в активе объединившихся в ДГД организаций задолго до того, как они назвались «антиглобалистами»).

При этом социальные форумы стали носить всё более откровенно ритуальный характер, самодостаточный и самовоспроизводящийся, когда эксперименты не поощряются. А контрсаммиты оказывались всё менее и менее успешными (самый первый — Сиэтл — так и остался самым успешным), поскольку противник, в отличие от «антиглобалистов», искал новые методы противодействия, экспериментировал — с тем чтобы снизить эффективность давления ДГД на «глобалистов»: то проводил саммит на корабле, то в маленьких курортных городках, куда было невозможно попасть десяткам тысяч протестующих, то вводил драконовские меры безопасности, отсекая «антиглобалистов» на дальних подступах — иногда просто по другую сторону государственной границы.

Де-факто имела место радикализация «глобалистов», адекватно ответить на которую «антиглобалисты» не могли, так как это была не идеологическая, а организационно-техническая радикализация, радикализация методов подавления и противодействия противнику в рамках действующих законодательств (пусть даже чрезвычайных), чему «антиглобалисты», не будучи государственной властью, не могли эффективно сопротивляться. И — что показательно — даже не пытались что либо сделать в этом направлении и, похоже, в подавляющем большинстве своём даже не способны были осознать проблему.

Другим подтачивающим природу движения фактором стало всё более откровенно обнаруживающееся внутри ДГД разделение на «богатых» и «бедных». «Богатые» — это «антиглобалисты» «первого мира», а «бедные» — «третьего». Первоначально казалось, что они успешно дополняют друг друга, у «богатых» были определенные финансовые возможности, мобильность, известность, доступ к СМИ и опыт взаимодействия с правительственными структурами в рамках писаных правил «представительной демократии», у «бедных» — массовость и готовность к радикальным действиям и прямому давлению на правительственные структуры. Но вскоре стало очевидно, что происходит постоянный перекос в сторону «первого мира», и этот перекос не идет на пользу движению, так как он обеспечивает и поддерживает существование и даже процветание довольно аморфного и политически бессильного «антиглобалистского» движения в странах «первого мира», в то время как реальная сила движения сосредоточена в «третьем».

Кроме того, в странах «первого мира» структуры ДГД отличались от таковых в странах «третьего мира» — в худшую сторону. В «первом мире» ДГД сложилось как блок разных групп и организаций, выглядящих словно соприкасающиеся между собой круги. Но основную массу «антиглобалистов» составили люди, не входившие ни в одну из организаций, а заполнившие свободное пространство между этими кругами. Таким образом, «антиглобалистское» движение в «первом мире» оказалось сильно деструктурировано, аморфно и деиерархизировано. Это осложнило задачу мобилизации и координации действий и сделало практически табуированными вопросы о централизации и дисциплине.

В странах «третьего мира», напротив, ДГД представлено исключительно организациями — с присущими организациям традиционными иерархическими структурами и дисциплиной. Силы ДГД в «третьем мире» оказались потому способны к активным наступательным действиям на уровне отдельных государств и даже регионов, в то время как силы ДГД в «первом мире» этим похвастаться не могут. Но именно они де-факто представляют на международной арене всё движение, выдвигают или (чаще) формулируют цели и задачи, то есть выступают в роли руководства.

То есть движение стало расслаиваться на «работающих» и «болтающих», причём работающие были «бедными», а болтающие — «богатыми». Это вело и ведет к усилению напряжения внутри ДГД.

Этот неправомочный и по сути своей империалистический перекос внутри «антиглобалистского» движения усугубляется ещё и тем обстоятельством, что в среде активистов в «третьем мире» всегда широко представлена «агентура» «первого мира» — обычно представители европеизированного и американизированного «среднего класса», вполне интегрированные в соответствующие структуры «первого мира» и воспринявшие их идеи. Именно эти люди зачастую представительствуют на международной арене от лица «антиглобалистов» «третьего мира». В то же время «агентура» «третьего мира» в рядах активистов ДГД «первого мира» в основном представлена искренними, идеалистически настроенными «рабочими лошадками», вовсе не нацеленными на карьерный рост (пусть даже внутри оппозиционных структур).

Целый ряд проблем породил феномен «антиглобалистских» режимов, возникших в Латинской Америке с приходом к власти Лулы, Чавеса и Моралеса. Поскольку эти «антиглобалистские» режимы строились как обычные государственные по действующим правилам игры, это обрекало местные группы ДГД на переориентацию с общественно-классового на национально-государственный подход. Причём в Бразилии лишь часть организаций ДГД, приведших Лулу к власти, согласилась на такую переориентацию (и, следовательно, на поддержку внешней политики Лулы, более чем умеренной, а отчасти и на поддержку внутренней политики, компромиссной по отношению к неолиберализму). Это привело к расколу внутри бразильского ДГД — на «умеренных», согласных с реформистской линией Лулы, и на «радикалов», рассматривающих Лулу как ренегата и оппортуниста. Кончилось тем, что Лула стал широко применять полицейское насилие для борьбы с «радикалами».

В Венесуэле и Боливии в силу острой внутриполитической ситуации (напомню, что в Венесуэле дело дошло до военного античавистского переворота — впрочем, провалившегося, а в Боливии длительное время существует реальная угроза гражданской войны, поскольку реакция разыгрывает сепаратистскую карту) ДГД почти целиком оказалось вынуждено сосредоточиться на внутриполитических вопросах, причём случалось, что отдельные отряды «антиглобалистов» вынуждены были в этой борьбе занимать не свойственные себе позиции (как, например, в Венесуэле, где им приходилось блокироваться с чавистской бюрократией против античавистски настроенных и тайно спонсируемых местной реакцией и ЦРУ профсоюзов, хотя вся предыдущая практика «антиглобализма» однозначно предписывала выступать в поддержку классовых организаций наемных работников против государственной бюрократии).

Уход из движения определенных отрядов «умеренных» из стран «первого мира» (сначала — из-за страха быть зачисленным в «террористы» после 11 сентября 2001 года, а позже — из за ложной успокоенности, вызванной очевидными провалами политики Вашингтона) отрицательно сказался на финансовых возможностях движения. А уход определенной части «радикалов» повлек за собой резкое сокращение новых идей в ДГД, в том числе и в организационной сфере (поскольку именно «радикалы», как выяснилось, были «генераторами идей»). Это с двух сторон нанесло удар по способности движения развиваться и обновляться. А это, в свою очередь, обрекает ДГД на самоповторы.

Дефицит финансов повлек за собой напряженные противоречия и даже прямую борьбу за денежные средства движения, а в последнее время — и серию финансовых скандалов (пусть мелких и частных) и даже случаи коррупции (чего невозможно было представить в прошлом). Отсутствие новых идей и боязнь новых организационных решений повлекли за собой засилье (в первую очередь, конечно, в «первом мире») в ДГД сторонников «антиавторитаризма» и противников «иерархических структур» — в основном из кругов «постмодернистских левых». Поскольку противостоящие «антиглобалистам» силы не только располагают грандиозными финансовыми возможностями и активно прибегают к «юридически оправданному» насилию, во-первых, широко используют спецслужбы в борьбе с ДГД (в том числе и массово внедряя в ряды «антиглобалистов» свою агентуру), во-вторых, а в-третьих, вовсю пользуются практическими преимуществами иерархических и авторитарных организаций (такими, как разделение труда и фронта работ, подчинение низших структур высшим, выполнение приказов под угрозой репрессий, механическая заместимость элементов), «антиглобалисты» — особенно в «первом мире» — всё откровеннее превращаются в безобидную и неопасную для Системы «карнавальную» псевдооппозицию. А это разлагающе действует и на ДГД в странах «третьего мира».

Опубликовано в журнале «Скепсис», №5, 2008. - С.14-22.


По этой теме читайте также:

Имя
Email
Отзыв
 
Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Дружественный проект «Спільне»
Сборник трудов шаламовской конференции
Книга Терри Иглтона «Теория литературы. Введение»
 
 
Кто нужен «Скепсису»?