Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


Предыдущая | Содержание | Следующая

Часть V.
Очищение, или О необходимости подергать Ворошилова за нос

ПОСВЯЩАЮ ТЕМ… ИЗДАТЕЛЯМ И…
КОММЕРСАНТАМ, А ТАКЖЕ…
РЕЦЕНЗЕНТАМ И… ВОСТОРЖЕННЫМ
ПОКЛОННИКАМ «СУВОРОВСКОГО» ЧТИВА,
КОТОРЫЕ БЫ СЕЙЧАС С ЭНТУЗИАЗМОМ
ЗАНИМАЛИСЬ НАПРЯЖЕННЫМ ТРУДОМ
НА ПРЕДПРИЯТИЯХ ТРЕТЬЕГО РЕЙХА,
КАК РАСОВО НЕПОЛНОЦЕННЫЕ
ОТБРОСЫ ОБЩЕСТВА

Глава 1.
За что вычищали командиров

Ослы на Геббельса похожи.
Они орут одно и тоже.

Кукрыниксы, «Наша Азбука»

На протяжении моего длительного общения с суворовской прозой для меня всегда оставалось тайной за семью печатями, по какому принципу Суворов подбирает себе источники, и самое главное, каким образом он определяет, кому верить можно, нужно и должно, а кому ни в коем случае нельзя. Не понимаю этого и сейчас. Одно точно — Суворовым при написании «Очищения» не был использован, или каким-либо другим образом потревожен ни один базовый закон логики. Не наш это метод. Мы пойдем другим путем. Как всегда, распахнутой настежь двери мы предпочтем окно на третьем этаже, пару раз рухнем оттуда в клумбу, всеми правдами и неправдами (в основном — последними) туда вскарабкаемся и тут же обнаружим, что ошиблись подъездом.

Вместо логики, суворовская аргументация во многих главах незыблемо покоится на доводах и рассуждениях такого непредвзятого и глубокого мыслителя как Йозеф Геббельс. Причем оные доводы Суворов почерпнул ни много, ни мало, из последних записок вышеозначенного стратега от рупора и генерала от пишущей машинки. Последний, на пару с фюрером просматривая в 1945 году фотографии советского генералитета, пришел к выводу, что их генералитет с точки зрения расовой теории не столь ядрен и правилен, как наш.

Признаюсь вам по секрету, я сам большой любитель предсмертной прозы доктора Геббельса. Очень приятно, знаете ли, смотреть, как оный доктор лихорадочно роется в сводках, пытаясь найти в них хоть что-либо утешительное. Как он, на манер Суворова, из самых ничтожных зацепок строит громадные муляжи того, как союзники передерутся между собой, как британский парламент вынесет вотум недоверия Черчиллю, как доблестный вермахт, ведомый фюрером, остановит Красную Армию, а Сталин предложит ему мир. И каждый раз по окончании построения иллюзии, убитый горем Геббельс признает, что это чистой воды утопия.

Ну чем, как не истерией и предсмертным маразмом, являются совместные посиделки Гитлера и Геббельса, которые в критические для государства моменты не находят ничего лучшего, как сидеть над сборником шаблонных биографий советских маршалов и с убийственной серьезностью вычислять, на какой «народной закваске» оные маршалы были взращены и из каких «хороших народных слоев» они вышли. И самое смешное, что определяется эта «энергия» и «народность» исключительно по выражению физиономий наших генералов на фотографиях! Таким образом, самым народным и, соответственно, самым могучим нашим полководцем должен был стать Клим Ворошилов со своей простоватой физиономией. И самое главное — Суворов гордо подписывается под подобной оценкой, которая вполне могла бы послужить диагнозом обоим своим авторам[1].

Однако этот метод оценки личных качеств высшего командного состава армии не лишен известных изъянов. Ведь даже такая отвратительная бездарь, как трижды клятый Суворовым Тухачевский, при помощи накладной бороды, носа на резиночке, засаленного картуза и должной доли актерского мастерства (коего, по слухам, расстрелянному маршалу было не занимать) мог с легкостью превратиться из «бездари» в «корифея» и «звезду первой величины». Таким образом, мы подходим к неотложной необходимости подергать Ворошилова за нос, Калинина за бороденку, Сталина за у... Ой! Нет, Сталин настоящий, его мы дергать не будем.

Как вам способ Геббельса-Суворова по определению даровитости военачальника исключительно с помощью физиономической экспертизы?[2]

Мне, в самом деле, несколько неловко за нашего защитника демократии, который вдруг ни с того, ни с сего съехал вслед за Гитлером и Геббельсом на рельсы расовой теории. Понятно, они — нацисты, им положено, но вы-то, Виктор, куда? Ладно, когда Муссолини устроил генеральное «очищение» своему генштабу заставив всех сдать кросс и велосипедные гонки. Но, опять-таки, вы-то чего за ними вприпрыжку бежите? Вернитесь! Эта дорожка ведет в Нюрнберг, а оттуда сами знаете куда.

К тому же, боюсь что целый ряд наших генералов из приведенного списка «отличников боевой подготовки» по версии Суворова в конце первой главы «Очищения», не сдюжили бы испытание беговой дорожкой. И не потому что «закваска» недостаточно «народная». Просто в ходе столь прославляемого вами, Виктор, «очищения» эта закваска была сильно подпорчена следователями НКВД. Шутка ли — упомянутый в вашем списке Рокоссовский лишился в ходе «очищения» 9 зубов, 3 ребер и дважды присутствовал на собственном расстреле. Да, кстати, кросс он точно не сдюжил бы. Ему молотком отбили пальцы на ногах[3]. Испытание спортом не прошел бы также и упомянутый в вашем похвальном списке Мерецков. После своего ареста в январе 1941 этот действительно хороший генерал был так «хорошо» «обработан» доблестными чекистами, что спустя еще много времени Сталин на совещаниях разрешал ему докладывать сидя[4]. Да, кстати, из тюрьмы Мерецков был выпущен только в СЕНТЯБРЕ 1941 года! Так что вся ваша теория о том, что всех генералов освобождали точно к сроку проведения «операции «Гроза», с фактами не стыкуется[5]. На другого, обласканного вашей высочайшей благосклонностью маршала, Малиновского, в тридцать седьмом был уже собран материал, заведено дело, которое, однако, благодаря счастливому для Малиновского и РККА стечению обстоятельств не получило хода[6].

Вот так!

И не думайте, что Суворов хоть на миллиметр приближается к действительности, объясняя репрессии прореживанием военачальников с целью отсева худших. Ознакомьтесь с цифирью «очищения», которую Суворов, по своей застарелой нелюбви к фактам, полностью не приводит:

«... сталинские репрессии вырубили из пяти маршалов трех, из пяти командармов первого ранга — трех, из 10 командармов второго ранга — всех, из 57 комкоров — 50, из 186 комдивов — 154, из 16 армейских комиссаров 1-го и 2-го ранга — всех, из 28 корпусных комиссаров — 25, из 64 дивизионных комиссаров — 58, из 456 полковников — 401. Это сведения о командирах и политработниках, первыми удостоенных персональных воинских званий в ноябре 1935 года. А.И.Тодоровский не касался здесь последующего присвоения этих званий, не суммировал потери от репрессий за какой-то период, выяснял лишь масштаб потерь в тогдашнем первом эшелоне военных кадров, “вынесших на своих плечах в чисто военном смысле гражданскую войну”»[7].

Как мистер Суворов нам объяснил, разумеется, «доказательно» и «научно», расстрелянные маршалы, командармы, комкоры и все без исключения комиссары — бездари, «обиженные» и «каратели», коим не место в готовящемся освободительном мероприятии. Пускай все это так (спорить с таким маразмом просто тошно), пускай. Но вот вопрос: как же быть с полутысячей полковников, которых выкосило даже почище, чем маршалов — не 3 из 5, а 8 из 9!!! Может, и они — поголовно бездари, непонятно как пробравшиеся на высокие должности в РККА, и составлявшие на момент свой гибели основной костяк ее командирских кадров?

И, наконец, главный вопрос: за что их судили? Что написано в их приговорах? На что опирался прокурор, эти приговоры вынесший? Он рассматривал их военные таланты? Он инспектировал состояние их частей? Он наблюдал за маневрами? Ничего подобного! Чтобы делать выводы о квалификации военных, нужно, по меньшей мере, самому являться таким же по квалификации военным. А кто хватал за руку это «военно-фашистское охвостье троцкистских заговорщиков»? Мехлис! Ежов! Вышинский! Зачитайте, пожалуйста, их военно- теоретические труды. Определите, к какой школе военной мысли они относились. На худой конец, предъявите их послужной список и боевые награды! Так за что судили полковников? За профессиональную непригодность? Но судьи ее, как видим, и определить-то не смогли бы. Даже если бы очень захотели в этом разобраться. Так по какому принципу чистилась Красная Армия?

«Если взять хотя бы такой короткий отрезок времени как 16 месяцев — с мая 1937 по сентябрь 1938 года, то окажется, что репрессиям подверглись командующие войсками, члены военных советов и начальники политуправлений всех военных округов, все командиры дивизий и бригад, большинство политработников корпусов, дивизий и бригад, около половины командиров полков и около трети комиссаров полков, многие преподаватели высших военных учебных заведений»[8].

Это море крови собственных военных руководителей пролито для усиления боеспособности своей армии?

Теперь к вопросу о расстреле комиссаров.

Суворов пытается убедить нас в том, что армейский комиссар образца 1937 года есть полный кровопивец с маузером в зубах, стреляющий всех направо и налево. Бывало, разумеется, по-разному. Мехлисы тоже встречались. Однако на самом деле комиссары были все-таки людьми военными. Очень много комиссаров перешли на политработу из офицеров, а ряд офицеров в прошлом были комиссарами.

Кстати, некоторые комиссары в бою проявили себя как способные офицеры. Например, бригадный комиссар Попель за свою первую в ходе войны атаку удостоился упоминания аж в дневнике лично Гальдера. И руководил он ей не из теплого штаба, а из «тридцатьчетверки», отлично справляясь с обязанностями боевого танкового командира. И вот что еще: на эту должность он попал не случайно, как многие другие комиссары (после гибели офицера), а был назначен своим непосредственным начальником (не по политчасти) для управления частью мехкорпуса со своей самостоятельной задачей. То есть он был, по сути, заместителем командира, которому тот доверил вести бой на направлении главного удара. А Суворов требует считать всех комиссаров уголовниками, расписанными якорями, и о них ни в коем случае не жалеть.

Мало Попеля? Пожалуйста, еще. Рокоссовский в своих мемуарах с большой теплотой отзывается об Иване Павловиче Камере — начальнике артиллерии 19-й армии.

«На самом деле это был он, мой старый сослуживец времен конфликта на КВЖД, когда я водил в бои 5-ю отдельную Кубанскую кавбригаду, а он командовал в ней артдивизионом. Замечательный артиллерист, крепкий большевик (в гражданскую войну был комиссаром!) и чудесный товарищ (с. 28—29)».

Вот ведь парадокс — «был комиссаром» и при этом «замечательный артиллерист!»

Продолжим разговор о политруках: в бою 92-го танкового полка «невозможно было отличить, где танк взводного, ротного, где — комбата или политрука, — все дрались в одном, почти неуправляемом порыве, как в рукопашной»[9]. Секретарь партбюро 92-го полка политрук Давыдов участвовал в ударе по вражеской колонне[10]. И таких примеров масса.

Можно, конечно, заявить, что дивизия эта создавалась на базе особой кавалерийской бригады НКО[11], поэтому, мол, и политработники у нее особые. Но ведь и хрестоматийный снимок «Комбат» — там, где командир с высоко поднятым пистолетом поднимает бойцов в атаку, — это фотография именно политрука!

Кстати, если бы Коба послушался своего почитателя относительно комиссаров, то не было бы ни вылетов Василия Петровича Бахвалова (звание Героя Советского Союза получил еще за финскую, окончил курсы политруков, а в Великую Отечественную был комиссаром эскадрильи 5-го истребительного авиаполка)[12], ни умелого руководства батальонного комиссара (на политработе с 1931 года) Сергея Андреевича Миронова 27-м стрелковым полком 7-й дивизии при штурме Выборга 4 марта 1940 года, когда командир выбыл из строя (полк первым ворвался в город), за что он, собственно, и получил звание Героя Советского Союза (кстати, в 1940—1941 окончил курсы Академии Генштаба «Выстрел»)[13]. Наконец, комиссар Баранов Николай Васильевич, воевал в Гражданскую, до 1941 года занимал ответственные руководящие посты в партийных и советских органах, затем — командир 1372-го стрелкового полка 417-й стрелковой Сивашской дивизии. За мужество и героизм при штурме Сапун-горы и освобождении Севастополя подполковнику Баранову было присвоено звание Героя Советского Союза[14].

В качестве образцово-показательного комиссара Виктор приводит нам Фриновского. Он был «паханом», «уголовником», сделавшим «бандитско-чекистскую карьеру», потому его мудрый Сталин застрелил в подвале. А раз есть плохой Фриновский, то, по суворовской логике, остальным комиссарам тоже необходимо прописать по пуле в затылок. И если бы тут Сталин послушался бы совета своего заморского почитателя, то, ручаюсь, не было бы ни Попеля, ни удачного на оперативном уровне контрудара 8-го мехкорпуса на Дубно, ни записи в дневнике Гальдера. А что бы было? Образцово- показательный марш а-ля французская кампания на Киев?

А что касается «пахана» Фриновского, можно согласиться с тем, что моряк он, видимо, был никакой, но это уже вопрос не к Фриновскому, а к тому, кто его туда назначил. Наш флот, хотя бы в теории, — военная сила, или место для ссылок опальных особистов?

Ну да ладно. Смысл в том, что мы можем даже согласиться с Суворовым. Да, да, согласиться. Пусть все командармы, расстрелянные Сталиным, были бездарями и кровожадными комиссарами. Пусть. У вас не рождается мысль, что слишком много в Красной Армии было «бездарей»? Следуя логике нашего главного честеблюстителя («мы не дураки!») получается, что до 1937 года СССР обладал самым бездарным комсоставом на планете. Сталин все «исправил». И результат? Немцы два года подряд ведут на нашей территории наступательные бои. Да, кстати, все немецкие генералы — бездари. Гитлер не на тех поставил. Наступление на Восток повел не Рем. А если бы он поставил на тех? Что тогда? Рем — завоеватель Камчатки?

Ну да ладно. Все путем. Но вот вопрос — разве на генералах чистки кончаются? Они на них только начинаются!!! Что же вы, господин Суворов, на генералах-то клините? В столь любимых вами мехкорпусах не хватало командиров рот, взводов, батальонов! Что, они тоже бездарями были? Очень интересно как это вычислялось. Кто решал бездарь или нет командир 5-й роты Тарас Ржеоглобля? Товарищ Сталин, да? Рассмотрев внимательно его дело, разумеется. Боюсь, что в таком случае зеленая лампа на сталинском столе горела бы круглые сутки без перерыва, — только успевай лампочки менять. Ну, что говорит у нас Суворов по этому поводу? «А у нас 40 тысяч генералов! Куда их девать?» — завывает дурным голосом наш пророк на 43 странице[15].

Правильно, Витя, некуда. Потому что не нужно. НЕ ГЕНЕРАЛЫ ЭТО!!!

Страшные «40 тысяч генералов» произошли от цитаты, гласящей, что:

«Всего в 1937 и 1938 годах из армии и военно-морского флота было уволено около 44 тысяч человек командно-начальствующего состава, в том числе более 35 тысяч из сухопутных войск, около 3 тысяч из военно-морского флота и более 5 тысяч из ВВС. Почти весь высший и старший командный состав и политические работники этого уровня были после ареста расстреляны, а многие умерли в заключении»[16].

Есть еще вопросы, эй, гнусный резец по цитатам? Черным по белому написано — «командно-начальствующего состава»! ГДЕ ВЫ ТУТ ГЕНЕРАЛОВ НАШЛИ? РЕЧЬ ВОВСЕ НЕ О НИХ!!!

А нигде. И сам Виктор отлично это понимает. Читайте внимательно: «сколько перед войной было убито командиров Красной Армии? И моментально получаем ответ: 36 761!» (с. 42) — провозглашает Суворов. Смотрим в следующий абзац и дивимся: «Из каждого учебника: 36 761! С каждого газетного разворота под юбилей: 36 761! И это не все. Добавляли: да еще во флоте более 3 тысяч. Итого — 40 тысяч истребленных полководцев!» (с. 42). Чуете? Как он их приподнял? Было что? Командиров Красной Армии. Кто у нас командир? Офицер с младшего лейтенанта включительно. В ряде случаев — отделенный командир, звание, следующее за званием «красноармеец». Это все — командиры! Чувствуете, как за один абзац вся эта армада военных, начиная с отделенного командира, превращается в полководцев. Нехитрая подмена, и из командира отделения, скажем, в десять человек вчерашний рядовой Ваня становится равным наркому Ворошилову — оба ведь «полководцы»! Сорок тысяч полководцев расстреляно Сталиным накануне войны — уже достаточно маразматично, чтобы Виктор смог с этим поспорить. Но — годы берут свое, и даже с такой чушью бороться Суворову уже не с руки. Что же делать? И Виктор со вздохом берется за домкрат.

«Нам долго повторяли: Сталин убивал генералов, убивал генералов, убивал генералов. И еще: 40 тысяч, 40 тысяч, 40 тысяч. Неудивительно, что эти послания слились воедино: Сталин убил 40 тысяч генералов. Давайте избавимся от недоразумения» (с. 43).

Чуете, чем пахнет? «А у нас 40 тысяч генералов?.. Куда же их девать?» (с. 43). Теперь 40 тысяч командиров, поднятых до полководцев, стали уже генералами!!! Как вам такой карьерный рост?

И вот теперь Виктор бен Владимир начинает срывать маски, разоблачать направо и налево расподлых фальсификаторов, продажных историков и прочую нечисть, якобы когда-то утверждавших подобную ерунду. И выводит как дважды два прописную истину — не 40 тысяч генералов, а около 36 тысяч командиров, и не расстреляно, а уволено, расстреляно гораздо меньше. Что и требовалось доказать. Что и утверждалось в исходном документе. Что и провозглашалось «Из каждого учебника... С каждого газетного разворота под юбилей...» на самом деле.

Однако, разоблачение состоялось, Суворов снова развеял миф злобных... Стоп. А чей миф? Помните, как в очередной раз клянясь в верности своей Родине и Исторической Истине, этот господин верещал о своей решимости бороться за справедливость до конца, срывать маски, невзирая на погоны и чины, громить лжецов безоговорочно и беспристрастно? Вот только чью ложь разбомбил сейчас Суворов? Кого он пригвоздил вилами к стенке? Кого загнал в угол? Чьи жирные мордасы были им расхлестаны вдрызг? Кто, персонально, кто, был вами разоблачен? Не таите подлеца от народа, не прячьте его в карман, не покрывайте фальсификатора!!! Имя этого проходимца должны знать все!

Как вы помните, единственный пример фальсификации, приведенный Суворовым, был таков (повторимся):

«Всего... из армии и военно-морского флота было уволено около 44 тысяч человек командно-начальствующего состава, в том числе более 35 тысяч из сухопутных войск, около 3 тысяч из военно-морского флота и более 5 тысяч из ВВС. Почти весь высший и старший командный состав и политические работники этого уровня были после ареста расстреляны, а многие умерли в заключении»[17].

А вот итог разоблачений Суворова: «Но в справке речь идет не о РАССТРЕЛЯННЫХ, а об УВОЛЕННЫХ» (с. 45). Да, но это было ясно и без Виктора!

«Арест и расстрел — разные вещи. Некоторых арестованных расстреливали. Но не всех» (с. 46). И это тоже утверждалось в первоисточнике — обратите внимание на подчеркнутое мною слово «почти». Почти все — но не все!

«Вот образец кремлевской пропаганды» (с. 46). Да? Так это вы ею занимаетесь? Это ваш текст — образец кремлевской пропаганды, гласящей о 40 тысячах расстрелянных Сталиным генералах? Ведь ни у кого, кроме вас, о Виктор Убегаевич, мы никаких 40 000 убитых генералов не находим!

Обратите внимание на действительно существенный момент: источник утверждает, что «почти весь высший и старший командный состав и политические работники этого уровня были после ареста расстреляны, а многие умерли в заключении», Суворов же между делом дает понять, что «некоторые арестованные расстреливались... выпускали многих» (с. 46).

Только тут мы и видим расхождение с первоисточником, именно эти свои слова Суворов и должен был бы обосновать. Но... Нечем? Привел освобожденного Рокоссовского, после чего заверил нас, что он не один, и побежал себе дальше, наглецов ниспровергать. Лишь однажды, уловив, что одного- единственного Рокоссовского будет все же как-то недостаточно, на 49-й странице Виктор притормозил, и по секрету сообщил нам следующую цитату: «несправедливо уволенные возвращены в армию. Всего на 1 мая 1940 года — 12 461».

Ну и что? Давайте для того, чтобы все стало на свои места, осушим суворовский текст, лишим его воды, сведем все в простую формулу, основанную, причем (для непредвзятости), на суворовских же цифрах, которые мы великодушно примем на веру. Итак:

В 1937—1938 г. из сухопутных сил уволен 36 761 командир.

Из них 10 868 было арестовано[18]. На свободе осталось — 25 893 уволенных.

Всего на 1 мая 1940 был возвращен 12 461 несправедливо уволенный командир.

Так никто же не говорит о возвращении арестованных! Десять тысяч арестованных как были, так никуда и не делись. В армию-то возвращали только «несправедливо» уволенных, а вовсе не «врагов народа» и «военно-фашистских заговорщиков». Источник утверждает, что расстреливали и арестовывали тех, кто званием повыше, значит, возвращались-то совсем другие люди! Впрочем никакие логические законы, примененные к собственному суворовскому тексту, не мешают последнему утверждать, что «никто не любит вспоминать о том, что из этих “расстрелянных” 12 641 вернулись в строй?» (с. 49). В строй из расстрелянных? Но вами же приведенный документ гласит, что возвращались только из числа «несправедливо» уволенных! Так кого же вы, Виктор, разоблачили? По итогам главы № 3 «Про 40 тысяч полководцев» конкретный фальсификатор вырисовывается только один. Это и есть вы — Виктор Суворов.

А ведь и правда — обратите внимание на именно кремлевскую школу фальсификации этого господина. Как мы уже говорили, это именно сталинский прием — навязать оппоненту высказывание, к которому последний не имеет никакого отношения, а потом его уничтожить, причем, пользуясь именно приписываемыми оппоненту методами. Вспомните структуру главы. Сначала нам со ссылкой приводится цифра, вокруг которой устраиваются ритуальные пляски. Затем, когда читатель к ней попривык, а от мелькания толстых пяток у него потемнело в глазах, под цифрой постепенно, в несколько этапов подменяется категория. В данном случае из уволенных командиров делаются расстрелянные генералы. А когда шум погремушки стихает, пробирающийся в оседающей пыли Виктор делает круглые глаза: ух ты, как нас пытались околпачить!!! И самолично надутый муляж под грохот барабанов публично прокалывает. При этом придя к тем самым данным, которые сто лет назад выдавали читателю «прокаченные» Суворовым фальсификаторы.

Ну что? Как вам нравится гневливый обличитель, который сам не может внятно сказать кого он изобличил, а обличая, постоянно врет, оставляя при этом далеко позади всех реальных и мифических фальсификаторов?


Примечания

1. Сразу вспоминается, как Суворов книжки читал. Тоже ограничиваясь только разглядыванием обложки.

2. Кстати, к вопросу о сложных отношениях Суворова с Тухачевским: если ваша, Виктор Батькович, неприязнь к оному маршалу зиждется исключительно на его и в правду не шибко народной физиономии, то я с помощью программы Фотошоп и двух часов упорного труда берусь вас навеки примирить. Адаптированная для Суворова фотография Тухачевского находится среди иллюстраций.

3. Залесский К.А. Империя Сталина. С. 390.

4. Там же. С. 309—310.

5. Или Сталин планировал ее на 1942 год?

6. Залесский К.А. Империя Сталина. С. 296.

7. Они не молчали. С. 269.

8. Они не молчали. С. 269.

9. Семенов Н.С. Время не властно. М.: ДОСААФ, 1988. С. 27.

10. Там же. С. 36—38.

11. Там же. С. 3.

12. Румянцев Б.П. Комиссар //Герои огненных лет: Очерки о Героях Советского Союза — ярославцах / Сост. И.И. Сидоров, Б.П.Румянцев. 3-е изд. Ярославль: Верх.-Волж. кн. изд-во, 1985. С. 46—48.

13. Там же. С. 123—125.

14. Там же. С. 32—33.

15. Все сноски на «Очищение» даются прямо в тексте. Сноски на издание: Суворов В. «Очищение: Зачем Сталин обезглавил свою армию?» М.: ООО «Издательство ACT», 2002. 348 с. В главах, посвященных «Ледоколу», «Дню “М”», «Последней Республике», «Самоубийству» и «Очищению», сноски на соответствующие части суворовских книг не предваряются их заглавиями. В иных случаях это оговаривается.

16. Карпов В.В. Маршал Жуков, его соратники и противники в годы войны и мира. Книга 1 // Роман-газета. 1991. www.militera.lib.ru. Обратите внимание, что я нарочно привел цитату из самого что ни на есть популярного источника (популярнее просто не бывает) достаточно давних лет — широко известного задолго до выхода «Ледокола» в России.

17. Карпов В.В. Маршал Жуков, его соратники и противники в годы войны и мира. Книга 1 // Роман-газета. 1991. www.militera.lib.ru (Выделено мною. – В. Грызун)

18. Обратите внимание, что из арестованных «Почти весь высший и старший командный состав и политические работники этого уровня были после ареста расстреляны, а многие умерли в заключении». О среднем и младшем командирском составе такого не сказано.

Предыдущая | Содержание | Следующая

Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Дружественный проект «Спільне»
Сборник трудов шаламовской конференции
Книга Терри Иглтона «Теория литературы. Введение»
 
 
Кто нужен «Скепсису»?