Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


Предыдущая | Содержание | Следующая

Часть I.
Ледокол, или Под знаком Титаника

Нефантастическая сказка — документ

ТЕЩЕ

Опыт показал, что наши войска не умеют наступать.

И.В. Сталин[18]

Опыт показал, что наши войска... умеют наступать.

В. Суворов (цитируя И.В. Сталина)

Вступление.
Кто начал Вторую мировую войну?

На этот вопрос отвечают по-разному. Единого мнения нет. Советское правительство, например, по данному вопросу меняло свое мнение многократно в зависимости от ситуации. Но наш герой Суворов газету читал и обо всем знает лучше всех. По его мнению, во всем виноват Советский Союз. Что же он представляет в качестве доказательства?

«Если бы Сталин хотел мира, то он должен был всячески мешать возрождению ударной мощи германского милитаризма: ведь тогда Германия оставалась бы слабой в военном отношении страной. <...> Но Сталин с какой-то целью не жалеет средств, сил и времени для возрождения германской ударной мощи. <...> Но возродить мощную армию в Германии и столь же мощную военную промышленность — это только полдела. Даже самая агрессивная армия сама по себе войн не начинает[19]. Нужен, кроме всего, фанатичный, безумный лидер, готовый начать войну[20]. И Сталин сделал очень многое для того, чтобы во главе Германии оказался именно такой лидер. Как Сталин создал Гитлера, как помог ему захватить власть и укрепиться — отдельная большая тема. Книгу на эту тему я готовлю[21]. Но об этом речь впереди[22], а сейчас мы только вспомним, что пришедших к власти нацистов Сталин упорно и настойчиво толкал к войне[23]» (с. 12—13<12>)[24].

Все это, конечно, хорошо и интересно, но тут мы можем достаточно ясно наблюдать один из самых любимых приемов Суворова. Он ничего не утверждает, не отрицает, не объясняет, он только вызывает подозрения. «Сталин с какой- то целью не жалеет», Бог знает чего, «для возрождения германской ударной мощи», а почему? С какой такой «целью», Суворов не говорит, это, мол, и так всем понятно; то, что Германия — враг СССР «по определению», тоже совершенно ясно, и неважно, есть там Гитлер или нету. Вот и получается в читательской голове большой вопросительный знак: а зачем же? А почему же? А для чего же? Он, наверное, замышляет какое-то мерзопакостное паскудство? Ведь, как всем нам сто раз вдолбили за годы перестройки, товарищ Сталин — бяка, бука и еще Бог весть кто. Да и Германия — та еще вражина... Значит, хоть и не известно точно, на что Суворов намекает, но явно на что-то очень преступное и экстрасекретное, о чем коммунисты молчали столько лет. И никого не заботит, что эти самые коммунисты давным-давно на всю страну разболтали все свои только теперь якобы раскрываемые тайны!

А эти «тайны» до ужаса банальны: еще сам товарищ Ленин возлагал на немецкий пролетариат гораздо большие надежды, чем на отечественный. Эта нежная любовь была унаследована ВКП(б) и Коминтерном. Посему в 1920-е годы в Германии советские товарищи не просто надеялись, а пытались произвести социалистическую революцию. Для примера: в 1923 году в любимом фатерланде, по мнению «Большой Советской Энциклопедии», отражающей официальную точку зрения ВКП(б)-КПСС на этот вопрос, «сложились некоторые предпосылки для успешной борьбы за свержение господства монополистического капитала и милитаристов. В ряде районов страны существовали вооруженные “пролетарские сотни”. Борьба революционных сил проходила под лозунгом создания Рабоче-крестьянского правительства (Германии. — В.Грызун)». Кстати, в отличие от «профессиональных разведчиков»-перебежчиков, профессиональным историкам это все-таки известно.

Правда, эта революция немножечко провалилась. В самый разгар событий оказалось, что ее возглавлял вовсе не верный марксист-ленинец Брандлер, как считалось за день до провала, а «правый оппортунист», соглашатель, и т. д., и т. п. Брандлер, неизвестно как втершийся в доверие лично к товарищу Сталину и всему немецкому народу. Таким образом, товарищ Сталин хотел помогать немцам не потому, что мечтал о сильной нападающей на СССР Германии, а потому, что ему не очень желалось, чтобы государство с самой мощной в Европе компартией было случайно захвачено каким-нибудь ретивым либеральным соседом.

Это была первая причина. А вторая причина состояла в том, что, независимо от идеологии, и коммунистическая Советская Россия, и демократическая Веймарская Германия после Первой мировой войны оказались в лагере неприкасаемых, «неправильных» стран с подмоченной большевистской/кайзеровской репутацией. В Лиге Наций, бывшей тогда скорее аристократическим клубом победителей, такие страны, мягко говоря, не жаловались. На Германию у победителей за ее недавние «шалости» на западноевропейском театре военных действий был громадный зуб. Ноябрьская демократическая революция в Германии испортила Франции весь восторг от победы. Только она, понимаешь, приготовилась оккупировать и разделить кайзеровскую Германию, а та — раз, и перекрасилась. Революция! Мы, говорит, теперь просвещенное демократическое государство, мы прекращаем эту глупую войну и любим вас, дорогие мои, до колик. Франции остается только заорать «Merde!!!» и в ярости растоптать свою каску. Ведь не будешь же оккупировать демократическое государство, само себя от себя освободившее и прилюдно раскаявшееся[25].

А с Россией все и так понятно. Если до войны братья по Антанте смотрели на диких лапотников не без брезгливости, а в ходе войны с удовольствием прописывали своему союзнику кредиты под кабальные проценты, то в конце войны, когда все это «нечто» окончательно сошло с ума, господа с Запада слегка в России разочаровались. И вот что странно: когда была расстреляна самая что ни на есть лояльная народная демонстрация (так называемое «Кровавое воскресенье» 9 января 1905 года); когда юг России сотрясали еврейские погромы[26], фактически санкционированные «сверху»; когда высочайше ниспосланная народу Дума (первый русский парламент) вопреки законам распускалась (кстати, все эти факты с падением коммунизма никто не отменял!) — так вот, западных демократов означенные факты заботили только как компромат, а вовсе не как причина к принятию немедленных мер. Однако с появлением вместо деспотической Российской Империи коммунистической Советской России Запад зашевелился. Теперь, когда в русский народ, по мнению Запада, стали стрелять с неправильной стороны, права и свободы оного народа взволновали господ англичан, французов и американцев даже гораздо больше, чем права народов собственных[27]. С чего бы это, а?

Просто оных антантированных союзников вопрос о подаче пушечного мяса к кайзеровским окопам интересовал значительно сильнее, чем любая демократия, и когда большевики отказались раскидываться оным мясом вдоль своих западных границ, Антанта была ранена в самые чувствительные части своей души и кошелька коммунистическим коварством. Позже, когда проблема кайзера была решена, на первый план вышел целый ряд новых заманчивых интрижек: как, к примеру, будет смотреться советский Дальний Восток в качестве одного из Североамериканских Соединенных Штатов? Или Мурманск в качестве «New-Glasgo»? Или Крым в виде приятной альтернативы «Sen-Tropez»? А под таким соусом тоталитаризм Советов становился особенно нестерпимым. Так что и Советская Республика, и Германия в новой Версальской системе международных отношений становились изгоями, а схожесть положения не могла не повлечь за собой взаимной симпатии. В ознаменование оной в 1922 году во время Генуэзской конференции в городе Рапалло был подписан договор о советско-германской дружбе и торговых отношениях. Между прочим, вся партия НСДАП в те славные времена могла запросто поместиться в одном легковом автомобиле. О какой же помощи Гитлеру может идти речь? Кстати, Сталин, чье коварство, видимо, было сполна отражено в этой договоренности, был тогда наркомом по делам национальностей. Даже не генсеком. Так что сотрудничество СССР и Германии весьма слабо связано как с Гитлером, который пришел к власти одиннадцатью годами позже, после чего, кстати, оно быстренько прекратилось, так и со Сталиным, который в то время заведовал себе Рабкрином и во внешнюю политику особо не лез.

И, кстати, еще раз о том, как «Сталин сделал очень многое для того, чтобы во главе Германии оказался именно такой лидер. Как Сталин создал Гитлера, как помог ему захватить власть и укрепиться». Если допустить, что Сталин и вправду тут приложился, то весьма странно, что мы все еще так и не увидели ни одного конкретного факта, иллюстрирующего эту помощь. Зато у нас есть другие факты, к числу которых принадлежит свидетельство члена баварского ландтага Эрхарда Ауэра на процессе по делу о «Пивном путче» показавшего, что очень серьезную финансовую поддержку НСДАП оказывал в частности не кто иной, как гражданин «оплота свободы № 12» Генри Форд[28]. По совместительству означенный мультимиллионер Генри Форд являлся автором книги под названием «Международное еврейство», которой в двадцатых зачитывались все антисемиты мира, включая высоко ее ценившего Адольфа Гитлера, который, кстати, повесил в своей мюнхенской резиденции портрет ее автора. А вот сведений о том, что благодарный Адольф повесил где-то у себя портрет товарища Сталина, у нас нет. Так что, вероятно, не будет преувеличением сказать, что с Фордом у Гитлера были связаны куда более теплые воспоминания, чем с лучшим другом детей и советских летчиков.

Помимо Форда — только в период с 1923 до 1929 года Германия получила 4 млрд. долларов внешних займов, из которых больше половины (2,5 млрд.) были американскими[29]. Американские фирмы стали владельцами и совладельцами немецких компаний «Опель», заводов Форда в Германии, электро- и радиофирм «Лоренц», «Микст-Генест», угольного концерна «Стинненс», нефтяных и химических концернов «Дойче-американише петролеум» и «ИГ Фарбениндустри», объединенного «Стального треста» и многих других[30]. Но, быть может, вы скажете, что 1929 год — это еще не Гитлер? Но ведь с его приходом к власти ничего не закончилось! А у многих так даже наоборот: ведь Гитлер стал готовиться к войне. Так, например, только за восемь месяцев 1934 года американская авиационная фирма «Эйркрафт корпорейшн» увеличила свой экспорт в Германию по сравнению с 1933 годом в 6,4 раза[31]. Мы сотрудничали с немцами только до Гитлера[32]. А они?

Однако давайте коснемся сути того, что «Сталин сделал очень многое для того, чтобы во главе Германии оказался именно такой лидер. Как Сталин создал Гитлера, как помог ему захватить власть и укрепиться». Уж не знаю как, но это в данный момент не важно. Важен вопрос: ЗАЧЕМ ЕМУ ЭТО ПОНАДОБИЛОСЬ? В одной из следующих глав Суворов приводит слова классика средневековой тайной дипломатии Франческо Сфорца, который, якобы, задолго до Сталина повторил его слова о том, что врагов надо разделять и бить поодиночке. Но мудрый Сталин, согласно Суворову, перемудрил всех, правда, непонятно, почему именно для него это закончилось внезапным вторжением вермахта.

Итак, Витек просит нас поверить, что Иосиф Виссарионович вместо того, чтобы порознь, по очереди, посредством Коминтерна и социалистических революций или, в крайнем случае, в ходе «локальных военных конфликтов», прибрать к своим рукам сначала страны Восточной Европы, потом — хилую безоружную Веймарскую республику, а уж после, набравши силы на высокоразвитой немецкой и чешской военной промышленности, а также имея свои «по определению»[33] неограниченные ресурсы, начать полномасштабную войну с Францией и Великобританией, сделал совершенно противоположное. А именно: лично нашел во вшивом окопе некоего ефрейтора Гитлера, назначил его канцлером Германии и фюрером немецкого народа, поручил ему создать себе мощные вооруженные силы, затем при помощи подставных лиц — Чемберлена и Даладье — всучил ему мощную индустрию Чехословакии, единственной сколь либо лояльной к СССР европейской страны[34], походя подсунул ему в топку Австрию, Данию, Норвегию и прочую пузатую мелочь типа Люксембурга, заставил его захватить кучу военного имущества и материалов во Франции, то бишь, воспитал на остатках разрозненной Европы громадного мощного единого вражину. А уже потом, раскормив себе этого страшного динозавра, стал втайне, чтобы его не спугнуть, готовиться к бою. Не маразм ли это, а?

Таким образом:

  1. Товарищ Сталин на самом деле хотел видеть во главе Германии вовсе не Гитлера, а кого-нибудь слегка полевее, к чему он и прилагал немало «средств, сил и времени». Причем, в отличие от суворовского труда об «отдельной большой теме», который выйдет в свет, наверное, только после построения коммунизма, книги об очевидной помощи СССР немецким коммунистам уже давным-давно написаны и массовым тиражом валяются по всем библиотекам мира, кроме, кажется, тех, где бывают «профессиональные» перебежчики.

  2. Несмотря на расхожее мнение господина Суворова, власть товарища Сталина вовсе не достигала того мистического могущества, которое требуется для формирования правительственных кабинетов независимых иностранных государств, тем более проведения в них революций (успешных, конечно). Вообще, хоть сталинская дипломатия 1920-х, да и 1930-х годов была способна на многое, например, на то, чтобы посредством неуравновешенного испанца за орден ликвидировать главного троцкиста планеты; или на ниве руководства забугорными политическими деятелями сместить вышеупомянутых Брандлера и Тальгеймера из руководства КПГ и поменять их на рубаху-парня Тельмана, взятого прямо с гамбургских улиц[35], все-таки перегибать не стоит.

  3. Когда в 1933 году надежды Политбюро ВКП(б) на скорую социалистическую революцию в Германии окончательно улетучились, наша военная и прочая помощь немцам моментально прекратилась, военная школа РККА для немецких командиров закрылась, и доступ немцев даже из коммерческих структур на наши оборонные предприятия сократился (о чем еще будет речь). Об этом, кстати, и сам Суворов пишет местами в «Ледоколе», а в книге «День “М”» об этом есть целая глава — «Верил ли Сталин Гитлеру» называется. Такая вот у Суворова незадача: то помощь есть, Гитлера нет, то Гитлер — налицо, а помощь куда-то подевалась.

  4. В силу того, что основной текст суворовской «Кто начал...» посвящен советско-германским отношениям (поставленный в заголовке вопрос не имеет ни малейшего отношения к тексту), мой комментарий также не затрагивает этот вопрос.


Примечания

18. Жуков Г. К. Воспоминания и размышления: В 3 т. М.: Изд-во АПН, 1990. Т. 2. С. 121.

19. А неагрессивная армия? Или они еще и пацифистские бывают? И потом — армия, которая начинает войны сама по себе... Это что, демократия такая случается?

20. Если для начала войны нужен лидер в первую очередь «фанатичный, безумный», то как же быть со Сталиным, который, по всем суворовским построениям, с одной стороны, таким не был, а с другой — войну все-таки начал? Где-то в логике изъян.

21. «Ледокол» писался В. Суворовым с 1968 по 1980-е годы. Сейчас уже новое тысячелетие настало, а обещанной книги на эту «отдельную большую тему» так и нет. Дождались только в «Самоубийстве» — там Суворов «перевел стрелки» на некоего Т. Вайнгартнера, написавшего книгу «Сталин и возвышение Гитлера. Политика Советского Союза и Коммунистического Интернационала по отношению к Германии» (см.: Самоубийство, С. 59). Я хотел было ее посмотреть, поскольку Суворов любит помахать заголовком якобы работающей на него книги, не залезая в текст, противоречащий его доводам от начала до конца. И остался не солоно хлебавши. Во-первых, Суворов не приводит выходных данных этой книги в своем списке использованной литературы (значит, он ее не читал?!!), и, во-вторых, после длительных поисков выяснилось, что на русский язык эта книга не переведена. Снова на пути к раскрытию «отдельной большой темы» возникли препятствия, существенные, но отнюдь не непреодолимые. Западногерманский историк Леонид Люкс в своей статье, опубликованной в журнале «Полис» № 3 за 1991 год, ссылаясь на книгу Т. Вайнгартнера «Сталин и приход к власти Гитлера», писал: «Тезис о том, что Сталин хотел облегчить Гитлеру захват власти, едва ли можно доказать. Гораздо более точным кажется тезис Франца Боркенау: Сталин не сделал ничего, чтобы предотвратить захват власти Гитлером, но он не сделал ничего и для того, чтобы его обеспечить. Данный вывод Боркенау по существу подтверждает и Томас Вайнгартнер в своей солидно документированной работе» (См.: Люкс Л. Коммунистические теоретики о фашизме: озарение и просчеты // Полис. 1991. № 3. С. 9). Виктор Суворов, за свое вранье нужно отвечать самому, а не прятаться за чужими спинами, уповая на труднодоступность ваших заочных «защитников»! Так что беритесь за перо и пишите — «отдельная большая тема» ждет!

22. Жаль только жить в эту пору прекрасную...

23. А поконкретнее? Простите нашу «историческую убогость», но ничего подобного что-то не припомним. И совершенно непонятно, зачем нацистов нужно было «толкать» к войне, когда они сами к ней во всю прыть стремились. А вообще, это типичная суворовская черта — наобещать с три короба доказательств, а потом забыть.

24. Все сноски на «Ледокол» даются прямо в тексте. Сноски на издание: Суворов В. «Ледокол». М.: Новое время, 1993. 352 с. — в круглых скобках; Суворов В. Ледокол; День «М». М.: ТКО «ACT», 1994. 576 с. — в квадратных скобках (В данной публикации на scepsis.ru квадратные скобки были заменены на треугольные — <№ стр.> — Ред..). В главах, посвященных «Ледоколу», «Дню “М”», «Последней республике», «Самоубийству» и «Очищению», сноски на соответствующие части суворовских книг не предваряются их заглавиями.

25. По поводу причин неоккупации Германии победителями существуют различные точки зрения, однако не стоит сбрасывать со счетов и эту.

26. Ряд иностранных газет разразились тогда гневными передовицами относительно русской «дикости». Но! В отличие от Советской России, с Империей не были ни разорваны отношения, ни заявлен протест, ни, тем более, начата интервенция. А вот Советская Россия этого удостоилась в полном объеме.

27. Между прочим, знаете, в каком году женщины в РСФСР получили право голоса? В 1917. А в США? В 1922!

28. Хайм Ч. Торговля с врагом. М., 1985. С. 129.

29. Кстати, подконтрольная (не путать с «подвластная» — беспрекословно подчиняющаяся) Сталину Коммунистическая партия Германии в тот же период, точнее, в 1928 году, проводила широкую кампанию под лозунгом «Ни одного пфеннига на строительство броненосцев!» и, между прочим, собрала в его поддержку 1,2 млн. подписей.

30. История второй мировой войны. 1939—1945. Том 1: Зарождение войны. Борьба прогрессивных сил за сохранение мира. М., 1973. (Далее — История второй мировой войны. Т. 1.) С. 20.

31. История второй мировой войны. Т. 1. С. 184.

32. Кроме запоздалого всплеска лютой дружбы в 1939—1941 годах.

33. Согласно Суворову.

34. Кстати, немецкие танкисты до 1942 года предпочитали своим Pz-I и Pz-II чешские танки 35(t), выпускавшиеся заводом «Шкода». Подробнее см.: Барятинский М. В строю пяти армий // Моделист-Конструктор (далее — М-К). 1995. № 11. С. 25. А созданный на базе другого чешского танка 38(t) истребитель танков «Хетцер» был одной из лучших машин в своем классе в войну и до сих пор служит образцом строителям истребителей танков.

35. А вообще, беды с зарубежными коммунистами у товарища Сталина были очень похожи на проблемы модницы с ее туалетами: тут широко, там узко, а то и базис с надстройкой не сходятся, — партия пролетариата уже есть, а вот сам пролетариат еще не появился. А главы партий или перекошены влево, или съехали направо и вечно не идут к политической обстановке.

Предыдущая | Содержание | Следующая

Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Дружественный проект «Спільне»
Сборник трудов шаламовской конференции
Книга Терри Иглтона «Теория литературы. Введение»
 
 
Кто нужен «Скепсису»?