Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


Предыдущая | Содержание | Следующая

В ожидании почетного гражданства

Осенью 1974 г. Александр Исаевич и Наталья Дмитриевна совершили небольшое путешествие по Швейцарии, побывали в Берне, Лозанне, заехали в Женеву, где жили «старики Андреевы» [1].

Тогда же А. И. Солженицын, если верить ему, решил вникнуть в свои финансовые дела и вдруг обнаружил, что Ф. Хееб заключал договоры с издательствами на кабальных условиях. В частности, по договору с издательством Бодли хэд, переводчики произведений А. И. Солженицына получили право на половину авторского гонорара [2]. Если это действительно было так, а лорд Н. Бетелл, не опроверг подобных утверждений [3], условия действительно являлись грабительскими.

«…В начале ноября 1974 года Макса Райнхардта из „Бодли хед“ пригласили в Цюрих на встречу с Хеебом и его клиентом. Он, — пишет Н. Бетелл, — пустился в путь, запасшись чеками за прошлые издания и контрактами на будущие, и ожидал, что будет согрет лучами благодарности великого человека за все, что мы для него сделали. Эта поездка обернулась для Райнхардта суровейшим испытанием. Солженицын обрушил на него всю мощь своего обличительного таланта… Он сказал Райнхардту, что все договоры не имеют силы: не только тот, что был подписан Личко, но и подписанный Хеебом, хотя тот действовал на основании неоспоримых полномочий, данных ему самим Солженицыным, пусть и по собственной воле… Поэтому я послал Солженицыну длинное письмо на русском языке с объяснением всего эпизода» [4].

«Всего четыре дня дома не были, — пишет А. И. Солженицын, — а уже новости, по радио: американский Сенат единогласно избрал меня почетным гражданином Соединенных Штатов Америки. Позже пришла официальная бумага — и я ответил письмом» [5].

Когда именно пришла официальная бумага, мы не знаем, но обращение Александра Исаевича со словами благодарности к американскому Сенату, который еще совсем недавно он называл «балаганом», датировано 30 октября [6]. Все было бы хорошо, но для того, чтобы решение Сената могло вступить в силу, требовалась его поддержка Палатой представителей [7], получить которую не удалось [8]. Однако Д. Хелмс и его сторонники не сложили оружие. Борьба в Конгрессе вокруг вопроса о присуждении А. И. Солженицыну звания почетного гражданина Соединенных Штатов Америики продолжалась.

Между тем в ноябре 1974 г. в Москве вышел в свет самиздатовский сборник статей «Из-под глыб» [9].

«Коллективного сборника такого объема, серьезности основных поставленных проблем и решительности их трактовки, в полный разрез с официальной установкой, — констатировал А. И. Солженицын, — не было в Советском союзе за 50 лет» [10].

Кроме Александра Исаевича, авторами сборника были М. С. Агурский, Е. В. Барабанов, В. М. Борисов, А. Ф. Корсаков и И. Р. Шафаревич. Сборник открывался статьей А. И. Солженицына «На возврате дыхания и сознания», посвященной полемике с А. Д. Сахаровым. Ему же принадлежали еще две статьи «Расскаяние и самоограничение как категория национальной жизни» и «Образованщина» [11].

По выходе сборника Александр Исаевич провел пресс-конференцию, «проанализировал статьи сборника и изложил свою идею нравственной революции» [12]. Прежде чем характеризовать основные идеи, с которыми выступил А. И. Солженицын на страницах этого сборника, хотелось бы отметить, что несмотря на то, что в «Теленке» он пренебрежительно и даже оскорбительно отозвался о упоминавшихся ранее публикациях М. П. Лобанова и В. А. Чалмаева, в своих статьях по сути повторял и развивал основные их идеи. Причем предложенное им понятие «образованщина» — это более оригинальное, но менее удачное обозначение того явления, которое М. П. Лобанов назвал «просвещенным мещанством» [13].

Главное содержание опубликованных А. И. Солженицыным статей можно свести к следующему: 1) будущее общества зависит от трех факторов: кризиса Запада, угрозы Востока и пробуждения православной России; 2) кризис западного общества зародился еще в эпоху Возрождения и связан с распространением атеизма; 3) в результате этого демократизация общества привела к замене культа Бога культом вещей, к утрате обществом нравственных ценностей; 4) сама по себе демократизация предоставляет человеку только внешнюю свободу, между тем существует и свобода внутренняя, в результате чего внутренне человек может быть свободен даже в условиях внешней несвободы; 5) подобная внутрення свобода возможна в условиях просвещенного авторитаризма; 6) современная просвещенная часть общества — интеллигенция представляет собою образованщину, сознание которой изуродовано атеизмом и культом вещей; 7) возрождение нравственных ценностей невозможно без возвращения к Богу; 8) в результате перед обществом открывается альтернатива: или гибель всего человечества, погрязшего в вещизме, или создание «новой религиозной цивилизации»; 9) эта новая цивилизация должна представлять собою совокупность обособленных друг от друга наций; 10) взаимодействие и взаимообогащение разных национальных культур должно быть источником их развития [14].

Игнорируя, что наряду со свободным и сытым Западом есть угнетенный и голодный Восток, что в мире идет ожесточенная экономическая борьба, которую невозможно остановить религиозными проповедями, что существующие религиозные представления давно уже вошли в непримиримое противоречие с развитием науки и техники, что идея внутренней свободы по существу означает примирение с насилием, А. И. Солженицын обрушивался на своих оппонентов.

«…Солженицын в своей статье „Образованщина“, — пишет А. Л. Янов, — не скорбел, не плакал и не пророчествовал. Солженицын бил. Вложив в этот удар весь свой авторитет и мировую славу, Солженицын бил теперь не по вождям (с ними он согласен был на диалог), бил по своим. По бывшим диссидентским союзникам, по самиздатовским мыслителям, по интеллигентам, мучительно ищущим выхода из российского тупика (в том числе и по тем, кто самоотверженно выступал в его защиту). Он был беспощаден. Он не считался с тем, что, когда писалась эта статья, он, как точно заметила Юлия Вишневская, „слишком хорошо знал, что его авторитет в „образованщической“ среде — огромен, что любая критика его взглядов может быть расценена чуть ли не как сотрудничество с КГБ“» [15].

Выступая 16 ноября в Цюрихе на пресс-конференции, посвященной выходу в свет сборника «Из-под глыб», Александр Исаевич обратил внимание собравшихся на появившуюся в самиздате статью Житникова «Закат Демократического движения» и, заявив, что полностью с нею согласен, объяснил свою позицию тем, что в диссидентском движении началось размежевание: если раньше все объединялись на неприятии существующего режима, теперь на первый план стал выдвигаться вопрос о целях борьбы с этим режимом и в этом вопросе сразу же обнаружилось отсутствие единства. А. И. Солженицын назвал четыре наметившихся в нем течения: допотопные коммунисты(*«Я знаю, например, человека, — писал А. Флегон, — который явился к американскому послу в Лондоне с предложеним создать Советскую коммунистическую партию (ленинскую) в изгнании», но оно не встретило поддержки (Флегонт А. Вокруг Солженицына. Т.1. L., 1980. С.275).), либеральные демократы, национал-большевики и религиозные националисты [16]. К последнему течению принадлежали и авторы сборника «Из-под глыб»

Вскоре после этой пресс-конференции, не позднее 6 декабря, Александр Исаевич вместе женой отправился в Стокгольм, куда прибыл на следующий день. Здесь 7 декабря из рук короля Карла Густава Шведского он наконец получил Нобелевскую премию [17]. А 12 декабря провел новую пресс-конферецию [18]. В те самые дни, когда к читателям пошел сборник «Из-под глыб», в Италии появились воспоминания Н. А. Решетовской «Моя жизнь с Солженицыным» [19]. Поэтому один из вопросов, который был задан ему на этой пресс-конфренции касался книги Натальи Алексеевны. Отвечая на него, Александр Исаевич заявил:

«Я сейчас имел возможность прочесть ее по-русски и могу сказать, что эта книга просто не обо мне. Она о некотором персонаже, которого на моем месте желает видеть КГБ. Для этого факты большей частью извращены. А мотивировки — просто вообще ни одной подлинной мотивировки нет. Все мотивировки придуманы со стороны» [20].

Возвращаясь из Стокгольма, супруги Солженицыны заехали во Франкфурт-на-Майне и сделали двухдневную остановку для встречи с руководителями НТС и издательства «Посев» [21].

Под Новый год Александр Исаевич отправился в Париж. «27 декабря… — пишет он в “Зернышке”, — вышли мы с Восточного вокзала (ошеломленными глазами боясь допустить, что вот эти серые дома и узкая улица, по которой мы поехали, и есть тот самый Париж»)[22].

В столицу Франции А. И. Солженицын прибыл инкогнито [23]. Здесь он прежде всего встретился со Н. А. Струве, повидал С. Н. Татищева, А. Б. Дурову, А. П. Столыпина, супругов Эткиндов [24], познакомился с представителями издательства «Сёй» Полем Фламаном и Клодом Дюраном, которым передал на будущее ведение всех своих издательских дел [25].

«Наконец, — пишет Александр Исаевич, — посетил я со Струве русскую типографию Леонида Михайловича Лифаря, где печатался „Август“, „Архипелаг“, да и все другое — ту страшно тайную типографию, как я воображал ее из Москвы, когда предупреждал Никиту Алексеевича: с рукописью в руках даже не перемещаться по Парижу в одиночку — но разорвалось бы тогда сердце мое, хорошо, что не знал: типография Лифаря — это открытый двор, открытый амбар, куда может в любое время всякий свободно зайти и ходить между незагражденными стопами набора, того же и „Архипелага“. Связь Лифаря с издательством „Имка“ не могла не быть известна ГБ — и как же они проморгали подготовку „Архипелага“? и почему не досмотрел сюда их глаз, не дотянулась рука?..» [26].

А, действительно, почему?

Тогда же состоялось знакомство А. И. Солженицына с директором ИМКА-пресс Иваном Васильевичем Морозовым. Характеризуя возглавляемое последним издательство, А. И. Солженицын пишет, что до установления контактов с ним ИМКА-пресс, по ехидному замечанию некоторых эмигрантов, в основном занималось «изданием псалмов», т. е. богослужебной литературы (реплика, радующая слух атеиста, но не уместная в устах правоверного христиана). Причем в год издавалось не более двух-трех новых книг, тираж которых редко превышал тысячу экземпляров. И только с появлением солженицынских книг деятельность издательства стала приобретать солидный характер [27].

Оценив, однако, работу И. В. Морозова неудовлетворительно, Александр Исаевич, по его словам, в разговоре с Н. А. Струве заявил о своем желании видеть на посту директора ИМКА-пресс другого человека, но не встретил поддержки [28].

Иначе описывал этот эпизод В. Е. Алой. По его утверждению, появившись в издательстве ИМКА-пресс, А. И. Солженицын не просто поднял вопрос о необходимости отставки И. В. Морозова, а «потребовал» немедленного его удаления с поста директора, «поставив это условием дальнейшего сотрудничества с ИМКой» [29]. Это требование было вынесено на заседание Совета РСХД, однако, писал В. Аллой,

«Совет РСХД отверг ультиматум, в результате чего Солженицын на короткое время перешел в „Посев“, который немедленно объявил Собрание сочинений писателя и сильно на том погорел, ибо непредсказуемый автор вскоре вернулся в ИМКу, уполовинив свои требования» [30].

Последний факт признает и сам А. И. Солженицын. «После всего такого — пишет он — предполагаемое мое собрание сочинений я решил было отдать „Посеву“, гораздо крепче организованному», однако, — если верить ему, столкнувшись с возражениями жены, — решил отказатся от своего намерения [31].

Это значит, что дело не ограничилось простым разговором с Н. А. Струве, конфликт действительно имел место и достиг такой остроты, что Александр Исаевич был готов даже порвать отношения с ИМКА-пресс, но что-то удержало его от этого шага.

«Высылка на Запад, — констатировал А. И. Солженицын, — прервала работу над „Красным колесом“ почти на весь 1974 год». [32]. Только в начале 1975 г. по возвращении из Парижа он уединился в горах («один раз на две недели, другой — еще на три») и вернулся к эпопее, сосредоточившись на ленинских главах [33]. По всей видимости, первая поездка была до, вторая после 20 февраля, так как в этот день он находился в Цюрихе и выступал перед студентами университета [34]. Ленинские главы, которых оказалось десять, «были окончены в марте 1975» [35] и «той же осенью изданы отдельной книгой под названием „Ленин в Цюрихе“» [36].

А пока Александр Исаевич трудился над ленинскими главами, в феврале 1975 г. увидели свет его литературные воспоминания «Бодался теленок с дубом» [36]. Если прочитать их внимательно, нетрудно заметить, что — это редкий по саморазоблачению документ. Человек, выступающий против официальной лжи, даже не скрывал, что обманывал и лицемерил перед теми, кто ему доверял и готов был искренне помогать. Отталкивающее впечатление на многих произвело бестактное описание им А. Т. Твардовского, которого когда-то он сам называл своим литературным отцом, и уничтожающие оценки как отдельных сотрудников «Нового мира», так и всей возглавляемой А. Т. Твардовским редакции журнала. Александр Исаевич с некоторым самодовольством приводит слова одного из его друзей, что в «Теленке» он оставил «своим будущим биографам выжженную землю» [37].

Воспоминания вызвали скандальный резонанс и имели своим следствием дальнейшее сокращение круга поклонников и единомышленников А. И. Солженицына. Этому во многом способствали критические выступления в печати дочери А. И. Твардовского Валентины Александровны [38] и одного из членов редакции «Нового мира» Владимира Яковлевича Лакшина [39].

20 марта 1975 г. в первый четверг Поста Александр Исаевич молился богу. Но он не просил у него прощения перед теми, кого обидел и даже оскорбил в своих воспоминаниях. Он молил бога о другом: «Господи! Просвяти меня, как помочь Западу укрепиться, он так явно и быстро рушится. Дай мне средство для этого» [40].

Видимо, не желая, чтобы Запад продолжал «рушиться» и в благодарность за готовность гонимого и преследуемого писателя помочь Западу, бог приподнес ему подарок. Едва Александр Исаевич вернулся домой, как жена сообщила долгожданную весть: «Сенат единогласно проголосовал за избрание тебя почетным гражданином США» [41].

Решение американского Сената вдохновило А. И. Солженицына на новые подвиги.

«И, — пишет он, — я понял так: что надо действовать через Соединенные Штаты, и даже в этом году. Ну, да я ж в ту сторону ехал. По нашей задумке было — что я уже в Европу не вернусь; найду в Америке землю — дом, куплю, там сразу и останусь работать» [42].

А пока оформлялись документы, Александр Исаевич совершил небольшое путешествие. 5 и 6 апреля (суббота и воскресенье) он посетил Мурмелон и здесь вместе с женой, Н. А. Струве и редактором эмигрантского журнала «Часовой» В. В. Ореховым побывал на Русском военном кладбище [43]. 10 апреля в Париже провел прес-конференцию, посвященную презентации своих воспоминаний [44]. 11 апреля с этой же темой выступил по французскому радио [45]. Из Франции Виктор Банкул повез Солженицыных на четыре дня в Италию [46]. Затем Александр Исаевич совершил небольшую поездку по Швейцарии и уже оттуда отправился за океан [47].

В день отъезда 28 апреля 1975 г. он направил лорду Н. Бетеллу гневное письмо:

«Прошу Вас мне дать объяснение: какое право имели Вы торговать моей рукописью „Раковый корпус“, продавать ее от моего имени? Вы не имели на это никогда никаких полномочий ни от кого, и Вы знаете сами, как будет квалифицировано в суде подобное присвоение чужой литературной собственности… как допустили Вы неряшливый неточный перевод повести, нанеся мне непоправимый ущерб в глазах английского читателя? Если я не получаю от Вас удовлетворительных объяснений немедленно, я придам всей этой истории публичный или судебный ход. А. Солженицын» [48].

Странно, что подобным гневом он разразился не в 1968 г., когда впервые возник вопрос о публикации «Ракового корпуса», не в 1969 г., когда повесть уже появилась в печати, не в 1970 г., когда он стал лауреатом Нобелевской премии, не в 1974 г., когда оказался за границей, а только весной 1975 г.

«Я, — читаем мы в воспоминаниях Н. Бетелла, — тоже впервые написал сердитый ответ и напомнил, что именно Солженицын впервые вывел Личко на авансцену, когда передал ему свои рукописи и дал ему, первому из всех иностранных журналистов, серьезное интервью, что именно благодаря подписи Солженицына я стал доверять Личко. Я перечислил выгоды, которые писателю принес контракт на издание „Ракового корпуса“, заключенный Павлом Личко — не только деньги, но и славу, которая помогла завоевать Нобелевскую премию и защитила от КГБ. Я подверг сомнению утверждение о том, что наш „неряшливый, неточный“ перевод нанес писателю „непоправимый ущерб в глазах агнлийского читателя“… Я предложил ему, если он и впрямь считает наш перевод неряшливым и неточным, доказать это фактами. Наступила гробовая тишина. Солженицын не ответил на мой вызов» [49].

Еще бы, ведь издательство «Бодли хед» выплатило А. И. Солженицыну часть денег, которых он добивался [50].


Примечания

1. Солженицын А. И. Угодило зернышко промеж двух жерновов // Новый мир. 1998. № 9. С. 88–90. № 11. С.114.

2. Там же. № 11. С.110.

3. См.: Бетелл Н. Путешествие англичанина в поисках России. М., 2002.

4. Там же. С.63, 65.

5. Солженицын А. И. Угодило зернышко промеж двух жерновов // Новый мир. 1998. № 9. С.90.

6. Солженицын А. И. Сенату Соединенных Штатов Америки. 30 октября 1974 // Публицистика. Т.2. Ярославль, 1996. С. 128–129.

7. Там же. С.599.

8. Там же.

9. Солженицын А. И. Угодило зернышко промеж двух жерновов // Новый мир. 1998. № 9. С.91.

10. Солженицын А. И. Пресс-конфренция о сборнике Из-под глыб. Цюрих, 16 ноября 1974 // Публицистика. Т.2. С.130.

11. Из-под глыб. Сб. ст. М., 1992.

12. Там же. С. 130–166.

13. Там же.

14. Солженицын А. И.: 1) Раскаяние и самоограничение как категории национальной жизни // Публицистика. Т.1. Ярославль, 1995. С. 49–86. 2) Образованщина // Там же. С. 87–132.

15. Янов А. Л. Русская идея и 200-й год // Нева. 1990. № 11. С.157.

16. Солженицын А. И. Пресс-конфренция о сборнике Из-под глыб. Цюрих, 16 ноября 1974 // Публицистика. Т.2. С. 152–153.

17. Вручение А. И. Солженицыну Нобелевской премии // Русская мысль. 1974. 19 декабря.

18. Солженицын А. И. Пресс-конферецния в Стокгольме. 12 декабря 1974 // Публицстика. Т.2. С. 167–201.

19. Scammel М. Solzhenitsyn: A biography. N.Y — L. 1984. P.1021.

20. Солженицын А. И. Пресс-конфренция в Стокгольме. 12 декабря 1974 // Публицистика. Т.2. С.189.

21. Романов Е. Р. В борьбе за Россию. Воспоминания. М., 1999. С. 205–207; Солженицын А. И. Угодило зернышко промеж двух жерновов // Новый мир. 1998. № 9. С. 95–96, 102.

22. Там же. С.99.

23. Шаховская З. Солженицын в Париже // Русская мысль. 1975. 9 января.

24. Солженицын А. И. Угодило зернышко промеж двух жерновов // Новый мир. 1998. № 9. С. 99–100.

25. Там же. С.105. № 11. С.119.

26. Там же. № 9. С.100.

27. Там же. С. 100–101.

28. Там же. С. 101–102.

29. Аллой В. Записки аутсайдера // Минувшее. СПб, Т.22. 1997. С.147.

30. Там же.

31. Солженицын А. И. Угодило зернышко промеж двух жерновов // Новый мир. 1998. № 9. С.102.

32. Солженицын А. И. Красное колесо. Повестование в отмереных сроках. Узел II. Октябрь Шестнадцатого // Наш современник. 1990. № 1. С.69.

33. Солженицын А. И. Угодило зернышко промеж двух жерновов // Новый мир. 1998. № 9. С.102.

34. Солженицын А. И. Беседа со студентами-славистами в Цюрихском университете. 20 февраля 1975 // Публицистика. Т.2. С. 211–233.

35. Солженицын А. И. Красное колесо. Повестование в отмереных сроках. Узел II. Октябрь Шестнадцатого // Наш современник. 1990. № 1. С.69.

36. Там же. Шнеерсон М. Александр Солженицын: очерки творчества. Франкфурт-на-Майне, 1984. С.273.

36. Там же. Шнеерсон М. Александр Солженицын: очерки творчества. Франкфурт-на-Майне, 1984. С.273.

37. Солженицын А. И. Угодило зернышко промеж двух жерновов // Новый мир. 1998. № 9. С.102.

38. Твардовская В. А. Письмо Солженицыну из Москвы. // Кремлевский самосуд. Секретные документы Политбюро о писателе А. Солженицыне. М. 1974. С. 509–520.

39. Лакшин В. Я. Берега культуры. М., 1994. С. 325–374.

40. Солженицын А. И. Угодило зернышко промеж двух жерновов // Новый мир. 1998. № 9. С.103.

41. Там же.

42. Там же.

43. А.И. Солженицын в Мурмелоне // Часовой. 1975. № 586–587. Васильев В. Солженицын в Мурмелоне // Русская мысль. Париж. 1975. 17 апреля.

44. Солженицын А. И. Пресс-конферецния в Париже. 10 апреля 1975 // Публицистика. Т.2. С. 234–260.

45. Солженицын А. И. Телеинтервью в Париже. 11 апреля 1975 // Там же. С. 261–281.

46. Солженицын А. И. Угодило зернышко промеж двух жерновов // Новый мир. 1998. № 9. С. 106–108.

47. Там же. С. 108–110.

48. Бетелл Н. Путешествие англичанина в поисках России. М., 2000. С.7.

49. Там же. С. 65–66.

50. Там же. С.66.

Предыдущая | Содержание | Следующая

Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
«“Закон сопротивления распаду”». Сборник шаламовской конференции — 2017
 
 
Кто нужен «Скепсису»?