Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


Содержание | Следующая

Организация с.-д. большевиков в Сибири в 1917 г.

Февральский переворот застал такую негородскую, такую непромышленную страну, как Сибирь, совершенно неподготовленной к закреплению революционных завоеваний.

Первоначально революционный порыв захватил здесь безбрежное крестьянское море могучим приливом, быстрей, чем в Европейской России, смел старые царские учреждения: все эти генерал-губернаторства, полицию, крестьянских начальников, волостных старшин и т. д. Но этого революционного порыва было достаточно только для начального этапа борьбы, для ломки старого строя. Эту разрушительную работу быстро и хорошо выполнила приведенная в движение стихия крестьянской страны, стихия мелкого индивидуалистического хозяйства, развитие которого ненавистный царизм тормозил своей экономической политикой: в отношении Сибири тарифными переломами на сибирский хлеб; закрытием порто-франко на Дальнем Востоке и в устье Енисея; колонизаторской политикой, преследующей не интересы края, а цель спасения от аграрной революции помещиков губерний Европейской России; земельным утеснением туземных племен и расщеплением крестьянских старожильческих хозяйств.

Выполнивши оружием революции эту разрушительную работу, сведя счеты со своим классовым врагом – самодержавно-помещичье-капиталистическим строем, сибирская деревня, прошедшая школу революционной грамоты еще за годы существования сибирской политической ссылки, взяла от революции нужные ей облегчения – возвращение с фронта сыновей, освобождение от налогов и зависимости от города, – отошла от одного-двух десятков городских революционных очажков Сибири, окопалась в глубоком деревенском тылу, не пошла на союз с сибирским пролетариатом, – тем самым объективно предавая его иностранному империализму в образе белогвардейской и чехословацкой контрреволюции.

Сибирские города не только в периоде февральской, но даже и Октябрьской революции, отражали в революционной борьбе своих масс все черты изоляции от основных крестьянских резервов, необходимых для успеха всякой победоносной революции в крестьянской /3/ стране, но в то же время через временное поражение и контрреволюцию 1918 – 1919 гг. пришли к правильному пролетарскому руководству революционным движением сибирской деревни, к «смычке», к союзу с крестьянством.

Состоянием такой изоляции и обусловливалась та черта в деятельности с.-д. организации Сибири, которая, несмотря на наличие почти во всех их определенного кадра старых подпольщиков-большевиков, выделенных политической ссылкой, вошла в историю нашей партии и революционной борьбы под наименованием «объединенства»[1], центризма, который тянул эти организации на путь сотрудничества с оборонцами, путь соглашательства и почти повсеместного участия в коалиционных органах с местной буржуазией (так было в Омске, Иркутске, Томске, Чите, Благовещенске).

Вполне понятно, поэтому, как трудно было нашей партии в такой обстановке и в условиях такого переплета социальных сил прокладывать себе путь – выделить в Сибири чисто большевистскую организацию с четкой и последовательной революционной линией, закрепить организационно и распространить ее влияние на рабочих Сибири и близкие им элементы городов и деревень.

Этой теме и посвящен настоящий очерк, как введение к «Хронике гражданской войны в Сибири в 1917 –1918 гг. ».

I. Зарождение первой большевистской организации в Сибири

Первая ячейка чисто большевистской организации в Сибири создалась в первые же дни февральской революции (в начале марта 1917 г.) в Красноярске.

И это, конечно, не случайно. Красноярск был естественным центром революционного движения Сибири, опиравшимся на наличие здесь большого, по сибирскому масштабу, промышленного предприятия с 2 тыс. рабочих – Главных Красноярских жел.-дор. мастерских; Красноярск к тому же был старым революционным центром, пережившим героическое восстание 1905 г., революционную борьбу подпольных партийных организаций до 1905 г. и в годы революции.

Вот почему наш очерк мы начинаем с главы, в которой будет рассказана история первой большевистской организации Сибири – Красноярской организации, борьба ее за линию партии, а тем самым будет рассказана и история типичной для Сибири большевистской организации.

4–5 марта (ст. стиля) 1917 г. в Красноярске на квартире у т. Джорова состоялось собрание т. т., считавших себя последовательными /4/ большевиками. На собрании этом обсуждался вопрос, как надлежит держаться участникам собрания в отношении создавшейся 2-го того же марта красноярской объединенной с.-д. организации, в состав которой вошли и большевики, и меньшевики-интернационалисты, и меньшевики-оборонцы.

Собрание учитывало, что руководимый Ильичем ЦК во время империалистической войны и особенно с момента конференций в Циммервальде и Кинтале давал лозунги беспощадной борьбы с оборонцами и социал-патриотами и лозунг гражданской войны, в отличие от лозунгов меньшевизма о гражданском мире и единстве.

На собрании боролись две точки зрения: одна – за немедленный организационный разрыв и за выход большевиков из состава местной объединенной организации, и другая – за временное пребывание в ней, для завоевания большинства рабочих, которые в эти первые дни революции еще не успели изжить иллюзий центризма, которые им прививали богатые пропагандистскими, литературными и агитационными силами объединенцы-центристы, а также и для того, чтобы вернуть партии многих ее видных работников, несомненно лишь временно запутавшихся в тенетах центризма.

Собрание проходило необычайно бурно, дважды прерывалось, и лишь поздно ночью было достигнуто соглашение о том, что большевики остаются в рядах объединенной с.-д. организации на краткий срок (месяц), дабы провести в ней работу по подготовке и осуществлению раскола.

Чтобы слова не разошлись с делом, собранием был принят определенный наказ, выполнение которого оказывается потребовало не месяца, а двух.

Участники собрания приняли на себя следующие обязательства:

1. В отличие от центристов (или как их тогда называли «болотовцев»), часть которых тоже считала себя большевиками, участники собрания и их единомышленники принимают наименование «большевиков-правдистов».

2. Ни один из участников собрания в состав Красноярского Комитета объединенной с.-д. организации не входит, а при выборах снимает свою кандидатуру (позже группой было разрешено войти в этот Комитет, только по тактическим соображениям, для информации т. А.Г. Рогову).

3. Обязуются вести активную организационную и пропагандистско-агитационную работу по преимуществу среди рабочих и солдат гарнизона, ускоряя создание Совета Рабочих и Солдатских Депутатов профессиональных союзов.

4. Работая в Совете Депутатов и в проф. союзах должны стремиться к созданию максимальной связи с ним солдат и рабочих и к противопоставлению создавшегося в то время Совета, как руководящего органа всем местным учреждениям, установлениям и должностным лицам, так наз. революционной демократии (Комитет Безопасности, городская управа и пр.). /5/

5. Обязательство на всех, партийных и внепартийных собраниях разоблачать оборончество, выступать против коалиции с буржуазией, против Временного Правительства и за лозунги: «превращения империалистической, войны в войну гражданскую», «мир народов через голову своих империалистических правительств», «долой Временное Правительство».

6. Обязательство собрать средства и наладить издание своей большевистской газеты в отличие от издававшейся газеты центристов.

7. Безусловное признание и самая тесная связь с ЦК партии и обязательство установить связь с одиночками и группами большевиков-правдистов соседних городов и создать районное или общесибирское объединение большевиков-правдистов.

Подковав себя идейно принятым наказом-программой, подковав себя и организационно единством плана работы, красноярские большевики-правдисты принялись за кипучую работу.

Первое открытое столкновение большевистской группы с с-д. объединенцами и эсэрами произошло в ночь с 5 на 6 марта, когда в Красноярске, в борьбе за власть, впервые скрестили свое оружие рабоче-солдатский Совет и коалиционный Комитет Общественной Безопасности.

Борьба между этими организациями возникла вот по какому поводу: Комитет Общественной Безопасности, в котором, между прочим, на ряду с кадетами, с эсерами и явными меньшевиками-оборонцами участвовали и некоторые «персональные большевики» – члены и руководители объединенной с.-д. организации, обсуждался вопрос о том, что он есть и чем он должен быть.

После долгих прений и согласований, Комитет реорганизовался в чистую форму коалиции, для чего создано было Соединенное Исполбюро представителей от Комитета Безопасности и Совета Депутатов и городской управы (Бюллетень Соед. Исп. Бюро № 1, от 7 марта 1917 г.), объявил себя верховной властью в городе и губернии, начал реорганизовывать полицию в милицию, декларировал ряд назначений комиссаров: в губернское правление, в прокуратуру, в милицию и пр., установил порядок созыва митингов и собраний и т. д.

Когда заседавший в тот же вечер Совет Рабочих и Солдатских Депутатов об этом узнал, то раздались протесты, ибо Совет в это время тоже занимался конструктированием власти, но делал, это по-своему, без коалиций.

Депутаты Совета не занимались при этом исследованием конституционного права, как это делали члены Объединенного Исполбюро, приняв тогда, например, такое решение:

«Сообщить начальнику Красноярского гарнизона распоряжение центрального правительства о расформировании охранного отделения и корпуса жандармов. Все чины корпуса жандармов и охранных отделений должны быть призваны в ряды, армий и отправлены на фронт». /6/

Нет, члены Совета решали вопросы по-иному, по-революционному. Они решили вопрос о власти так:

«Надо раньше всего арестовать губернатора – известного реакционера и погромщика Гололобова, всех офицеров жандармского управления и полицеймейстера, взять распоряжение охраной города, гарнизоном, тюрьмой в свои руки, а затем власть сама перейдет в руки народа»,

разумея под этим не цензовиков из домовладельческой городской думы и военнопромышленного комитета, их союзников эсеров, меньшевиков и энэсов, – а власть тех революционных элементов, интересы которых представлял Совет.

Когда в Объединенном Исполбюро узнали о таком «методе» разрешения вопроса о власти, то из уст эсеровских адвокатов, например, В. Гуревича (позже тов. мин. Вр. Правительства и героя хищений в чехословацком Земгоре), из уст председателя этого Объединенного Исполбюро, областника В. Крутовского (позже министра внутренних дел Сибирского Правительства) и меньшевика-оборонца А. Байкалова (ныне злостного белогвардейского эмигранта) посыпались первые по адресу сибирских большевиков упреки в стремлении «узурпировать власть большинства».

Члены этого коалиционного органа настойчиво предлагали Совету, который к этому моменту не был еще прибран к рукам эсеров, меньшевиков и центристов, не создавать «двоевластия», не требовать ареста царских властей, а ждать «распоряжения центра», почитая за него не Петроградский Совет того времени, а Комитет членов Государственной Думы.

Но Красноярский Совет настаивал на своем, требуя немедленного ареста, подкрепляя свои требования посылкой в Объединенное Исполбюро своих делегаций. Тогда центристы, входившие в этот коалиционный орган, попытались найти среднее решение и предложили Совету обождать до утра, чтобы что-то выяснить, с кем-то и о чем-то сговориться. Но Совет был и тут непоколебим и все депутаты от рабочих и солдат, руководимые группой большевиков-правдистов совместно с одним из стойких революционеров т. Красноярска с.-д. интернационалистом т. Я. Дубровинским[2], продолжали требовать ареста и в конце концов заявили, что если до 11 час. вечера (дело было между 8 – 9 час. вечера) Объединенное Исполбюро не решится на арест, то Совет обязывает свой президиум собрания провести арест его именем самостоятельно. Затем слово подкрепляется делом. Из депутатов и из рядовых солдат местного гарнизона создается пять вооруженных отрядов. Во главе каждого становится комиссар от Совета. Общее командование возлагается на коменданта Совета прапорщика Б. Волкова.

Только благодаря этому ультиматуму Объединенное Исполбюро отказалось от противодействия аресту губернатора и жандармов, /7/ но своего согласия на него так и не дало. Оно решило стоять в этом революционном деле в стороне. И даже тогда, когда надо было запросить центр, как поступить и куда направить погромщика-губернатора, демократы из Объединенного Исполбюро, претендовавшие на власть, предоставили сноситься с центром самому Совету. Мы-де здесь не при чем (телеграмма Совета в № 1 Бюллетеня Объединенного Исполбюро, от 7 марта 1917 г.).

Пока отряды не вернулись, Совет депутатов не расходился. Приблизительно часа через два (в 12 – 1 час ночи) отряды вернулись, а их руководители доложили о том, что все высшие слуги старого режима арестованы, несмотря на заступничество новоявленных демократических законников.

Вот с этого-то вечера (5 марта 1917 г.) и началась в Красноярске, а тем самым и в Сибири, борьба за Советы как органы власти, начался раскол до того формально еще единой социал-демократической организации, началось открытое деление ее на правдистов-большевиков, на объединенцев-центристов и меньшевиков-оборонцев.

Эта трещина продолжала затем лишь углубляться и пошла по всем линиям революционной борьбы. Уже на первом общем собрании старейшей сибирской, и по традиции всегда ранее бывшей большевистской, Красноярской с.-д. организации, состоявшемся 9 марта, при обсуждении вопроса «текущий момент и задачи партии», предшествовавшим выборам временного партийного Комитета, в прениях выявились три, резко очерченных позиции:

Первая – позиция центристов – о необходимости поддержки Временного Правительства «постольку, поскольку», дабы не допустить «изоляции рабочего класса».

Вторая – позиция меньшевиков-оборонцев – о том, что настоящая революция – буржуазная. Она ставит своей задачей осуществить через Учредительное Собрание демократическую республику. Поэтому в процессе революционной борьбы, в качестве движущих сил, участвуют и остальные классы населения, а тем самым создается необходимость коалиции.

Третья – позиция большевиков-правдистов – гласила: неумолчной классовой борьбой мы должны углубить настоящий этап революции, ставя непосредственной ее задачей захват власти союзом рабочего класса с революционным крестьянством; окончание войны путем предложения народам воюющих стран мира без аннексий и контрибуций, призыва их к восстанию против своих собственных капиталистов и империалистов.

Этими тремя платформами и определялось содержание борьбы революционных и контрреволюционных сил Сибири периода, начиная от марта 1917 года и по май 1918 года, ибо по проторенным путям этих тактических платформ и разногласий в этой типичной для Сибири организации шли все дальнейшие разногласия, /8/ расколы и открытые столкновения большевиков с центристами, с меньшевиками и эсерами и в других пунктах Сибири, и на этих разногласиях не раз скрещивалось оружие революции и контрреволюции: в Красноярске – казачья авантюра Сотникова, в Омске – восстание юнкеров, в Иркутске – юнкерско-казачий и офицерский мятеж, на ст. Даурия – мятеж Семенова и проч.

Против позиции большевиков-правдистов на собрании Красноярской организации с.-д. 9 марта 1917 г. составился блок центристов и оборонцев, обвиняя правдистов в «пораженчестве». Завязался жаркий спор. Но этот спор не был только теоретическим. Как всегда в таких случаях бывает, чистая теория не могла удержаться в заоблачных высотах общих задач момента, на высоте только так называемых «идейных разногласий», а вклинилась в самую гущу практических вопросов местной революционной борьбы.

Следующий спор возник по вопросу о лозунгах для всеобщей демонстрации 10 марта, устраиваемой в этот день в честь назначенного распоряжением центра праздника революции».

Группа большевиков-правдистов заявила, что она выйдет на демонстрацию со знаменами, на которых поместит лозунги: а) «долой империалистическую войну», б) «война войне», в) «да здравствует мир революционных народов, заключенный через голову угнетателей», г) «да здравствует классовая война».

В ответ на это лидеры объединенной с.-д. организации пригрозили большевикам «кутузкой», а один из вождей центристов пытался воздействовать на большевиков шельмованием «пораженчества», указывая, что лозунг «долой войну» Ильич давно уже определил, как лозунг буржуазных пацифистов.

Конечно, оборонцы-меньшевики и эсеры, узнав о такой трактовке вопроса в рядах объединенной с.-д. организации, были в восторге от подобной позиции и воспользовавшись антипораженческим курсом центристов, временно оторвавшихся тогда от большевистской партии, сделали из этого соответствующие выводы.

Вечером того же дня они провели через Совет решение, запрещающее появляться на демонстрации с пораженческими лозунгами, подкрепив его угрозой репрессий.

Правдистская группа вновь собралась на свое отдельное фракционное собрание и после всестороннего обсуждения вопроса, решила подчиниться решению Совета, не форсировать раскола в рядах объединенной с.-д. организации, учитывая, что угар первых дней всенародности революции еще не прошел.

Это решение красноярских большевиков было тем более понятно, так как сведения, получаемые из соседних сибирских городов, рисовали там положение еще более трудным, а возможность разрыва с оборонцами и соглашателями еще менее подготовленной. /9/

Так в Томске, – пункте сосредоточения богатых партийных сил нарымской ссылки, в с.-д. организации полномерно господствовало течение за «единство», и входящие в эту организацию ряд видных большевиков не задавались еще тогда вопросом об изгнании оборонцев. Наоборот, в условиях этого города мелкобуржуазной интеллигенции и студенчества, движение за «единство» и за коалицию почти до самой осени было всеобщим. В результате местная с.-д. организация взяла курс не на захват или отвоевание максимума власти Советом, а на проведение начал демократического самоуправления – городского и земского, на сотрудничество с чиновниками Временного Правительства и на другие коалиционные мероприятия. Местная с.-д. организация, принимавшая активное участие в выборах «Губернского Народного Собрания», боролась за переход к нему функций губернской власти, за созыв общесибирского съезда самоуправлений и с 2 по 9 августа 1917 г. участвовало в работах так называемой «общесибирской конференции представителей самоуправлений», положившей начало созданию Областной Думы, возглавившей позднее сибирский контрреволюционный переворот.

В следующем пункте сосредоточения сибирской политической ссылки – в Иркутске, среди соц.-демократов всех оттенков также господствовали идеи «единства» и коалиции, а находившиеся там в это время И. Церетелли и В. Войтинский были еще властителями дум местной объединенной с.-д. организации. «Гражданский мир» пустил там настолько глубокие корни, что даже в конце лета 1917 г. иркутская губернская конференция с.-д. организаций по вопросу о происшедшем перед тем расколе, вынесла такое архисоглашательское решение:

«Принимая во внимание, что в иркутской с.-д. организации не существовало и не существует сильно представленных крайних непримиримых течений, что резолюция губернской конференции о текущем моменте создала почву для совместных действий, что раскол организации неизбежно поведет как ту, так и другую часть организации в сторону крайностей и будет способствовать дальнейшему углублению раскола, что интересы пролетариата требуют воссоздания единой рабочей партии и что только объединение предупредит разрозненные выступления пролетариата, конференция высказывается за объединение иркутской организации и считает недопустимым какую бы то ни было фракционную борьбу на предвыборных собраниях, во всех выступлениях перед массами; конференция настаивает на координации действий обеих организаций, поручив их комитетам немедленную ликвидацию раскола» («Голос Соц. Демократа» № 27).

В третьем, важнейшем пункте революционного движения в Сибири – в Чите «единство» соц.-демократов было настолько незыблемым, что в первые месяцы, после февральского переворота, допускало помещение в газете местной социал-демократической организации «Забайкальский Рабочий» статей явно оборонческого направления (по вопросу о войне, о «займе свободы», о Временном /10/ Правительстве и пр.); при чем в состав редакции этой газеты входили: один большевик и один крайний правый меньшевик-оборонец. Затем, читинская с.-д. организация была самой упорной защитницей идеи коалиции и гражданского мира, почему даже после Октябрьского переворота, к моменту окончания в Иркутске руководимого эсерами юнкерско-офицерского мятежа посылала от читинского коалиционного «Народного Совета Забайкалья» делегацию во главе со старым большевиком, с целью примирить осуществлявших власть Советов иркутских большевиков, с врагами власти Советов – с эсерами, юнкерами и офицерами.

В Благовещенске местная с.-д. организация, хотя и имела в своем составе большевиков и вела курс на усиление роли Совета, тем не менее делала это более чем робко, не только борясь с коалиционными органами Временного Правительства, но даже наоборот – сама сотрудничала в них, сама усиливала их удельный вес, отвлекая местных рабочих от методов революционно-классовой борьбы к методам соглашательства. Особенно ярко это сказывалось во время возникшего, вскоре после февральского переворота, конфликта рабочих местного механического завода, занятого изготовлением снарядов для армии. Благовещенская с.-д. организация защиту интересов рабочих передала благовещенскому Комитету Общественной Безопасности (постановление об учреждении нейтральной комиссии). Не менее показательной была явно соглашательская и оборонческая позиция газеты «Труд» – органа местной объединенной соц.-демократической организации.

Во Владивостоке с.-д. организация в это время только-только начинала складываться и еще не выявила своего, позже ставшего определенно большевистским, лица.

В Ново-Николаевске господствовал своеобразный радикальный меньшевизм, весьма, однако, не сочувственно относившийся к расколу с оборонцами. Местная с.-д. организация была объединенной. Под влиянием соседнего Томска она уделяла много внимания вопросам демократического самоуправления, хотя справедливость требует отметить, что на ряду с этим она также способствовала и усилению удельного веса Ново-Николаевского Совета.

В Омске положение было более сложным. Единство охранялось там не столько крайне правыми элементами местной с.-д. организации, сколько элементами, близкими к большевикам, меньшевиками-интернационалистами. В результате в составе местной с.-д. организации нашли себе приют не только меньшевики-оборонцы и меньшевики-интернационалисты, но даже и пресловутая группа «Единство».

Примерно такая же картина наблюдалась и в других городах Сибири.

О деревне и говорить не приходится. Там представление о революции, о движущих и противоборствующих ей силах составляюсь на основании сибирского сравнительно зажиточного крестьянства и на основании контрреволюционной /11/ работы эсеровcкой и кооперативной интеллигенции.

Ясно было, что, при таком положении дел в Сибири, горсточка последовательных большевиков Красноярска не могла мечтать о проведении раскола по линии всех сибирских с.-д. организаций, не могла ставить ближайшей своей задачей проведение его и создание единства большевиков со всеми интернационалистами против соглашателей и оборонцев в общесибирском масштабе.

Тем не менее нельзя было и мириться с подобным положением. Надо было где-то искать выход. Его решено было найти устройством в Красноярске совещания большевистских групп по возможности от всех сибирских городов или по крайней мере близлежащего к г. Красноярску района средней Сибири.

II. Совещание с представителем ЦК партии о плане создания большевистских организаций в Сибири

В двадцатых числах марта, возвращаясь из Енисейской ссылки, Красноярск посетил член ЦК партии т. Я.М. Свердлов.

С ним местная группа большевиков-правдистов имела ряд совещаний. На них был установлен определенный план организационных работ в смысле объединения всех большевистских элементов местной с.-д. организации, по объединению большевиков всего тяготеющего к Красноярску среднесибирского района, а через него и большевиков всей Сибири. В общих чертах план этот сводился к следующему[3]:

1. Рабочий класс по существу своих целей и стоящих перед ним задач в своей борьбе за их осуществление может рассчитывать главным образом, а по целому ряду вопросов и исключительно, только на свои собственные силы. На этой основе, несмотря на противодействие и затушевывание классовых интересов, которые во имя гражданского мира предпринимаются правыми социалистическими партиями, организация революционных сил пролетариата, несмотря ни на какие подвохи контрреволюционеров, все более и более становится ясной и неизбежной задачей момента. Также необходимым является переход руководства движением и закрепление его победоносных результатов сосредоточением власти в руках пролетариата и его союзника из ограбленной помещиком и капиталистом деревни, переход руководства в руки их революционного представительства – Советов Рабочих, Солдатских и Крестьянских Депутатов. /12/

2. Все эти условия требуют от пролетариата, как застрельщика и единственно последовательного борца революции, особо тесного сплочения сил; все они говорят за то, что рабочее движение должно дружно сорганизоваться во всем многообразии своих классовых форм (партия, профсоюзы и пр.) под испытанным руководством революционной и последовательной социал-демократии.

3. Но потребность к сплочению этих революционных сил ныне социал-патриоты пытаются во вне, т. е. на политической арене, отвести в иное русло, подменить его объединением так называемой «революционной демократии», включая в это бесформенное целое представителей враждебных пролетариату и его освободительной борьбе классов, а внутри пролетариата, те же правые элементы пытаются создать единую идейную и организационную основу для сотрудничества разных соц.-демократических направлений, по сути уже давно враждебных друг другу. Для этого они ищут соответственных платформ и урезанные лозунги в роде единства внутреннего, т. е. единства в рядах давно уже не единой социал-демократии, давно уже распавшуюся на революционную и реакционную части, и единства внешнего – союза пролетариата с буржуазией под сенью буржуазно-демократической республики, созданной при посредстве Учредительного Собрания.

4. Исходя из незыблемости учения о контрреволюционности буржуазии вообще, партия революционного пролетариата – последовательная социал-демократия, со всей решимостью должна отшвырнуть все благочестивые советы подобных дурных пастырей рабочего класса и, используя обстановку ожесточенной революционной борьбы, должна призвать пролетариат к единству пролетарских сил только на основе создания своей непримиримой классовой пролетарской партии, партии революционной социал-демократии и к единству революционных сил на основе союза рабочего класса с революционными массами крестьянства, выдвигая при этом неурезанные лозунги – «война войне», «фабрики и заводы – рабочим», «земля – крестьянству», «мир и свобода – солдатам» и «власть – народу».

5. На основе этих общих задач, учитывая все своеобразные условия Сибири и роль в революционно-классовом движении, которую как в революции 1905 г., так равно и в годы реакции и в эти дни новой революции играла, играет и будет играть находящаяся в процессе формирования Красноярская организация большевиков, признается необходимым:

а) Сплочение внутри Красноярской объединенной с.-д. организации всех большевистских сил рабочих и солдат района в единую группу, долженствующую как внутри организации, а в меру усиления своего влияния и во вне ее, в противовес половинчатой тактике «с.-д. объединенцев» выдвигать неурезанные лозунги революционной социал-демократии. /13/

б) Не форсируя неизбежного раскола Красноярской объединенной с.-д. организации, стремиться к более тщательной его подготовке, при наступлении к тому условий, имея в виду оторвать от объединенцев все действительно революционные элементы, способные пойти за пролетариатом в его тяжелой борьбе с буржуазией своей и всех иных стран, а главное, способных пойти на борьбу с претендующими на руководство революцией правосоциалистическими партиями.

в) При расколе, для собирания всех революционных сил, выдвинуть требования: интернационализм не на словах, а на деле, требование непосредственного участия в революционной борьбе и признания руководства ЦК и обязательность всех решений партии, состоявшихся под руководством ЦК за время с 1908-1910-1912-1913 гг., обязательность решений Циммервальдской и Кинтальской конференций и организационного разрыва с оборонцами.

г) В отношении тех «персональных большевиков», которые находятся в руках «об единенной» красноярской с.-д. организации, усвоить тактику отрыва и вовлечения их в свои ряды, критикуя их вредную в пролетарском и революционном отношении позицию, как позицию тех промежуточных, классовых групп, выразителями интересов которых являются с.-д. объединенцы. При проведении тактики «раскол для единства революционной социал-демократии», ту же линию усвоить и по отношению к еще более оппортунистическим с.-д. организациям Томска, Омска, Иркутска и Читы. Имея в виду, что линия этих организаций будет иметь существенное влияние на ход революционных событий и борьбы всей Сибири и Дальнего Востока и что несмотря на оппортунизм линии этих организаций, признать, что их рабочая основа является благодарным материалом для строительства партии.

д) Для наиболее успешного проведения настоящих решений Красноярской группе большевиков надлежит скорее наладить издание местной большевистской газеты «Сибирская Правда».

Кроме принятия этого организационно-тактического плана совещанием было решено, через особо созванное районное совещание или методом делегаций от большевистских групп средней Сибири, создать в Красноярске организационно независимый от местной с.-д. объединеннной организации руководящий большевистский центр – Среднесибирское Районное Бюро РСДРП (большевиков). Одобрив эту мысль, т. Свердлов обещал, по приезде в Петроград, поставить перед ЦК партии вопрос об утверждении этого Бюро как органа ЦК, что позже и было выполнено.

На этом же совещании было сообщено, что Красноярский Комитет объединенной с.-д. организации, чтобы парализовать уже начавшиеся выявляться успехи большевистской группы, в смысле объединения с единомышленниками соседних городов Сибири (Енисейска, /14/ Богатола, Ачинска и Нижнеудинска), принял решение вступить в переговоры с партийными Комитетами с.-д. организаций Сибири, чтобы договориться с ними о созыве общепартийного съезда.

Чтобы не дать центристам сорвать или саботировать намечающееся объединение большевиков, было решено:

1. Принять участие в этом общесибирском съезде, при чем добиваться, чтобы он носил характер не съезда, а конференции.

2. Добиваться, чтобы эта конференция признала руководящим органом партии ЦК большевиков и все решения предыдущих общепартийных конференций.

3. Добиваться принятия платформы Циммервальда и Кинталя.

4. Добиваться принятия платформы борьбы против коалиции с буржуазией за союз пролетариата с революционным крестьянством и за закрепление этого союза – в форму власти Советов.

5. В том случае, если сибирский съезд или конференция откажется признать себя частью партии, а ЦК большевиков его руководящим органом, тогда большевистская делегация, сделав соответствующее мотивированное заявление, должна будет уйти со съезда или конференции.

6. Красноярская большевистская группа до этого съезда или конференции должна созвать совещание большевистских групп соседних городов (района), чтобы сговориться по основным вопросам момента и установить единство действий.

В осуществление этих решений началась подготовка к созыву районного совещания представителей большевистских групп и одновременно с этим подготовка организации Среднесибирского Районного Бюро РСДРП (большевиков).

Путем сношений с большевистскими группами Ачинска, Енисейска к концу марта уже удалось сконструировать первый состав этого Бюро, и с 25 марта оно начало свою вначале пропагандистско-агитационную, а позже и организационную работу.

III. Первое районное объединение большевиков Сибири и установление связи с ЦК партии

В первых числах апреля 1917 г. в Красноярск съехались и собрались представители большевистских групп Красноярска, Знаменского завода, Енисейска, Ачинска и Канска, а 10-го числа того же месяца открылось их совещание, названное «совещанием правдистских групп РСДРП».

На совещании, продолжавшемся с 10 до 13 апреля, был заслушан ряд докладов, в том числе: о задачах партии, о Временном Правительстве и Советах Депутатов, о войне и мире, о земле, о строительстве партии, о единстве, об Учредительном Собрании и об отношении к правосоциалистическим партиям.

Совещание открылось организационным отчетом Красноярской группы и Среднесибирского Районного Бюро РСДРП (большевиков), /13/ обрисовавшими всю сложность обстановки работы последовательно-большевистских групп в районах «объединенных» организаций.

Совещание одобрило организационную линию Красноярской группы и Районного Бюро, поручив последнему быстрей реализовать постановления совещания с членом ЦК т. Я.М. Свердловым о более тесной связи в работе большевистских групп Сибири под непосредственным руководством ЦК партии.

Это решение было реализовано посылкой в адрес ЦК (через т. Стасову) телеграммы, в которой от имени первого в Сибири совещания большевистских групп, тяготеющих к Красноярску, выражалось приветствие руководящему центру партии, ведущему в неслыханно-трудных условиях рабочий класс России на борьбу за основные требования Революции. Совещание просило ЦК подтвердить полномочия Среднесибирского Районного Бюро и утвердить его состав (сообщенный через т. Свердлова), обещая работать не покладая рук для обеспечения полного торжества Пролетарской Революции.

В ответ на эту телеграмму 13 апреля Районным Бюро был получен от ЦК телеграфный ответ:

«Приветствуем ваше начинание, организацию Бюро утверждаем. Середине апреля назначена общепартийная конференция. Старайтесь провести делегатов всей организации, невозможности шлите от всех групп района. Стасова».

Таким образом, первое в Сибири районное объединение большевиков превратилось в орган ЦК партии и ему легче стало вести борьбу с центризмом, старавшимся в первое время изобразить работу большевистских групп, как проявление «анархизма», «анархо-синдикализма», «авантюризма» и прочих смертных грехов.

Соответственно этому Среднесибирское Районное Бюро с этого момента было переименовано в «Среднесибирское Районное Бюро Центрального Комитета РСДРП (большевиков)».

По заслушании и обсуждении перечисленных выше докладов, совещанием были приняты следующие резолюции:

«1) О задачах момента. Почти три года назад страна была втянута царизмом в империалистическую войну. Эта бойня, задержав неизбежное развитие революционного движения пролетариата и революционных слоев народа (1912–1914 гг.), окончательно разорила все трудящиеся слои населения России, дезорганизовала хозяйственную жизнь страны и тем еще более углубила и расширила противоречия между полукрепостными формами политического и социального уклада и потребностями дальнейшего развития производительных сил страны. Этими условиями были подготовлены и вызваны могучие революционные силы народа, которые в феврале – марте 1917 г. низвергли царизм и подавили первые контрреволюционные попытки его приспешников.

В интересах полного устранения всех препятствий, стоящих на пути всестороннего развития страны, а следовательно в интересах /16/ пролетариата и всех трудящихся масс страны, совещание признает первейшей задачей момента доведение революции до решительного конца, т. е. до всестороннего осуществления ее силами, самодержавия народа в стране, конфискации земель, проведения восьмичасового рабочего дня, созыва Учредительного Собрания и реализации и закрепления через него всех требований программы-минимум.

2) О Временном Правительстве и Советах Рабочих, Солдатских, Крестьянских и Батрацких Депутатов. Временное Правительство, являющееся представителем либерально-буржуазных и дворянских классов, всегда враждебно относившихся к революционным методам борьба народа, и связанное по своим интересам с англо-французским капиталом, не может разрешить задачи, поставленные революцией.

Разрешить эти задачи сможет лишь то Временное Революционное Правительство, которое будет выдвинуто восставшим народом на смену исчерпывающему себя либерально-буржуазному и дворянскому Временному Правительству.

Рассматривая возникшие по всей стране Советы Рабочих, Солдатских, Крестьянских и Батрацких Депутатов как центры сплочения революционных сил: а) способные решительно бороться как с царистской, так и с буржуазной контрреволюцией; б) а также в дальнейшем ходе революции могущие стать местными органами революционного правительства; считая, что для решительного ограждения уже завоеванных народом прав от нападений контрреволюций, а также для его дальнейших завоеваний, очередной и важнейшей задачей Советов является всеобщее вооружение народа и в частности немедленное создание рабочей Красной гвардии по всей стране; совещание считает насущнейшей задачей РСДРП: а) создание и поддержку Советов Депутатов с целью деятельного и планомерного участия в их работах и образование внутренних фракций с.-д. депутатов, направляющих свою деятельность в духе партийных постановлений, и б) разоблачение классовой сущности Временного Правительства и беспощадную борьбу с его контрреволюционной деятельностью.

3) О войне и мире. Империалистическая война, терзающая столько времени человечество, велась и ведется только во имя интересов жаждущего дележа и эксплуатации всего мира капитала, интересов, явно враждебных интересам трудящихся масс всех народов.

Мир, необходимый этим массам, может быть достигнут лишь ими самими и лишь превращением этой империалистической войны в войну против своих буржуазных правительств.

Только это условие позволит народам Европы освободиться от гнета войны и сбросить все путы, задерживающие осуществление социализма; только это условие позволит народам России довести дело революции до конца и закрепить максимум демократических свобод и социальных реформ, как результат их борьбы против /17/ царистской банды и тех общественных классов, которые служили опорою царизму.

На основании этого совещание признает: что революционный пролетариат России, опираясь на трудящиеся массы, разоряемые войною, угнетаемые продовольственною разрухой и все растущей дороговизной: 1) должен через Совет Депутатов вступить в непосредственное общение как с самим пролетариатом, так и с армиями воюющих государств; 2) призвать и всеми силами содействовать восстанию пролетариата всех стран и угнетенных наций против их правительств; 3) потребовать от Временного Правительства, – если оно намерено проводить волю народа, – немедленно и открыто предложить мир всем воюющим государствам при условии полного отказа от всяких завоевательных планов и контрибуций и признания за всеми народами права на самоопределение. Этим пролетариат России расчистит путь для всеобщего мира и дальнейшего революционного движения в России; что на РСДРП ложится обязанность в этой борьбе за мир: 1) неустанно разъяснять истинный смысл империалистической войны; 2) решительно бороться с империалистической пропагандой либеральной буржуазии и националистическими течениями мелкобуржуазных групп, втянутых в движение революцией. Всякая уступка указанным в пропаганде течениям была бы изменою задачам международного пролетариата, а тем самым и интересам демократии России.

4) О земле. Лозунг конфискации земли, так же как и непосредственные лозунги рабочего класса, в настоящее время привлекает к себе внимание широких народных масс, а в том числе и солдат армии. Правосоциалистические партии, а в том числе и оборонческая партия социал-революционеров, всегда выдававшая себя за единственную защитницу интересов крестьянства, особенно в аграрном вопросе, проводит в настоящий момент тактику разрешения этого вопроса не революционным путем, а путем ожидания, когда эта конфискация будет узаконена Учредительным Собранием, т. е. путем парламентского соглашения с другими классами.

Не предрешая вопроса, каким будет это Учредительное Собрание, революционная социал-демократия не может приковывать к нему все внимание, что только оно разрешит все вопросы, а в том числе и аграрный. Такое отношение к Учредительному Собранию было бы вредной иллюзией.

Усиленный темп революции чувствуется пока только в городах, но не в деревне, тем более не на фронте. И чтобы усилить этот темп, туда надо бросить лозунги – немедленной конфискации всех помещичьих, казенных, удельных, монастырских и церковных земель и проведения этой конфискации органами революционного народа – Советами Крестьянских и Батрацких Депутатов. Таким путем пролетариат не будет изолирован, не будет одинок. /18/

Проводя немедленную конфискацию земель, надлежит добиться не подушного их раздела, распыляющего силы масс и вносящего в обстановке еще недостаточно окрепших сил революции семена раздора и междоусобной борьбы в недра самого крестьянства, а того, чтобы фонд конфискованных земель был сосредоточен в руках Советов Крестьянских и Батрацких Депутатов и на первых порах передавался бы в пользование по решению этих последних.

5) О строительстве партии. Учитывая весь развал и банкротство целых социалистических партий, рабочих организаций и отдельных социалистических групп, входивших в состав II Интернационала, а также банкротство Международного Бюро этого Интернационала, так резко обнаруженных нынешней войною;

признавая, что этот развал и банкротство обусловлены всей предшествовавшей войне эпохой – эпохой мирного развития международного пролетариата, которая дала ему возможность, с одной стороны, создать свои многочисленные политические партии, профессиональные, просветительные, кооперативные и другие организации, свою прессу, и с помощью их добиться облегчения своей тяжкой доли, а с другой – в силу бешеного развития капитализма, не особенно сопротивлявшегося относительно небольшим требованиям пролетариата, – эта эпоха притупила у него сознание неизбежности решительной классовой борьбы и революционных методов ее; наполняла его среду с каждым днем все новыми и новыми полупролетарскими слоями, искавшими под знаменем пролетариата защиты от жестоких разорений и эксплуатации их бешеным капитализмом и тем создала возможность для оппортунизма мещанских групп интеллигенции, искавших под тем же знаменем арену для своей общественной деятельности, найти крепкую опору своим стремлениям;

эти группы и явились главными деятелями наблюдаемого развала и банкротства социалистических партий, рабочих организаций и отдельных социалистических групп II Интернационала, деятелями предательства и обмана международного пролетариата, – при этих условиях перед РСДРП встает особенно тяжелая задача.

Российский пролетариат, ведя борьбу с царизмом, может стать послушным оружием в руках буржуазии, так как она во имя якобы спасения отечества повела борьбу с царистской камарильей, которая в тяжелые для нее минуты, созданные положением дел на войне, готова была покончить эту войну сепаратным миром с прусским юнкерством.

Партия должна не только вскрыть перед рабочим классом России предательство и обман пролетариата оппортунистами, с.-д., но и предохранить его от стихийной опасности, – подчинение буржуазии, которому особенно способствует социал-империалистическая и социал-шовинистическая пропаганда и агитация оппортунистических /19/ групп, – Плеханов-Потресов-Гвоздева, Бунда и организационного комитета – прикрывающихся знаменами РСДРП; поэтому совещание признает, что в видах предания партии непремиримо-классового характера и избавления ее на будущее время от наблюдаемого ныне банкротства и развала, а самого пролетариата от предательства и обмана, совершаемых под его уже знаменем, идейной основой сплочения членов партии должны быть: а) постановления Циммервальда и Кинталя; б) программа партии; в) и все партийные постановления 1908, 1910, 1912 и 1913 г.

В основу партийного строительства должны быть положены фабрично-заводские, торгово-промышленные, профессиональные и т. п. ячейки и группы революционных с.-д., в совокупности своей образующие местные организации партии.

Только эти ячейки и группы могут принимать в партию новых членов, на деле убеждаясь, что они действительно являются с.-д., готовыми вести свою работу в духе идейной основы партии, а также подчиняться партийной дисциплине.

Основным принципом строительства всех партийных организаций должен быть принцип демократическо-централистических форм.

6) О единстве. Признавая, что только самое тесное сплочение всех революционных сил пролетариата: 1) сделает его передовым бойцом за расчищение пути к социализму; 2) даст ему возможность стать вождем российской демократии в ее борьбе против всех пережитков полукрепостнического режима и наследия царизма; 3) позволит довести дело революции до ее решительного конца и полностью разрешить вопросы о войне и мире, конфискации земель, восьмичасовом рабочем дне и т. д., совещание находит: а) что столь необходимое пролетариату сплочение сил может быть достигнуто лишь под знаменем Циммервальд-Кинталя, программы и постановлений партии от 1908, 1910, 1912 и 1913 гг.; б) что ни одна рабочая организация, будь то профессиональный союз, просветительный клуб, потребительское товарищество, ни одна рабочая газета или журнал не должны остаться вне этого знамени; в) вместе с тем совещание объявляет себя самым решительным и горячим сторонником единства на почве указанных постановлений.

7) Об Учредительном Собрании. Признавая, что для скорейшею освобождения страны от власти полукрепостнического дворянства и верхов контрреволюционной империалистической буржуазии, являющихся наиболее опасными приспешниками низвергнутого царизма и главными силами буржуазной контрреволюции, а также для полного, последовательного и прочного закрепления уже завоеванных народом свобод и осуществления всех опальных политических и социальных требований программы-минимум, необходим в ближайшее же время созыв всенародною Учредительною Собрания на основе всеобщего, – без различия /20/ пола, вероисповедания, и национальности, – прямого и равного избирательного права с тайной подачей голосов.

Совещание считает обязанностью партии немедленно развить по всей стране агитацию: 1) призывая широкие массы рабочего класса к крепкому сплочению под испытанным знаменем РСДРП с целью наиболее полного проведения при выборах в Учредительное Собрание своих стойких представителей; 2) выясняя как перед пролетариатом, так и перед всей остальной трудящейся и эксплуатируемой массой страны значение и роль Учредительного Собрания; 3) а также выясняя безотлагательную необходимость выполнения подготовительных работ по созыву самого собрания.

8) Об отношении к партии с.-р. и отдельным ее группам. Признавая: 1) что решающим моментом для революционной социал-демократии в ее отношении к социалистическим группам и партиям является их отношение к войне, выраженное в Циммервальд-Кинтальских резолюциях; 2) что в отношении к партиям социалистов-революционеров, народных социалистов (трудовиков) и др. недопустимы соглашения с ними, поскольку их программы противоречат идеям последовательного демократизма и нашей экономической программы-минимум, – совещание допускает возможность соглашений с этими партиями на основе указанных соображений.

По вопросу же отдельных групп партии с.-р., признавая: 1) что важнейшей задачей РСДРП в современный момент является сплочение и организация под своим знаменем всех революционных сил пролетариата с целью проведения в жизнь своей программы-минимум; 2) что осуществление программы-минимум РСДРП считает возможным лишь при условии прекращения империалистической войны и образования революционной власти, опирающейся на пролетариат и революционное крестьянство; 3) что РСДРП не может не поддерживать революционные выступления крестьянства в борьбе против старого порядка и вместе с тем будет неуклонно стремиться к самостоятельной классовой организации сельского пролетариата, разъясняя ему непримиримую противоположность его интересов интересам крестьянской буржуазии (кулаки и др.), предостерегая его от обольщения системой мелкого хозяйства как средства уничтожения нищеты масс, и рассматривая: а) различные группы партии с.-р., как выразителей стремлений части мелкобуржуазных слоев населения, и, главным образом, радикальной интеллигенции; б) их отношение к империалистической бойне, как поддержку политики обмана буржуазией демократии, выражающемся в их социал-шовинистической пропаганде; в) а их отношение к задачам революции как отказ от революционных методов разрешения коренных вопросов момента, – главным образом, вопроса о земле; г) самое же разрешение этого вопроса в духе с.-р. программы как попытку задержать ход экономического развития страны, – совещание считает недопустимым какие бы то /21/ ни было соглашения с этими группами с.-р. на почве общей платформы, так как соглашения безусловно явились бы изменою делу революции и делу пролетариата со стороны РСДРП»[4].

IV. Общесибирская конференция «Объединенных» социал-демократических организаций

Тем временем Красноярская объединенная с.-д. организация продолжала вести самостоятельную работу по сплочению всех сибирских с.-д. организаций под оппортунистическим лозунгом «единства».

В результате этих усилий 22 апреля в Красноярске открыла свои работы первая общесибирская конференция объединенных с.-д. организаций.

Большевикам не стоило большого труда провести решение, чтобы она назвалась именно конференцией, а не съездом, так как в ее созыве, благодаря спешке и общим условиям момента, было много такого, что не давало право назвать ее общепартийным сибирским съездом, как то первоначально предполагалось ее устроителями.

На конференции были представлены следующие объединенные организации: Иркутская, Томская, Барнаульская, Омская, Ново-Николаевская, Анжерская, Канская, Знаменская, Иланская и Красноярская.

При чем Красноярская объединенная организация была представлена в трех видах: имела общую объединенную делегацию и по одному делегату от меньшинства (т. е. одного от большевиков и одного от меньшевиков-оборонцев, что на языке центристов называлось «обеспечение права представительства меньшинства»).

Участники конференции выявили в своих приветственных речах повсеместную тягу к общесибирскому объединению, при чем и тут не обошлось без фетиширования единства. Оно было наиболее красноречиво проявлено в речи делегата Иркутской объединенной организации, который сказал, что он и представляемая им организация может работать и прекрасно уживаться в рамках единой партии как с Плехановым, так равно и с Лениным.

Однако, стремление к действительному единству революционно-большевистских элементов подверглось испытанию на конференции тотчас же при проверке полномочий делегатов. Большинство конференции, состоящее из центристов и меньшевиков-оборонцев, «из принципа» отказалось в предоставлении решающего голоса делегату от Среднесибирского Районного Бюро Центрального Комитета РСДРП (большевиков) т. Белопольскому. Сущность принципа большинства конференции сводилась к нежеланию предоставлением места представителю местного органа большевистского /22/ ЦК признать этот последний, что угрожало уходом с конференции меньшевиков-оборонцев.

Большевистская же часть конференции: два делегата от Красноярской с.-д. организации, один от Енисейской и один от Среднесибирского Районного Бюро – ушли с конференции, огласив при этом следующее заявление:

«По открытии работ конференции, мы делегаты большевики-правдисты столкнулись с вопросом о представительстве на ней с правом решающего голоса делегата от Среднесибирского Районного Бюро ЦК РСДРП (б)».

Особенную страстность в обсуждении этого вопроса внесла часть представителей Красноярской организации. Они утверждали, что им неизвестно, что это за учреждение, кого оно представляет, на кого опирается. Больше того, называли эту организацию «самозванной и авантюристской». Делегаты от Енисейской и Красноярской организаций тт. Яковлев, Рогов и Шумяцкий в своих речах обрисовали историю образования Районного Бюро и то партийное высшее учреждение (ЦК), на которое оно опирается. Организации Бюро было положено начало и закреплено на районном совещании правдистских групп в г. Красноярске 10 апреля.

Стимулом организации было стремление ярко выявить тактику революционной социал-демократии, в противовес сбивчивой и умеренной тактике центральной для всей средней Сибири Красноярской организации. Расхождение это началось с самого первого дня революции.

В вопросе о направлении строительства партии Красноярская организация отвергла принцип правдистов о необходимости строгого и критического отношения при приеме новых членов в партию, как необходимом средстве борьбы с притоком бесформенных и мелко-буржуазных масс.

В вопросе о Временном Правительстве до сих пор Красноярская организация держится двойственной тактики – на бумаге высказывается против этого правительства, а на деле допускает содружество с местными учреждениями этого правительства в форме контактной работы с буржуазным представительством коалиционного губернаторства (объединенное бюро).

Робко и нерешительно, и то лишь за последнее время, под влиянием работ правдистов, Красноярская организация стала на путь формального признания лозунга немедленной конфискации земли, проделав при этом любопытную эволюцию: вначале отмахивалась от лозунга немедленной конфискации, как от докучливой мухи, затем по требованию правдистов (на заседании Красноярского Совета Р. и С. Деп.) внесла в свою резолюцию поправку о конфискации земли и лишь на последнем общепартийном собрании организации и в этом вопросе поставила точку над «i» и безоговорочно встала на путь немедленной конфискации. То же самое и в вопросе о войне, начав с запрещения выбросить 10 марта лозунг «долой войну» или войны, организация, под влиянием сил, /23/ группирующихся вокруг газеты «Сибирская Правда», пришла к лозунгам «братание в окопах» и др.

Но особенную остроту приняло расхождение правдистов с Красноярской организацией по вопросу о позиции с.-д. в Совете Р. и С. Депутатов, и робость действий социал-демократов, по мнению правдистов, влекла эту революционную организацию к шатанию, к дезорганизации, разобщая ее с массами и вселяя в них к ней недоверие.

Все это вместе взятое и заставило местных правдистов, оставаясь в пределах партийной организации, искать идейного обособления, создав его вокруг еженедельной газеты «Сибирская Правда».

Такое же идейное обособление и др. организаций средней Сибири и дало основание для создания правдистами своего Районного Бюро, ныне признанного Центральным Комитетом нашей партии.

Заслушав эти объяснения, конференция все же высказалась против предоставления права решающего голоса представителю Районного Бюро ЦК партии. Однако, происшедшая борьба не прошла для конференции бесследно. Она оставила в сознании многих депутатов глубокий след, напомнив всем временно отошедшим от линии ЦК большевикам, составляющим во многих сибирских объединенных с.-д. организациях того времени руководящую головку, о тех тактических задачах, которые ставит перед пролетариатом партия большевиков и вне которых нет революционной борьбы.

Этим, а отчасти и тем, что с момента этой конференции на платформу нашей партии стал решительно переходить один из старых меньшевиков и один из наиболее талантливых руководителей Красноярской объединенной с.-д. организации, т. Я.Ф. Дубровинский, позже, в числе других товарищей, ставший общепризнанным лидером красноярских большевиков и Красноярского Совета, обусловливалось то, что в вопросе о Временном Правительстве и об отношении к войне первой общесибирской конференции объединенных с.-д. организаций были приняты резолюции в духе позиции партии большевиков.

По организационному же вопросу конференция повисла в воздухе: она наметила организационную связь сибирских с.-д. организаций с тремя районными объединениями (Западная Сибирь, Средняя Сибирь и Восточная Сибирь), но совершенно умолчала об организационной увязке с одним из двух всероссийских партийных центров (с ЦК большевиков или с ОК меньшевиков).

Эта конференция ничего не улучшила в деле достижения единства большевиков со всеми интернационалистическими элементами местных «объединенных» с.-д. организаций, и пропасть тактических и организационных разногласий продолжала углубляться.

Вследствие этого, 30 апреля группа большевиков-правдистов, руководимая Среднесибирским Бюро ЦК и его печатным органом «Сибирской Правдой», выходит из состава Красноярской объединенной с.-д. организации и создает отдельную, чисто большевистскую /24/ организацию, ряды которой быстро заполняются за счет отходящих от объединенцев местных рабочих. При расколе большевистская организация имела 87 членов, к 6 июля (ст. стиля) 1917 г. она уже насчитывала около 300 человек, по преимуществу железнодорожных рабочих, рабочих электростанции и лесопильных заводов, а 9 июля, несмотря на отказ Красноярской объединенной с.-д. организации от участия в устройстве демонстрации солидарности питерским рабочим в связи с движением 3 – 5 июля, молодая Красноярская большевистская организация выводит на улицу и руководит 10–12-тысячной демонстрацией местных рабочих и солдат.

V. Объединение сибирских с.-д. большевиков

Успехи Красноярской организации большевиков, а, главным образом, влияние июльских событий в Петрограде и несомненное полевение всего сибирского пролетариата были учтены лидерами сибирских объединенных с.-д. организаций и в первую очередь в Красноярске.

Не чем иным как этим обусловливалось то, что именно в это время Красноярская объединенная с.-д. организация решила признать своим руководящим органом ЦК большевиков, на деле порвала с оборонцами и по всем основным вопросам момента начала принимать решения в духе директив ЦК.

Все это сделало возможным слияние обеих организаций в одну, и в средине июля 1917 г. разрывом с оборонцами единство интернационалистов было осуществлено. Произошло не только слияние организаций, но и их газет.

Но, одержав эту победу, большевики не могли на этом успокоиться, ибо успех был достигнут только в одном городе. Ту же самую работу надлежало проделать и в других местах и, в первую очередь, в центре сибирского соглашательства – в г. Иркутске.

С этой целью, в конце августа и начале сентября 1917 г. красноярские большевики, в помощь иркутским товарищам, все еще не могущим одолеть своих хорошо организованных соглашателей, в связи со Съездом Советов Восточной Сибири и Первым Общесибирским Съездом Советов, посылают в Иркутск группу активных работников.

По ее приезде, уже дважды намечавшийся раскол большевиков с оборонцами окончательно оформляется, и в Иркутске создается самостоятельная большевистская организация.

В конце сентября месяца того же 1917 г. при ней создается «военка», т. е. местная военная большевистская организация, при помощи которой в Иркутске в течение октября, ноября и декабря была проведена работа по революционизированию солдатской массы, были перевыбраны фальсифицированные меньшевиками и эсерами отдельные Рабочие и Военные Советы и заменены единым /25/ Иркутским Советом Рабочих и Солдатских Депутатов. В декабре же под руководством большевистской организации было ликвидировано кровавое юнкерско-офицерское выступление.

Но рост большевизма в Сибири на этом не остановился. Усилиями разросшихся к этому моменту большевистских групп и организаций Сибири, под знаменем власти Советов, с 16 по 24 октября (ст. стиля) 1917 г. в Иркутске был проведен первый Общесибирский Съезд Советов, полностью принявший тактическую платформу большевиков. Одновременно с этим съездом делегаты большевики, имея поручение от своих организаций, создали Общесибирское Исполнительное Бюро партии большевиков, явившееся первым руководящим общесибирским партийным органом периода 1917 г.

Вслед за Иркутском, в середине сентября происходит раскол в Томской объединенной с.-д. организации, в результате которого она очищается от оборонцев и становится на платформу большевиков.

В конце сентября, бьющаяся в тисках нарождающейся атамановщины Читинская объединенная с.-д. организация переходит на платформу газ. «Новая Жизнь», а с средины декабря, опираясь на вернувшиеся с фронта революционные казачьи части, она высказывается за передачу власти Советам.

В Омске, в 20-х числах октября в объединенной с.-д. организации происходит решительный сдвиг, она декларирует лозунг «вся власть Советам» и в конце этого месяца через своих представителей в Совете Рабочих, Солдатских и Казачьих Депутатов осуществляет его на деле. Уже в начале ноября, под руководством большевистской организации и при помощи боевого органа местного Совета – Красной гвардии – ликвидируется попытка восстания омских юнкеров и школ прапорщиков.

Примерно то же самое происходит в Ново-Николаевске, Барнауле, Кургане, Челябинске и в других менее крупных пунктах Сибири.

Идеи партии большевиков спаивают воедино рабочих и местные солдатские гарнизоны, но, к сожалению, еще не проникают в сибирскую деревню, никогда не жившую под властью помещика, а потому не опасавшуюся реставратора-белогвардейца.

Впрочем, позднее, испытав на своей спине все эти прелести реставрации, сибирское крестьянство само пошло на союз с рабочим классом и к моменту прихода в 1919 г. Красной армии в Сибирь закрепляло его кровавыми узами боевой работы многочисленных партизанских отрядов в тылу белых.

Заканчивая эту краткую историческую справку о создании и об объединении организаций партии большевиков в Сибири в 1917 г., следует указать, что дальнейший путь их основной работы был отмечен рядом серьезных боевых испытаний. Им, пришедшим /26/ к победе власти Советов вместе с рабочими и, отчасти, с крестьянами, после Октября, пришлось пройти не только путь побед и утверждения в Сибири власти рабочего класса, существовавшей до мая 1918 г., но им пришлось пройти также и страдный путь кровавой борьбы с чехословацкой и белогвардейской контрреволюцией, путь тяжелых потерь лучших работников сибирского пролетариата: Я. Бограда, Г. Вейнбаума, Ф. Горбаня, Я. Дубровинского, К. Кузнецова, Д. Ковальчук, 3. Лобкова, С. Лазо, А. Лебедевой, А. Масленникова, А. Перенсона, Я. Пекарш, М. Рабиновича, К. Суханова и многих других бойцов великой армии труда.

Но из опыта шагов большевистских организаций Сибири, из опыта ее идейной закалки, приобретенной в первый период революции, родились стальные отряды сибирских большевиков, которые, как наши омские, томские, алтайские, красноярские, иркутские, амурские и приморские товарищи, находясь в подполье и среди партизанских отрядов, рассеянных по тайге и в сопках, творили чудеса классового героизма в то время, когда мелкобуржуазная злоба, тупость и предательство местных с.-д. меньшевиков, все еще продолжавших лицемерно оплакивать пресловутое «единство», плели в Сибири нить белогвардейской контреволюции (омский блок белых и колчаковских социалистов, иркутский думский блок эсеров и меньшевиков, приморский земский блок эсеров и меньшевиков, новониколаевский блок кооператоров, работа меньшевиков в центральных и местных органах правительства Колчака: В. Шумиловский, Н. Зефиров и другие).

Таковы этапы того пути, который был пройден организациями ВКП(б) в Сибири в славные годы борьбы за диктатуру пролетариата и за его союз с крестьянством.

Здесь многое несомненно упущено, многое забыто. Но думаем, что товарищи-сибиряки в своих последующих работах дополнят, а где надо и исправят эти случайные пробелы и погрешности.


Примечания

1. Почти все сибирские с.-д. организации до Октябрьской революции, а некоторые даже позднее, были «объединенными», т. е. включали в свои ряды на ряду с большевиками и оборонцев-большевиков.

2. Тов. Я.Ф. Дубровинский с лета 1917 г. вошел в нашу партию и являлся одним из наиболее стойких руководителей Красноярской большевистской организации. В октябре 1918 г. он погиб от руки чехословацких палачей.

3. Здесь мы приводим только тезисы доклада по организационному вопросу, обсуждавшиеся и одобренные на совещании с членом ЦК т. Свердловым, по копии доклада красноярского делегата апрельской конференции партии в 1917 г.

4. «Сибирская Правда», № 3, от 1 мая 1917 г.

Содержание | Следующая

Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Дружественный проект «Спільне»
Сборник трудов шаламовской конференции
Книга Терри Иглтона «Теория литературы. Введение»
 
 
Кто нужен «Скепсису»?