Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


Грабли — 2, 3, 4…

Редакционная статья «Скепсиса», опубликованная перед митингом на Болотной, называлась «Не наступать на грабли!». В начале статьи мы констатировали, что общественные настроения меняются, однако участники фарса под вывеской «российская политическая сцена» остались те же. Как выяснилось, мы не ошиблись.

Российские либералы продемонстрировали свою полную политическую импотенцию. Переругиваясь матом друг с другом (под наблюдением довольных эфэсбешников), деля шкуры неубитых медведей, раскланиваясь с фашистами (под радостные вопли о необходимости «гражданского единения»), они сделали всё для того, чтобы превратить элементы протеста — в шоу. На одном из совещаний перед выступлением на проспекте Сахарова И. Пономарев из «Справедливой России» (по недоразумению относимый к левым) бросил радостно поддержанный клич: надо сочетать политические выступления с концертом, «Сделать полноценный митинг-концерт, то есть выступление музыкального коллектива, там, 2-3 выступления политических»[1].

Что же касается левых…

На том же совещании, когда Сергей Удальцов сидел свои очередные 15 суток, его жену Анастасию Удальцову отправили посидеть на полу вместе с журналистами — за столом с серьёзными либеральным людьми, по мнению С. Пархоменко, ей не место. Тем не менее, А. Удальцова — и многие другие левые — продолжили выступать в этой незавидной роли — на побегушках у либералов.

Вопли о грядущей революции оставим пока за скобками (они достойны отдельного рассмотрения). Зададим только несколько риторических вопросов. О какой революции может идти речь, если подавляющее большинство митингующих бежит от самого этого слова как от огня и готово довольствоваться самым малым — «честными выборами», которые в современной политической системе не могут быть честными по определению?

Если подавляющее большинство — как следует из проведённого «Скепсисом» опроса — не готово лично участвовать ни в какой другой протестной или социально значимой деятельности?

Наконец, если в большинстве провинциальных городов уже 24 декабря был виден спад митинговой активности?

«Скепсис» ещё будет писать об этой поразительной способности ряда товарищей видеть революцию в нескольких разрешённых митингах.

Также в левой среде недавно разразилась выдающаяся в своём роде дискуссия: «За кого должны выступить левые на этих выборах: за Миронова или Зюганова?» Троцкист Иван Овсянников (как и ряд других деятелей из РСД) ратовал скорее за второго, а Д. Жвания разразился гневной статьёй, согласно которой именно поддержка Миронова должна сделать из «Справедливой России» голема, который восстанет против своего хозяина. Жвании надоело говорить о революции, он хочет реальной политики:

«Революционные левые должны понять, что участие в предвыборной кампании даёт им шанс вырваться из изоляции и поучаствовать в политическом процессе, а заодно поработать на будущее»[2].

Миронов и Зюганов, по Жвании, это левые кандидаты. Отлично! Единственный способ участия в политике — это выборы? — Еще лучше! Традиционно левыми считались именно те, кто решительным образом был готов изменить существующие правила политической игры, кто свою работу в защиту угнетённых масс вёл всеми возможными способами, в числе которых парламентская борьба не занимает первого места. Хочется спросить г. Жванию — на каком основании он сделал вывод о столь радужных перспективах мироновской партии? Как раньше голосовала партия Миронова в Думе? Кого г. Миронов в прошлый раз поддержал на президентских выборах? Какие реальные дела, имеющие отношение к левой программе, есть за партией Миронова? В общем, на каком основании голосование за партию Миронова — это «работа на будущее»? — Ответа нет и не будет.

Одно только благопожелание: «Для левых депутатский мандат — это лишь орудие, которое позволяет решать те ли иные политические задачи».

За такими депутатскими мандатами российские левые ходили в Думы не раз. Многое они сумели там сделать? Я не беру случаи ренегатов типа А. Исаева, начинавшего карьеру как лидер анархистов, а сейчас являющегося одним из идеологов «ЕдРа». После протестов против монетизации льгот ряд активистов пошли в «реальную политику». Где они сейчас? Что реально они сумели изменить с тех пор? — Либо встроились в существующие структуры распила и обмана, либо пропали с политического горизонта. И вот, Д. Жвания призывает вновь повторить этот заманчивый опыт, вновь наступить на грабли.

Единственное, что нам может ответить на всё это Жвания: «Когда люди хотят участвовать в реальной политике, они рискуют».

Понимает ли читатель, в чём состоит «реальная политика» и чем она отличается от политики настоящей? Видимо, отличие в том, чтобы под лозунгом борьбы против утопизма идти на прокорм к одной из фракций правящего класса. Содержание и пафос статьи Д. Жвании — с учетом вышесказанного — вызывают серьёзные сомнения в том, что он ещё не получает зарплату у справедливороссов.

Но и И. Овсянников, допускающий возможность голосования и за Зюганова, и за Миронова, предлагает те же грабли!

«Являясь марионетками Путина в период социальной апатии, они, помимо своей воли, оказались марионетками народа в момент кризиса власти. Но почему не может произойти так, что, в отсутствие лучших альтернатив, массы насильно втолкнут кого-то из них в президентское кресло? Это, пожалуй, стало бы худшим ударом для этих соглашателей. Случись подобное, мы имели бы во главе государства фигуру, во-первых, связанную массой социальных обещаний (часть из которых, вероятно, пришлось бы выполнить) и, во-вторых, слабую, чувствительную к давлению поднявших ее низов»[3].

«Почему не может произойти так?» — наивно спрашивает И. Овсянников. Потому, что так уже не произошло: во время президентских выборов в 1996 году, когда Зюганов просто сдал поле боя Ельцину, после протестов против монетизации льгот, когда протест был выпущен в свисток при прямом участии КПРФ. И до, и после этих событий партия Зюганова постоянно оттягивала на себя протестные голоса — и фактически поддерживала правящий режим, предавая своих наивных избирателей. Собственно, для того её и держат до сих пор кремлёвские администраторы. И тут Иван Овсянников вновь предлагает поверить в чудо и отправиться голосовать за Зюганова. Впрочем, в свете поклонения Зюганова поясу Богородицы вера в чудо, быть может, не так и неуместна.

Сергей Удальцов, принявший участие в очередной — я уже сбился со счёта какой именно — попытке «объединения левых» в виде «Форума левых сил», ещё до него и без согласования с остальными левыми подписал соглашение о сотрудничестве «Левого фронта» с КПРФ. Многие сочли это «политической победой». Однако это как раз пример «игры в политику», которой занялись эти левые в надежде попасть в круг избранных.

Завтра — на шествии 4 февраля — объединённая колонна левых пойдёт за колонной националистов. Уверен, организаторы отнюдь не случайно поставили её именно на это унизительное для всех левых активистов место. Кого она должна напугать, кого привлечь — неясно. Опять сталинисты будут вести пропаганду среди троцкистов, троцкисты — среди сталинистов, и те, и другие также станут убеждать друг друга в справедливости социальных лозунгов. Работу среди неполитизированных людей, вышедших на улицу, проводить, видимо, никто и не собирается — как практически не делали этого на Сахарова и на Болотной.

…На проспекте Сахарова левые были на митинге. От имени левых даже выступали два-три оратора. Но никто из выступавших не вспомнил, что пока в Москве готовили акции «За честные выборы», на Дальнем Востоке продолжали опознавать погибших с буровой платформы «Кольская». Напомню читателям: буровую платформу перетаскивали от Камчатки к Сахалину. На её борту было 67 человек. Большая часть из них не должна была там находиться[4]. Платформу нельзя было транспортировать через море сквозь шторм, тем более — без помощи специального корабля-трансшельфа. Более того, как выяснилось, она сама находилась в аварийном состоянии из-за некачественного ремонта. Руководство фирмы заставило капитанов вывести платформу в море с помощью буксира. 53 человека погибли. Произошла самая крупная катастрофа за всю историю отрасли!

Эти 53 человека погибли потому, что существующая социально-экономическая система построена именно для того, чтобы кучка олигархов могла набивать свои карманы, невзирая на жизни людей. Погибли потому, что профсоюзы в нефтяной отрасли были просто уничтожены в интересах этой кучки. Катастрофы на Саяно-Шушенской и «Распадской», гибель «Булгарии», крушение «Кольской» — всё из одного ряда. Сотни людей погибают просто потому, что власть имущие хотят немного сэкономить. И существующая социально-экономическая система создаёт все условия для такой экономии. Российский капитализм убивает.

Но к чему я всё это?

На митинге в Москве на проспекте Сахарова про это молчали. Может, кто-то что и думал — но про себя. Задача левых должна заключаться именно в том, чтобы связать политический протест с социально-экономическим, чтобы объяснять всеми средствами неполитизированным гражданам, как именно связаны фальсификации выборов, путинская система, немцовско-пархоменская псевдооппозиция — и смерть людей на «Кольской», уничтожение промышленности, систем образования и здравоохранения! Эти вопросы, как свидетельствует Б.Ю. Кагарлицкий, толком не были подняты даже на «Форуме левых сил»[5]. Зато на проспекте Сахарова несли чушь Ксения Собчак, Алексей Кудрин, националисты Тор и Крылов. И это — позорно! Радует только то, что часть аудитории их освистывала, однако к освистывающим подходили другие «протестанты» и упрекали в «экстремизме» и «недостатке культуры протеста».

Участие в митинге и шествии 4 февраля для левых бессмысленно. Более того — унизительно. Нас тоже приглашали идти в этой «красной» колонне, выстраиваемой в кильватере фашистов. — Увольте!

Что же делать? И здесь я могу только повторить те тезисы, которые были выдвинуты в редакционной статье «Скепсиса» в декабре:

«Единственное, что может спасти Россию (как и любую страну периферийного капитализма) от дальнейшей деградации, гниения и разложения, — это ликвидация самой капиталистической системы, то есть социальная революция. Во имя этого стоит жить и работать. Но социальная революция не происходит по произволу каких-то мелких провокаторов вроде Навального и Яшина, и они к революции, заметьте, не стремятся, они ее боятся. Они хотят всего лишь влиться в тот же слой, к которому уже принадлежат Путин, Медведев, Абрамович, Дерипаска и прочие такие же, — и вместе с ними грабить и угнетать вас. Вам это надо?

Не перекладывайте решение ваших проблем на выборы, то есть на профессиональных политиков. Профессиональные политики — это профессиональные обманщики, мошенники. Хотите защищать свои права, свои интересы — создавайте ячейки сопротивления олигархическому и чиновничьему произволу по месту работы, учёбы и жительства. Боритесь против введения и увеличения платы за учёбу и лечение, против ликвидации больниц, школ, детских садов и застраивания парков церквями, против насаждения в школе религии и мракобесия, против нищенских зарплат, переработок и штрафов на предприятиях, против воровства управляющих компаний в ЖКХ. Начните с этого — с малого. Других способов нет!»

К сказанному стоит добавить следующее. Сейчас как никогда нужна внятная левая агитация, нужны теоретические и практические силы, чтобы объяснять обманутым и ограбленным, что за режим на самом деле установился в России, чтобы трудящихся не ставили в очередной раз перед выбором: «Путин или Навальный», «Медведев или Немцов», «Миронов или Зюганов». Оба — хуже.



По этой теме читайте также:


Примечания

Имя
Email
Отзыв
 
Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Дружественный проект «Спільне»
Сборник трудов шаламовской конференции
Книга Терри Иглтона «Теория литературы. Введение»
 
 
Кто нужен «Скепсису»?