Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


Отделение школы от церкви — общедемократическое требование.

В материале Светланы Журавлевой «Священник у доски (Будет ли православие обязательным школьным предметом в новом учебном году?)», опубликованном в газете «Челябинский рабочий» от 4 июня 2002 г., поднята крайне актуальная и острая проблема принципиальной значимости. Казалось бы, она решается просто и ясно: ни в новом учебном году, ни в последующих православие не может и не должно быть школьным предметом, тем более обязательным, поскольку вот уже 85 лет в нашей стране реализовано общедемократическое требование отделения церкви от государства и школы от церкви, которое однозначно подтверждено и в последней Конституции Российской Федерации. Почему же, в таком случае, возник и дискутируется этот вопрос? Потому что сам собой разумеющийся ответ на него оказался сегодня чисто теоретическим. Однако практически почти наверняка православие станет-таки, как это ни прискорбно, школьным предметом, не исключено — обязательным. Примириться с подобным нарушением Конституции РФ, конечно, нельзя. Но что же, собственно говоря, произошло и продолжает происходить?

Все дело в том, что в последнее десятилетие интересы и попытки церкви (прежде всего православной, но отнюдь не только ее) восстановить свои дореволюционные позиции (имеются в виду и Февральская, и Октябрьская 1917 года), совпали с аналогичными, по существу, интересами и попытками современного Российского государства. Это вполне закономерно и логично, ибо возрождение частной собственности, рыночной экономики, капиталистических устоев, социального неравенства и несправедливости требуют соответствующего возрождения духовно-нравственного господства религии и церкви. Неудивительно, что такое государство с готовностью идет на необходимые для этого нарушения собственной Конституции, неприкосновенность которой решительно отстаивается во всех остальных отношениях. Ставка при этом, понятно, в первую очередь делается на православие. Свидетельствам тому «несть числа». Взять хотя бы провозглашение государственным праздником 7 января, т.е. как раз православное «Рождество Христово», обойдя вниманием 25 декабря, хоть и эта дата — «рождественская», со всей открытостью и откровенностью подвергая тем самым немалую часть населения страны дискриминации.

О том же говорит и информация, приведенная в статье С. Журавлевой. Согласно ей, православные гимназии уже существуют в 18 епархиях, «Основы культуры православия» стали именно «обязательным» школьным предметом, открываются опять-таки именно православные и университеты, и институты, и факультеты, и даже детские сады. И все это происходит, что особенно показательно, как раз с явного поощрения такого государственного органа, как Министерство образования РФ, вошедшего в постоянно действующий координационный совет по его взаимодействию со все той же Русской православной церковью, а сам министр принимал активное участие в последних «Рождественских чтениях». Приходится ли удивляться тому, что все чаще и чаще при вузах восстанавливаются или строятся заново православные церкви и часовни. Такой пример был подан МГУ им. М.В. Ломоносова. Подобный план вынашивается и в ЮУрГУ. Руководители государственных высших учебных заведений при этом стараются не замечать противоречия между такой практикой и соответствующими статьями Конституции РФ, прежде всего с принципом свободы совести. Они тем самым решают свои, совсем другие проблемы, мало заботясь, к сожалению, о принципиальной стороне дела.

В этот же ряд многозначительных фактов встраиваются и другие, вроде активного проникновения РПЦ в российскую армию (церковное благословение, например стратегических ракетных установок и иных видов оружия, возведение при воинских частях соответствующих церковных сооружений, например в г. Трехгорном, и многое другое). О том же свидетельствует и предоставление государственными радио и телевидением времени для религиозных передач, опять-таки с очевидным предпочтением православных. Впрочем, вряд ли стоит здесь дальше продолжать подобный ряд. Все и без того очевидно. Поэтому вряд ли придется удивиться тому, что при такой массированной поддержке государства и «Основы православной культуры» закрепятся в качестве обязательного школьного предмета, и русская православная гимназия как государственное учреждение будет открыта, и в вузах появятся кафедры теологии, и многого другого сумеет добиться православие. Но все это произойдет лишь в том случае, если сохранятся те объективные и субъективные предпосылки, которые с необходимостью породили такое положение вещей. Так что сложившаяся ситуация на поверку оказывается далеко не такой уж безнадежной.

Не вследствие ли этой благорасположенности государства у «о. Дмитрия» такая уверенность (если не сказать — самоуверенность) в успехе, эта некорректность, неуважительная манера дискуссии, далекой от декларируемых христианством неосуждения и смирения? Вступать со священником в полемику по принципиальным темам на газетной полосе вряд ли уместно и оправданно. Для этого более подходящим полем дискуссии мог бы стать, например, соответствующим образом организованный «круглый стол». Однако несколько наиболее важных соображений нельзя не высказать уже и теперь. Так, представляется совершенно несостоятельной ссылка священника на необходимость восстановления и следования прежним традициям, ибо традиции традициям рознь — одни выражают положительную преемственность в развитии, другие с объективной необходимостью отмирают. Не следует также забывать, что православная традиция, за верность которой ратует ее приверженец, обрела особый смысл и социальную роль в контексте небезызвестной триады — «самодержавие, православие, народность». Кстати сказать, приверженность современного православия монархии хорошо известна (причисление последнего российского царя к лику святых и т.п.). Так что же, может быть, настало время восстановить самодержавную власть, проявив верность и ее традициям? Ведь это тоже наше прошлое. Абсурдность такого рецидива сегодня несомненна, хотя в то же время в современной России, как известно, реанимируется не только религия, но и промонархические силы, в которых РПЦ не может не находить своей естественной социальной опоры. Это справедливо и по отношению к самодержавно-православной «народности», которую приверженцам старых традиций тоже очень хотелось бы возродить сегодня усилиями РПЦ и ее отдельных местных служителей.

Но суть дела, разумеется, не только в этом. Главное заключается в том, что призывами сохранять верность древним традициям — восстановить духовность в ее религиозном смысле и нормы религиозной морали, соблюдать церковные праздники и обряды — служители культа, в конечном счете, возрождают веру в несуществующие сверхъестественные силы и поклонение этим несуществующим силам, обрекают современного человека на жертвоприношение видимого, реального, жизненно ценного невидимому, воображаемому, лишь желаемому, но отнюдь не действительному. Кто-то хочет верить в спасение, в загробную жизнь, кто-то считает такую веру несостоятельной, противоречащей подлинным интересам людей. Чтобы не было столкновений между этими точками зрения и позициями, как раз и был провозглашен принцип свободы совести, церковь отделена от государства, а школа от церкви. И в такой школе (средней ли, высшей ли) не должно быть представителей религии ни «в костюме и при галстуке» (здесь православный священник, конечно же, прав), но и ни «в рясе» тоже. Церковь имеет вполне достаточные возможности пропагандировать свое вероучение в своих же пределах. Кто захочет, тот и придет к ней. Такое право человека должно быть обеспечено и гарантировано.

Так зачем же создается православная гимназия именно как государственное учреждение? Не для того ли, чтобы переложить бремя финансирования на государство и на неверующих налогоплательщиков? Если да, то в таком случае сначала надо испросить у них на то согласия. Иначе будут нарушены их права, что так же недопустимо, как и нарушение прав верующих на удовлетворение своих религиозных потребностей в лоне церкви. Дальнейшие попытки Русской православной церкви изменить сложившееся положение вещей, и без того чреватое нарастающими противоречиями, могут привести к дальнейшему осложнению ситуации и даже социальному взрыву, негативные последствия которого трудно предугадать. Этого нельзя допустить.

Имя
Email
Отзыв
 
Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Дружественный проект «Спільне»
Сборник трудов шаламовской конференции
Книга Терри Иглтона «Теория литературы. Введение»
 
 
Кто нужен «Скепсису»?