Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


Предыдущая | Содержание | Следующая

Глава 3.
Про «Иванова»

Мы на горе всем буржуям
Мировой пожар раздуем,
Мировой пожар в крови —
Господи, благослови.

Александр Блок

Боже мой! И я, оказывается, за агрессию? Может, я еще и коммунист?!!

Александр Блок

1

Глава про «Иванова» (ударение на втором слоге) начинается с достаточно редкого по объему даже для Суворова массива воплей и выкриков, не имеющих никакого отношения ни к началу войны, ни к какой-либо агрессии, ни к дальнейшему суворовскому повествованию. Зато пассажи типа «Исследователь порой отдает жизнь научному поиску. И вот однажды... Именно такая удача выпала и на мою долю. В пропыленных архивах я нашел... судя по документам...» (с. 40—41<365—366>) ненавязчиво дают читателю понять, что наш хитрый автор якобы имеет какое-то отношение к исследованиям, научному поиску, пропыленным архивам, документам и поискам в них. А нашел-то он всего — ничего: один из многочисленных псевдонимов товарища Сталина, упоминающийся в бесчисленном множестве крайне массовых советских популярных изданий. А вся история о роковой телеграмме просто-напросто сдута с мемуаров тов. А.С. Яковлева, вышедших громадным тиражом в нескольких изданиях[67]. Обратите внимание, что для создания атмосферы сенсационности вокруг банального и достаточно известного факта Суворов опускает имена и использует свою обыкновенную сказовую манеру, вводя, например, прямую речь, как будто все сам слышал. За ширмой прятался. Как рояль в кустах.

Пропуская весь этот бред, сразу переходим к сути. А суть тут такая:

«однажды, в 1936 году Сталин собрал всех авиационных конструкторов у себя на ближней даче, угостил со всем кавказским гостеприимством, а потом поставил задачу: построить самолет (лучший в мире, этого пояснять не надо) под названием “Иванов”» (с. 44<367—368>).

2

Вот так сборище! Целая толпа. Штук сто. А то и двести. А, кстати, сколько?

Суворов пишет, что «работы над проектом “Иванов” вели одновременно многие коллективы, в том числе под руководством Туполева, Немана, Поликарпова, Григоровича» (с. 44<368>). А кого еще? Знаете? А никого. Это — все. И что за «в том числе» — непонятно.

«В те времена под общим руководством Туполева работали... под руководством Поликарпова... у Григоровича...» (с. 44<368>), — поет Резун. Список конструкторов впечатляет. А уж сколько вариантов «Ивановых» они напроектировали... А сколько настроили опытных образцов... Вся страна, наверное, была парализована госиспытаниями кучи разнообразнейших «Ивановых». Спать по ночам не давали. Одно слово — звери. Шакалы.

А вообще-то от каждого конструкторского бюро требовалось только лишь по одному самолету. Кстати, опытный экземпляр самолета Григоровича, «также строившийся для этого конкурса, не был закончен»[68], так что речь идет лишь о трех вариантах «Иванова» — И.Г. Немана, Н.Н. Поликарпова и П.О. Сухого. Впечатляет? Уже не очень.

«Одним словом, вся советская авиационная конструкторская мысль сконцентрирована на выполнении единой задачи» (с. 44<368>). Вот только какой? Как мы видели, на конкурс «Иванов» было представлено три самолета. А сколько самолетов строилось по предвоенной программе модернизации советской истребительной авиации? Знаете, сколько конструкторских коллективов работало перед войной над истребителями? Перечисляем конструкторов, строивших (и построивших) новые модели истребителей:

  1. В.К. Таиров — ОКО-6 (Та-1) — 1939—1941 гг.;

  2. В.П. Яценко — И-28 — 1939—1940 гг.;

  3. М.М. Пашинин — И-21 — 1940—1941 гг.;

  4. П.Д. Грушин — Гр-1 — весна 1941 г.

  5. Их уже больше, чем «Ивановых». Хотите еще? Пожалуйста.

  6. В.Ф. Болохвитинов — «И» (оригинальная схема — размещение спарки двух двигателей М-107 в фюзеляже) — начало 1941 г.;

  7. А.А. Боровков, И.Ф. Флоров — И-207 (оригинальная схема, нигде более не встречавшаяся — безрасчалочный безстоечный биплан) — 1937—1941 гг.;

  8. А.В. Сильванский — И-220 (оригинальная история с этим товарищем — без году неделя конструктор, но зато зять наркома М.М. Кагановича, взяв задание на истребитель[69], построил фактически И-16, но, в отличие от самолета Поликарпова, к сожалению, не летающий. Летчики бегали от его детища как от огня, посему зятька вежливо «попросили» из рядов авиаконструкторов. Кстати, когда на поликарповском самолете исключительно в силу обстоятельств и по своей вине разбился Чкалов, быстро нашедшихся «виноватых» сразу посадили как вредителей. А Сильванский в страшном 1937 году пытался втюхать ВВС заведомо негодный самолет — и ничего. Зять! Вот такая обстановочка, весьма далекая от суворовской картины трогательного единения конструкторов вокруг агрессивных планов тов. Сталина, царила в СССР перед войной;

  9. В.В. Никитин — ИС (истребитель складной) (оригинальная схема, нигде более не встречавшаяся — полутораплан со складным нижним крылом, убираемым в верхнее крыло и в борта фюзеляжа) — 1939—1941 гг.;

  10. Г.И. Бакшаев — РК-И — (оригинальная схема, нигде более не встречавшаяся — истребитель с раздвижным крылом) — 1938—1940 гг.;

  11. Думаете все? А зря! Самое интересное впереди!

  12. П.О. Сухой — Су-1, Су-3 — (высотный истребитель с турбокомпрессором. Назначение — перехватчик) — начало 1940 г.;

  13. Н.Н. Поликарпов — И-180 (Между делом Шавров о нем пишет: «Проектировался и строился (в замену И-16) как массовый истребитель для тех полутораста тысяч летчиков, которые должны были быть выпущены в ближайшие годы согласно выдвинутому лозунгу»[70] — таким образом, эти 150 тыс. готовились не для шакализации небес соседей, как пытается нам втереть г. Суворов, а для дешакализации небес своих[71]) — 1938—1940 гг.;

  14. Его же — И-185 — («По оценке НИИ ВВС, это был истребитель, превосходивший все истребители мира 1942 г., и притом перспективный», — пишет Шавров[72]. К сожалению, в немалой степени из-за внутренних интриг самолетостроителей, а также потому, что моторы М-71 не входили в число «неограниченных ресурсов» тов. Сталина, в серию самолет не пошел) — 1939—1942 гг.;

  15. В.М. Петляков — СТО или 100 — (прообраз Пе-2, высотный истребитель) — 1939—1940 гг.;

  16. А.С. Яковлев — Як-1 — 1940 г.;

  17. С.А. Лавочкин; В.П. Горбунов; М.И. Гудков — ЛаГГ-1, ЛаГГ-3 — с 1939 г.;

  18. А.И. Микоян; М.И. Гуревич — МиГ-1, МиГ-3 — с 1939 г.[73]

Пятнадцать конструкторских бюро разработали на сталинский конкурс на лучший истребитель. Не четыре а ПЯТНАДЦАТЬ!

Между прочим, над стратегическими бомбардировщиками работало тоже значительно больше конструкторов, чем над «Ивановым». Начиная с Туполева, Калинина, Болохвитинова, Ермолаева и прочих, кончая теми же Ильюшиным и Петляковым. И это все подробно описывает один из немногих «коммунистических фальсификаторов» удостоенных высочайшего суворовского доверия — Вадим Борисович Шавров.

Таким образом, суворовские глупые вопросы типа: «Есть ли другой самолет, на разработку которого Сталин бросил столько конструкторских сил?», просто засоряют бумагу.

Далее Суворов пишет: «А, может быть, товарищ Сталин считает, что грядущая война будет святой оборонительной войной в защиту Отечества, и потому велел создать лучший в мире истребитель который защитит наше мирное небо? Нет» (с. 45<369>). А вот и не «Нет!» Как раз — ДА! И еще какое! Но Суворову все нипочем. «Сам Сталин объяснил свое требование в трех словах — самолет чистого неба. Если это не до конца ясно, я объясню в двух словах — крылатый шакал» (с. 46). Если же и это ясно не до конца, Суворов, наверное, сможет объяснить и одним словом, что-нибудь типа — «АГРЕССОР». Если же и это не устроит придирчивого читателя, Витюха, вероятно, сумеет объяснить и вовсе без слов. Одним кукишем. А чем же еще можно обосновать сталинское выражение, когда автор не указывает никакого источника сего откровения. Ведь на собственное воображение не сошлешься...

3

«Для того чтобы зримо представить сталинский замысел, нам надо из 1936 года мысленно перенестись в декабрь 1941 года на жемчужные берега Гавайских островов. Яркое солнечное утро. Американский флот в гавани. В 7:55 в порту на сигнальной мачте...» (с. 46<370>) льет песнь наш соловушка. Фантазия уносит Суворова от опостылевшей России в бухту Перл-Харбор, где японские самураи прочувствованно бомбят тихоокеанский флот США. Вот вам краткий план-конспект дальнейших суворовских рассуждений:

«Японская воздушная армада в основном состоит из ударных самолетов — бомбардировщиков и торпедоносцев “Никадзима” Б-5Н1 и Б-5Н2» (с.46<370>).

«“Никадзима” Б-5Н — низконесущий моноплан[74], двигатель один, радиальный, двухрядный, с воздушным охлаждением, в некоторых самолетах экипаж из трех человек: пилот, штурман, стрелок. Но на большинстве только два человека... Бомбовая нагрузка — меньше тонны, но каждый удар...» — четыре дырки. «Оборонительное вооружение самолета Б-5Н относительно слабое — один-два пулемета для защиты задней полусферы... Б-5Н — самолет чистого неба, в котором самолетов противника или очень мало, или совсем нет».

«В следующих боях, когда американцы пришли в себя, когда началась обыкновенная война без ударов ножом в глотку спящему, Б-5Н себя особенно не проявил.

А при чем тут наш родной советский “Иванов”?

А при том, что он почти точная копия японского воздушного агрессора» (с. 47<370—371>).

Вот, и до любимого слова добрались — «агрессора». Всюду они ему мерещатся. Но всюду — только в краснозвездной технике. Изредка — в крестастой. И почти никогда — в самурайской. А мы взглянем шире. Окинем взором весь мир сорок первого года через суворовские очки. И что увидим? Мамочка!!! Хелп, хелп ми, плиз, спасите, SOS!!!

Важнейший признак «воздушного агрессора» по Суворову — это:

  1. Низкорасположенное крыло;
  2. Один радиальный[75] двигатель с воздушным охлаждением;
  3. Экипаж из двух, реже трех человек;
  4. Бомбовая нагрузка меньше тонны, но крупным шрифтом;
  5. Один-два пулемета для защиты задней полусферы.

А вот список стран, кроме уже заклейменных шакалоидов — Германии (кстати, не имевшей самолета, обладавшего указанными признаками), Японии и СССР, строивших перед войной эти самые «воздушные агрессоры»[76]:

  1. Великобритания строила шакала под названием «Бэттл»;

  2. Она же строила других таких же шакалов под именем «Файрфлай»;

  3. США изготовляли оных агрессоров, обзывая их при этом SB-2 «Хеллдайвер»;

  4. Те же американцы в 1939 году заказали самолет TBY «Си Вулф». Вылитый шакал! И судьба их с нашим Су-2 схожа — в серии было выпущено только 180 самолетов, после чего контракт на их производство был аннулирован, да и те, что построили, использовались лишь как учебные[77];

  5. Опять американцы в 1940 году приняли на вооружение еще одного шакала — SBD «Донтлесс». Ввиду усиленной шакалистости обладавшие недостаточной скоростью и маневренностью «донтлессы» «задолго до конца войны были выведены из боевых подразделений и отправлены во вспомогательные части». После войны остатки спихнули Мексике[78];

  6. Еще раз американцы перед войной наклепали крылатых шакалов А-17. Ничем не примечательный живогрыз, кроме, разве что, впечатляющего списка его потребителей: Швеция (102 машины, включая построенные там по лицензии), Ирак (17 машин), Норвегия (36 машин), Нидерланды (20 машин) и Перу (10 машин);

  7. От звездно-полосатых плотожорок уже тошно. Еще один шакал — SB-2U «Виндикейтор» — стал поступать на вооружение флота в 1937 году;

  8. Похоже, иные опознавательные знаки, кроме американских, летучие шакалы носят только в периоды линьки. Знакомьтесь — еще один трупоед — А-35 «Венджинс»;

  9. Мало было американцам вышеуказанных шакалов, так они еще и «эвенджеры», тоже изрядно подвывающие самолеты, к началу войны пытались ввести в строй. Прототип поднялся в воздух в августе 1941 года, но до Перл-Харбора не доспел. Однако, несмотря на свою шакалью агрессивно-внезапную подлючую природу, кучно строился всю войну;

  10. Австралия в 1939 году приняла на вооружение самолет СА-1 «Уиррауэй», обладавший всеми шакальими признаками;

  11. Польша нагло клепала летучих злодеев, именуя их «ПЗЛ-46» и «ПЗЛ-23». Не иначе, как с их помощью 1 сентября 1939 года злые пилсудчики хотели напасть на невинную Германию. Но, само собой, невинная Германия традиционным для немцев превентивным ударом...

  12. Швеция строила своего крылатого шакала ASJA Б-5. Господи, а эти-то на кого зубы точили, на датскую Гренландию, что ли?

  13. Швейцария клепала летучую вонючку С-3603. Очевидно, хотела мир поработить. Страна маленькая, горная, жизненного пространства не хватает...

    И, наконец, не имеющие собственных конструкторов и авиастроительной индустрии, но одолеваемые непреодолимым желанием пошакалить покупатели шведских живогрызущих кровососов из семейства агрессоровых;

  14. Канада. Одно из двух — или хотели оттяпать у США богатейшие лесорождения и залежи медведей на Аляске, или собирались не на жизнь, а на смерть схватиться со шведами за датскую Гренландию;

  15. Нидерланды. Такие маленькие, а аппетиты... Тюльпановый империализм зацвел махровым цветом. Непонятно только, на кого из великих держав, окружавших Голландию, они хотели напасть: на Англию, Францию, Германию, или всех троих одновременно? Одно бесспорно — это была бы самая неожиданная война в истории человечества. И самая недолгая. А Германия и тут успела проявить свой упреждающий дар.

  16. Иран. Уж это агрессор отъявленный. Само собой — полуколониальная страна просто жаждет освободиться от несколько навязчивого английского присутствия. Но, само собой, из чисто агрессивных побуждений. Таким образом, Турция, Ирак, Индия, Афганистан и СССР оказались в смертельной опасности. Осталось только одно — отучить пилотов совершать намаз в полете и лопать жирный кебаб на приборной доске.

  17. Перу. Это уже совсем... Яркий пример инкского реваншизма. В этом случае франкистская Испания должна дорого заплатить за былые прегрешения.

  18. Аргентина. Все. Остаются только самые бредовые варианты: Чили мочить. Или начать агрессивную войну против антарктических пингвинов на почве классовой ненависти и чувства расового превосходства, а также захватническую кампанию против Южного полюса с целью экономической блокады Соединенных Штатов — без кубика льда в кока-коле вся ихняя цивилизация просто завянет и испарится, как вчерашний суп в пустыне Невада.

Вот такие пироги. Вернее, вот такая у Виктора Суворова логика. Если взять «сухой остаток» от всей суворовской мути, останется следующее построение:

  • В СССР и в Японии, а также во многих других странах, о чем Суворов умалчивает, в одно и то же время создаются самолеты с похожим внешним видом и сходными тактико-техническими характеристиками.

  • Япония, одна из толпы этих стран, однажды применила свой самолет во внезапном ударе.

  • СССР, выпустивший далеко не самую большую серию «агрессоров», готовился непременно и именно к проведению внезапного удара.

И где тут смысл?

А вместе с тем Япония начала работу над Б-5Н в 1936 году, а планирование внезапного удара против США в Перл-Харборе японский генштаб начал никак не раньше 1940 года. Так они что — просто угадали, какой самолет им нужен? Или это, или опять что-то происходит «задним числом». Вот только что — японское планирование, или, извиняюсь, ваша писанина? Ладно.

Короче говоря, если с суворовскими мерками подходить к авиации тридцатых—сороковых годов, то самолетом-агрессором можно объявить любой палубный самолет, который, взлетая с узкой и короткой палубы авианосца, чисто физически не мог быть другим, или любой ближний бомбардировщик (каким и был Су-2 и его иностранные родственники). Кстати, исчезли Су-2 и «Никадзима» вовсе не потому, что были как-то особо «шакалисты», а потому что «Никадзима» просто морально устарел и был явно не ровня американской палубной авиации, а фронтовой штурмовик Су-2 был заменен на более современный и удачный Ил-2.

4

Однако вернемся к нашим «шакалам».

С помощью своей фирменной методики Суворов всеми силами пыжится создать у читателя ощущение, что над «Ивановым» работало дикое множество советских конструкторов: «Каждый конструктор, независимо от своих конкурентов...», «всем конструкторам поставили задачу...» (с. 48<372>), «некоторые конструкторы ставили... таких поправили... некоторые прикрывали... их поправили...» (с. 49<372>). Но мы-то с вами уже знаем, этих страшных бесчисленных «их» было всего четверо. Но раз Суворов не может свои вопли доказывать, приходится лишь возбуждать подозрения читателей: а вдруг и вправду?..

Вся история создания трех, но от этого не менее бесчисленных, «Ивановых» переврана со знанием дела, профессионально. Начнем с того, что конструкторам никогда не ставят задачу в форме: «создать инструмент для определенного вида работы, для той самой работы, которую через несколько лет будут делать японские самолеты в небе Перл-Харбора» (с. 48<372>). Конструкторов просят построить «низконесущий моноплан, двигатель один, радиальный, двухрядный с воздушным охлаждением» (с. 48<372>), предназначенный для ближней разведки и штурмовки — технические требования к самолету, как правило, задаются военно-воздушными силами. Поэтому все самолеты «Иванов» и были похожи друг на друга!

Но Суворов, крича совершенно банальную истину, что конструкторам задали одну задачу, и тут умудряется вставить свое могучее слово об агрессии. Дальнейший текст так изобилует наглой ложью, что приходится разбирать его по пунктам:

  1. «Некоторые конструкторы ставили на опытные образцы по две огневые точки: одна — для защиты задней верхней полусферы, другая — задней нижней. Таких поправили — обойдемся одной точкой, заднюю нижнюю полусферу защищать незачем» (с. 49<373>). Наглая ложь — огневой точки вниз-назад не было только у «Иванова» И.Г. Немана, а Сухой и Поликарпов пулеметы для обороны задней нижней полусферы предусмотрели, и ни на поликарповском самолете, ни на Су- 2, серийном «шакале», никто их не убирал[79]. Так с ними всегда и летали.

  2. «Некоторые прикрывали экипаж и важнейшие узлы броневыми плитами со всех сторон. Их поправили: прикрывать только снизу и с бортов» (с. 49<373>). Снова ложь, но на этот раз в другую сторону, — все три[80] авиаконструктора с «крыши» свои «Ивановы» не бронировали. Кстати, опять бронирование со всех сторон — в шар, что ли, бронированный летчиков запихивали, а потом запаивали под звуки национального гимна в траурном звучании и желали удачного полета по приборам? Очень живо себе представляю.

  3. «Павел Сухой свой “Иванов” сделал цельнометаллическим. Попроще — сказал чей-то грозный голос. Попроще. Крылья пусть остаются металлическими, а корпус можно сделать фанерным. Упадет скорость? Ничего, пусть падает» (с. 49<372>). Как это — «упадет»! Куда? Ведь мы поставим более мощный двигатель М-87А взамен М-62[81]. Кстати, серийные «Ивановы», они же — Су-2, летали на разных типах двигателей — М-82, М-88 и М-88Б. Но о серии Су-2 с М-82 Шавров говорит весьма скупо: «был вариант Су-2 с М-82 в 1400 л. с.»[82]. Двигатели М-82 использовались лишь на одной из трех версий сталинского «шакала», и суворовские как всегда голословные утверждения о готовности советской промышленности «выпускать в любых количествах двигатель М-82, который предназначался для Су-2» (с. 117<432>) есть ничто иное, кроме как обычная суворовская путаница с техникой[83].

  4. «Некоторые конструкторы предлагали экипаж: из трех человек: летчик, штурман и стрелок. Опять одернули: хватит двоих...» (с. 49<373>). Вранье! Двухместность «Иванова» была предусмотрена условиями конкурса, так что все машины были двухместными изначально. И то правда — на самолетах небольшого радиуса действия роль штурмана выполняет пилот или стрелок, на бомбардировщиках побольше, типа СБ, штурман уже присутствует, но одновременно он выполняет роль бомбардира, а на «Иванове» зачем ради 600 кг бомб бомбардира возить?

Такой вот, так сказать, БРЕД!!!

5

В виде заключения Виктор ляпает, что возможности «Иванова» и «по нанесению внезапных ударов по аэродромам резко превосходили все то, что было на вооружении любой другой страны» (с. 50<373>). На самом деле, по весьма остроумному замечанию уже цитировавшегося военного эксперта С. Григорьева, «какой бы вид боевых действий вы ни планировали — наступление, оборону, встречный бой или паническое бегство — легкий бомбардировщик (штурмовик), действующий на малой высоте над передним краем по заказам пехоты, вам необходим.... Кстати, с 1934 по 1939 год (время разработки Су-2) удельный вес легкобомбардировочной, штурмовой и разведывательной авиации в советских ВВС снизился с 50 до 26%, что прямо противоречит тезисам Суворова. Пресловутых Су-2 выпустили немногим более 800. Невнимание к армейской авиации было ошибкой — в первые же дни войны таких самолетов потребовалось очень много»[84], о чем, кстати, сам Суворов на странице 205 своего опуса указывает. И, кстати, не надо думать, что выпуск Су-2 с началом войны прекратился — их серийно строили до 1942 года включительно. Но — всему свое время.

Вот так заканчивается Витькин вой о советских агрессивных самолетах. Напоследок — небольшая шутка. Су-2 начинал проектироваться в КБ А.Н. Туполева, а потом был передан в выделившееся из него молодое КБ П.О. Сухого. Это отразилось в народном творчестве следующим образом: бесконечно любимый (по Словам Суворова) летчиками самолет, именовался ими «Ни Ту, ни Су»[85].

Кстати, начитавшись литературного наследия Вити Суворова, невольно начинаешь смотреть на историю через большую лупу, тщательно ища двойное, а как правило, и тройное дно. Так давайте и посмотрим на события декабря 1941 года через суворовские очки и со стороны стран «оси». Итак, «жемчужные берега Гавайских островов. Яркое солнечное утро», дубль два.

Ой! Мамочка! Мамуля! Маманя! Я вижу свет! Причем невооруженными глазами. Да, все было вовсе не так, как пели нам «коммунистические историки»!

Нам не кажется, что сама идея о том, что крошечная Япония, намертво завязшая в огромном Китае и судорожно пытающаяся при этом не дать задохнуться своей экономике от нефтяного голодания, и граничившая с севера с грозным СССР, могла агрессивно напасть на пресыщенного гиганта — США, с его огромными капиталами, самой мощной промышленностью планеты, огромным населением, неуклонно растущим политическим влиянием и немалыми ресурсами, — это все миф, срочно нуждающийся в разоблачении? Да мы сейчас все расставим на свои места. Нас Суворов научил.

Здесь, дорогие мои читатели, я хочу показать вам механизм запутывания логической цепочки, которым очень часто, наверняка прибегая к помощи профессиональных психологов, пользуется профессиональный предатель.

Инструкция по прочтению:

  1. Сначала, не тормозя, прочитайте текст, не заглядывая в сноски.
  2. А потом прочитайте его помедленней, и со сносками.

И помните, что товарищи типа Суворова таких сносок не поставят.

Поехали!

***

Июль 1941 года. После долгих колебаний Япония вводит свои войска в Индокитай, помогая местному населению в справедливой освободительной борьбе против колонизаторов[86]. В обмен на помощь в обретении независимости, японцы надеются[87] получить взаимовыгодный торговый обмен: аборигены дают японцам возможность разрабатывать их нефтяные месторождения, а японцы в ответ — насыщают их рынок своими доступными товарами[88]. Японские компании создают в Индокитае рабочие места для местных жителей, решая тем проблему безработицы. Индокитай превращается в маленький счастливый дальневосточный Кувейт. Благодаря японской помощи, свободный от западных угнетателей Индокитай быстро модернизируется, превращаясь из отсталого, полуфеодального региона, где массовый голод соседствует с ужасными эпидемиями[89], в развитое, цивилизованное общество[90], без страха смотрящее в XXI век[91].

Однако кое-кому на далеком Западе пришлось не по нраву то, что народы Дальнего Востока и, в перспективе, всей Азии, освободившись от колониального гнета, будут сами решать, как им жить[92]. У этих господ слова не расходятся с делом. Нет, они не напали на Японию, как им, несомненно, очень хотелось[93]. Они решили скомпрометировать молодую азиатскую демократию, оставить ее в международной изоляции, поставить ее в такое положение, чтобы ни одна страна мира не помогла ей в трудной ситуации, чтобы все считали Японию агрессором.

Это был ловкий, изумительный по своему коварству ход. Мировая история знает немало примеров крупных предательств, но подобного еще не было нигде и никогда[94]. В мраморных залах Белого дома, в гулких коридорах Пентагона, в прохладных коридорах Сената зрел простой, но коварный замысел: спровоцировать Японию на ненужные ей захваты, лицемерно возмущаясь вместе со всем миром, создать себе дутую славу миротворца, а потом, дождавшись того момента, когда оболганная перед миром Япония, окончательно увязнув на Западе, окажется неспособной к войне на втором фронте, ударить ей топором в спину[95]. Это будет молниеносная война безо всякого сожаления — старики и дети, женщины и инвалиды, никому не будет пощады в ходе насильственной американизации новых земель[96]. Вековые традиции, культурное наследие предков, древняя культура — все рухнет под ударами солдатских сапог. А потом — что ж, победителей не судят...

Повторяю[97], план был гениально прост[98]. Для его исполнения достаточно было задушить японскую промышленность — заморозить поставки жизненно важных ресурсов на острова. Что и было сделано американцами в 1941 году. Они заморозили все японские заводы на своей территории (для всего Тихого океана США были главным банком) и перекрыли японцам нефтяную аорту, оборвав перевозку нефти на Японские острова, принудив к тому же Англию (а с ней — нефть Ближнего Востока[99]) и Голландию (а с ней — нефть Индонезии), оставив Японию за бортом мировой торговли нефтью. Вся Япония — четыре более-менее крупных острова, на которых нет ничего, кроме скал и вулканов. Без подвоза сырья вся страна может просто умереть с голода[100]. «Торговать, или умереть» — вот извечный лозунг японской экономики. Это написано в каждом учебнике истории[101].

Сотрясаемая конвульсиями рукотворного экономического кризиса и терзаемая нефтяным голодом[102], Япония просто вынуждена будет искать жизненно необходимые ресурсы у соседей. Вот тут и настанет подходящий момент — любую внешнеполитическую акцию японцев можно смело объявлять агрессией. Так же, как можно считать агрессией, мольбу умирающего от жажды в пустыне дать ему воды. Мимо идут зажравшиеся иностранные туристы. Он бросается к ним, крича во все горло, а его срезают из револьвера[103].

Задыхаясь без притока сырья, Япония действительно напала на соседей, а США тут же протрубили на весь мир о дикой агрессивности японцев. Я листал, газеты тех дней, пусть те, кто знает, поддержат меня[104] — все о войне, но ничего о причинах, ее вызвавших[105]. В кинотеатрах всего мира появляется сведенное ненавистью лицо японского самурая. Это Голливуд, главная фабрика лжи, кует в умах и сердцах простых людей по всему свету образ японца-хищника, японца-убийцы, японца-людоеда. Толпа на улице не могла понять смысл начавшейся волны публикаций о японских преступлениях[106], а американские вояки уже готовят следующий этап своего замысла: новейшие авианосцы ВМС США тайно по одному перебрасываются на передовую базу американского флота — Перл-Харбор[107].

Чтобы понять значение этого факта, обратимся к истории. В 1939 году Германия начала Вторую мировую войну, не имея ни одного авианосца. СССР, одна шестая часть света, индустриальный гигант с неограниченными ресурсами и самыми большими морскими границами в мире, начал строить авианосцы лишь в восьмидесятых годах[108]. Великобритания, уже три столетия общепризнанная владычица морей, ведущая напряженную борьбу с немецким флотом, имеет лишь семь авианосцев[109], Франция имеет лишь один, а «нейтральные» США строят мощнейший авианосный флот, а также модернизируют авианосцы устаревших моделей.

Авианосец — дорогое удовольствие. Гитлер страстно мечтал иметь хотя бы один свой авианосец. Имей он его в 1940 году, быть может, битва за Англию закончилась бы совсем по-другому[110]. Авианосец стоит многие миллионы долларов. Но с его постройкой расходы не заканчиваются. Нужно произвести до сотни самолетов, чтобы его оснастить, нужны деньги, чтобы его ремонтировать и держать в боевой готовности. Например, посадка самолета на авианосец — сложное дело, пилоты палубных машин должны постоянно летать, чтобы не потерять свои навыки, иначе ущерб от неумелой посадки будет огромен. Можем ли мы представить себе, чтобы американцы, чьи расчетливость и прагматизм вошли в поговорку, строили авианосцы просто так, «про запас», не предполагая в ближайшем будущем их использовать?[111]

Наиболее громким политическим лозунгом времен начала Второй мировой войны в США был лозунг «изоляционизма». Внешне все было вполне благопристойно: мы — люди простые, нам чужого не надо, мы у себя, в Америке живем, а что снаружи делается, — знать не знаем, и знать не хотим. Все это американские политики без устали повторяли с высоких трибун. Весь мир этому верил[112]. Но никто не знал, что под прикрытием «изоляционизма», американские авианосцы потихоньку сосредотачивались на Перл-Харборе.

А для чего нужны авианосцы? Может, они нужны для обороны своих берегов от японского нападения? Но ведь тогда гораздо проще располагать свои самолеты на береговых аэродромах. Ведь что такое обычный аэродром? Это бетонная площадка для взлета и посадки (а то и просто — поле), пара ангаров и будка диспетчера. Стоит все это — копейки. И не надо тратить миллиарды долларов американских налогоплательщиков на постройку и содержание плавучих гигантов, не надо обучать команду и тратиться на высокое жалование высококвалифицированному техническому персоналу и офицерам-специалистам с образованием, равным университетскому[113]. Не надо без конца отрабатывать сверхсложный взлет с катапульты и ювелирную посадку на качающуюся палубу. Штурману не надо изучать ориентирование по солнцу, по звездам и по приборам — для полетов над сушей достаточно сличить карту с местностью под крылом. Морской и сухопутный летчик — это как ювелир и слесарь[114]. И тот, и другой делает, в сущности, одну и ту же работу, но за разные деньги. В оборонительной войне ювелиры не нужны. Если бы США готовились обороняться, нужно было бы перевести авиацию на обычные аэродромы, упростить программы подготовки пилотов и штурманов, заказать конструкторам более дешевые, легкие и простые самолеты без крюков для зацепления за трос, протягиваемый через палубу для торможения совершающей посадку машины, и без механизмов для складных крыльев. Строительство дорогих и бесполезных для обороны авианосцев нужно было бы прекратить, а те, что уже построены, не отправлять невесть куда — на острова посреди Тихого океана, а загнать в порты Сан-Франциско или Лос-Анджелеса, чтобы в случае войны города оборонять, или держать неподалеку от своего берега[115]. Но делалось прямо противоположное!

Существующие сухопутные аэродромы взрывались и засыпались землей[116]. Строительство авианосцев продолжалось форсированными темпами. Летные училища готовили пополнения морских летчиков. Заводы и конструкторские бюро разрабатывали новые проекты палубных самолетов. Что это были за самолеты?

Испокон веков считалось, что оружие — это оружие, и ничего нового тут открыть нельзя. Когда-то так думал и я. Но профессиональный разведчик В. Суворов, выпустивший не так давно историческую книгу «Ледокол», произвел переворот в военном деле[117]. Он считает, что оружие может быть агрессивным и неагрессивным[118], и приводит основные черты, отличающие самолет-агрессор от самолета-защитника. Эти черты просты и понятны: низконесущий моноплан[119], двигатель один, радиальный, двухрядный с воздушным охлаждением, экипаж из двух-трех человек. Бомбовая нагрузка невелика, но каждый удар — в упор. Легкий бомбардировщик, по виду, размерам и летным характеристикам больше похожий на истребитель. Только лишь одна (в крайнем случае — две) оборонительная огневая точка — единственная оборонительная деталь в этом крылатом шакале[120]. Справедливости ради, надо сказать, что некоторые страны тоже выпускали схожие машины. Но ни в одной стране их выпуск не достигал таких астрономических масштабов[121], как в США. Вот они, два брата-близнеца: «Хеллдивер» и «Эвенджер». Названия злые, недобрые. «Адский пикировщик». «Мститель». Откуда столько злости и агрессивности в самой «нейтральной» стране мира?[122] Кстати, интересная деталь — официально «Эвенджер» поступившим в армию после начала войны, был «Мстителем» за Перл-Харбор. А я подумал вот о чем. Самолет, прибыл в войска вскоре после японского нападения. Но производить, и, тем более, проектировать их, как ни крути, начали ДО ВОЙНЫ![123] Кому же хотели мстить звездно-полосатые демократы, на словах певшие о мире, а на деле строившие все новые и новые легионы самолетов-агрессоров? Название «Мститель» самолету-агрессору было придумано империалистами задним числом, после того, как японцы, раскусив их планы, решив не дожидаться вторжения, ударили первыми. Как назывался он в действительности? «Акула»? «Полосатый Дьявол»? «Тиранозавр Сэм»? Этого мы никогда не узнаем[124].

Наивный читатель[125] отмахнется — а, мол, вранье, сказки. В Америке лобби пацифистское, Конгресс изоляционистский, да эмигрантов-японцев в штатах западных полно — не пойдет Америка с Японией воевать[126]. Зачем, мол, Америке воевать, если они в Первую мировую почти все время за морем сидели, да на поставках наживались, богаче всех под конец стали?[127] Зачем империалистам своих сынков на бойню слать, когда им и без нее жутко выгодно?[128] Продажные историки так всем и говорят — невыгодно, мол, а мы и верим. Но никогда эти историки не расскажут вам, что готовилось под завесой этого радужного псевдомиролюбия[129]. Американские архивы закрыты, причем, закрыты, несмотря на то что с начала войны прошло полвека.

Однако приготовления были настолько титаническими, что скрыть их гигантский размах было невозможно. И крупицы истины доходят до нас окольными путями[130]. Советский Союз пал, архивы его раскрылись, и мы видим: вот документ № 139 — Секретное донесение аппарата военного атташе посольства СССР в Японии о подготовке США к войне с Японией от 29 ноября 1940 года. Читаем:

«Американский военный атташе сообщил, что 10-я пех[отная] дивизия убыла в Китай и сейчас участвует в операции [в] районе реки Нан. Американский военно-морской атташе через его помощника передал Егорычеву схемы береговой обороны Японии и сказал, что они сейчас работают над разработкой плана бoмбардировки Японии»[131].

Это — ноябрь 1940 года. До «коварного» нападения на Перл-Харбор еще больше года. Америка не знала об этом нападении, но почему-то разрабатывала планы бомбардировки Японии[132], и это документально подтвержденный факт. Зачем американцы готовились смести с лица земли японские города? Вы скажете — так этого не было! Я отвечу — было! В Хиросиме и Нагасаки в 1945 году[133].

Понимая, что нападение американской армады неизбежно, японцы решили нанести упреждающий удар. Планирование такого удара началось в 1940 году, и японский генштаб осознал, что для того, чтобы такой удар был успешным, необходимо привлечь основные силы авиации и флота. Этот удар был настоящим самоубийством — Япония, крошечная островная страна, чьи вооруженные силы к тому моменту окончательно увязли в Китае, имеющая врага в лице могущественной Британской Империи[134] и не слишком надежный пакт с СССР на севере[135], не могла надеяться на успех в войне против огромной материковой державы[136].

Японцы пытались уладить дело миром. Они понимали всю безнадежность своего положения и поэтому проявляли удивительное терпение в переговорах с жаждавшими войны американцами. Посол США в Японии мистер Грю доносил государственному секретарю о настроениях в Токио во время американо-японских переговоров:

«В течение последних дней я беседовал с различными видными деятелями Японии[137]. Большинство из них, кажется, уже знакомо с положениями проекта последних предложений госдепартамента, а некоторые, по-видимому, беседовали с министром иностранных дел. Реакция преимущественно пессимистическая. Подчеркивался непримиримый “тон” предложений и трудности сближения американской и японской позиций. Однако, все они, видимо, желают продолжения вашингтонских переговоров[138]».

Таким образом, США оказались в беспроигрышной ситуации: они поставили японцев в невыносимые условия и устроили по этому поводу переговоры. Не смогут японцы этого стерпеть — пожалуйста: они виноваты в срыве переговоров, а значит, США могут обвинить их во всех смертных грехах и смело начинать войну. А если стерпят, что же — их страна обречена на постепенное угасание. Немецкий отставной генерал Типпельскирх, которому далекая Япония в 1941 году виделась не через лаковое окошко голливудской кинопропаганды, а сквозь скупые разведсводки обширной немецкой резидентуры, пишет:

«Когда стала ясна бесперспективность этих переговоров, японцы предпочли начать войну, чем смириться с медленным, но верным удушением своей экономики»[139].

Одного не учли американские агрессоры — свободолюбивого, дерзкого и решительного маленького, но гордого японского народа.

То be continued...[140]

Соответственно, теперь возвращайтесь к началу пассажа, и читайте тот же текст, заглядывая в сноски (если, конечно, вы это уже не сделали).

***

Что, кого еще оправдаем? Кому еще из захватчиков двадцатого века индульгенцию пропишем? Кто у нас еще остался из осужденных, а? Генерал Пол Пот?[141] Усама бен Ладен?[142] Генерал Мобуту?[143] А может быть, во Второй мировой войне вообще евреи виноваты? Самим фактом своего существования. Не было бы евреев — не было бы НСДАП?

Пожалуйста. Нам совсем не трудно. Тем более, что вышеизложенный отрывок текста не более и не менее доказательный, чем любой из «научных» трудов г. Суворова, был написан мною за один вечер, причем, совершенно не напрягаясь, как говорится, «между чаем». Так что строчить сувороидные околонаучные откровения, оказывается, — крайне легкие деньги. Да к тому же это просто весело — издеваясь над читателем, подсовывать ему одну полуправду за другой, подыхая от смеха в предвкушении благоговейного ужаса, охватывающего неподготовленного адресата сих откровений.

Вы, наверное, заметили, как гражданин Суворов все время упирает на чувства — негодования, выкрики и сердешные стоны? Знаете, почему? Потому, что «народ хочет, чтобы побольше обращались не к его интеллекту, а к его чувствам. Наши образованные люди слишком часто забывают об этом». Знаете, кто сказал? Йозеф Геббельс. И был прав. Образованные люди об этом забывают действительно слишком часто. А вот Виктор Суворов очень хорошо помнит своих классиков.

Граждане! Господа! Люди! Не клюйте вы на жареное!!! Не гоняйтесь за сенсациями!!! Подлинная история очень от них далека. А то опять выяснится, что вас злобно надули, что и пытался сделать Суворов с каждым своим читателем в этой главе.

Он пытался создать впечатление, что «крылатых шакалов» строила вся страна. Мы видели, что это не так.

Он хотел доказать, что Су-2 есть особый, «агрессивный» (в отличие, видимо, от неагрессивного, коли такое бывает) самолет, состоявший на вооружении исключительно для внезапного нападения. Ему это не удалось.

Он хотел предъявить особые, выдающиеся (но только при внезапном нападении), летные характеристики этого самолета. Но без сравнения с самолетами других стран все его доводы — пустой треп.

А теперь решайте, неужели вся глава есть следствие нечаянной роковой ошибки ее слишком наивного автора? Или это все-таки хорошо продуманная и тщательно выверенная им ложь?


Примечания

67. Гораздо подробнее и, вместе с тем, неизмеримо короче весь эпизод «про Иванова» изложен в книге: Яковлев А.С. Цель жизни. Записки авиаконструктора. С. 179.

68. Шавров В.Б. История конструкций... 1938—1950. С. 46.

69. Вспоминая сказы Суворова про Хмельницкого и Голованова, хочется применить тот же метод к описанному «конструктору» Сильванскому: он ведь тоже хотел выслужиться, и знал, на чем к товарищу Сталину можно подкатиться. Если бы Сталин сделал «ставку в будущей войне» на «крылатого шакала», то Сильванский, по суворовской логике, стал бы конструировать именно такой самолет. Но раз этого не произошло, значит перед Сталиным гораздо проще было выслужиться как раз истребителем.

70. Шавров В.Б. История конструкций... 1938—1950. С. 61.

71. Вот так задолго до выхода ваших бредней злые «кремлевские историки» «задним числом» придумали вам опровержение.

72. Шавров В.Б. История конструкций... 1938—1950. С. 66.

73. Все данные и конструкторские сплетни взяты из «Истории конструкций самолетов в СССР 1938—1950 гг.» В.Б. Шаврова.

74. Что же он так «низко несет»? Не свою ли часом «плановость»? Вообще-то такая схема называется «низкоплан», а вовсе не то, чем вы выделываетесь перед читателем. Уж заодно, в самых общих чертах: самолеты по расположению крыла делятся на высокопланы (к примеру, МиГ-25, Ме-223), среднепланы (Ту-16, Do-217), низкопланы (Ту-22М, Ил-2), а также полуторапланы и бипланы (Ан-2, И-15), у которых практически всегда крылья расположены одно над другим. Так что в сувором термине «низконесущий моноплан» содержится тавтология — если уж он «низконесущий», то есть, крыло проходит через фюзеляж снизу, значит, о втором крыле речи нет «по определению», оно у самолета одно, и уточнение «моноплан» излишне. Или тогда Ан-2 мы должны будем называть «высоконесущий-низконесущий биплан». А представьте себе, как тогда Суворову придется именовать триплан? Были ведь и такие, например, немецкий истребитель Fokker Dr. 1 времен Первой мировой... Две плоскости у него располагались сверху и снизу фюзеляжа, а третья — на стойках над ним.

75. В просторечии (когда не умничают) — звездообразный.

76. Далеко не самый полный.

77. Самолеты Второй мировой. С. 93.

78. Там же. С. 116.

79. Шавров В.Б. История конструкций... 1938—1950. С. 49.

80. Про не достроившего свой самолет Григоровича Шавров подробных сведений не дает. Про остальных см.: Шавров В.Б. История конструкций... 1938—1950. С. 44—49.

81. Шавров В.Б. История конструкций... 1938—1950. С. 48.

82. Там же. С. 50.

83. Знатоки могут меня поправить, сказав, что в 1942 году серийно выпускалась модификация Су-2 — Су-4 с двигателем М-82 (снова к вопросу о ненужности шакалов в оборонительной войне). Однако, этот самолет проектировался под М-90 мощностью 2100 л. с., в чем и должно было состоять его главное отличие от своего шакалистого предка. Но сказались традиционные проблемы советского авиамоторостроения — М-90 так и не довели. Пришлось ставить М-82. С. 51

84. Григорьев С. О военно-технических аспектах книг В. Суворова. С. 17.

85. В.В. Емельяненко, летчик-штурмовик, воевавший помимо других самолетов и на Су-2, на вопрос о том, как он оценивает этот самолет ответил: «Плохо, летающая цистерна. Он горел как спичка [...] На нем и воевать-то было нельзя фактически. Они и погорели быстро. В крыльях баки! У “илов” в крыльях не было. Стоял сзади высокий бак, за спиной летчика — 700 литров, и 300 литров бак — под ногами. С боков все закрыто броней». См.сайт: «Я помню».

86. А чем она-то от них отличается? Те же войска, в ту же страну с той же целью — похозяйничать. Но, благодаря использованию двойного стандарта: одни — колонизаторы, другие — освободители, у читателя создается ощущение, что теперь в «освобождаемой» стране наконец-то начнется счастливая жизнь.

87. И, не дай бог, местное правительство не уважит эти надежды: войска-то в стране имеются только японские!

88. Картина замечательная, не так ли? Знаете, как это все называется? Полуколония! Японцы этим убивают сразу двух зайцев: беззастенчиво выкачивают все ресурсы из страны по произвольно назначаемым ценам, и получают новый рынок сбыта своих, возможно, далеко не самых лучших и необходимых товаров, на котором они, являясь монополистами, опять же сами назначают цены. Бояться нечего — конкуренты Японии в оккупированную японцами страну не сунутся. А сунутся — целыми не уйдут. Зато какие красивые слова!

89. Это «вопли». Так я называю эмоциональные, малообоснованные и не относящиеся непосредственно к делу высказывания. Слова «голод» и «эпидемии» — ходульный стереотип. Эпидемии в странах с широтой Индокитая действительно нередки, но на деле вовсе не так часты и далеко не так масштабны, как рисует это зарвавшееся воображение читателя, в основе которого лежат только общие стереотипы. Вот у нас, к примеру, каждый год — эпидемия гриппа. Что, катастрофа? А то, что при японцах голода не будет — большой вопрос. К тому же колонизаторы делали примерно то же самое, хоть со скрипом, но зато без войны.

90. Опять вопли. Слова «развитое» и «цивилизованное» имеют исключительно расплывчатое значение и не обозначают ничего особо конкретного. Их «цивилизованная развитость» может заключаться в наличии собственной мощной промышленности и независимого демократического правительства, действующего в интересах своего народа (при отсутствии воинствующего национализма), так и в полном экономическом подчинении страны, из которой бесстыдно качают все возможные ресурсы, а цивилизация видна только в двух центральных городах, населенных исключительно иностранцами и их прислугой. Смотри на Южный Вьетнам и докастровскую Кубу. Правительство тоже демократическое — его единогласно выбрали сами жители: треть куплена за похлебку или выпивку, треть — за деньги, треть притащила на выборы военизированная полиция. Но бюллетни-то они сами кидали, поэтому демократия.

91. Показывая свою глупость, поскольку ничего хорошего этот век ему не принесет. Это — одна из привычных суворовскому читателю эмоциональных фраз, ничего не значащих на деле и не имеющих ничего общего с исторической наукой.

92. Вероятно, посредством Японии. Автор сознательно умалчивает о том, что колониальный гнет никуда не делся, просто колония поменяла хозяина. А так — все написанное есть сущая правда. Вопрос лишь в том, с какой стороны на нее посмотреть...

93. Совершенно безапелляционное утверждение, ничем не доказанное. Но еще с поздней античности (автор — Тертуллиан) известен принцип — «верую, ибо абсурдно», он работает и здесь. Главное — уверенный напористый тон и вид знатока и эксперта, с которым неподготовленному читателю невозможно вступить в полемику. Вот так ляпнул, и поди докажи, что нет.

94. Снова вопли. Где же предателеметр? Как оценить степень предательственности того или иного предательства? Кто предательственней — Курбский или наш лысый друг Суворов?

95. Никакой замысел, конечно, не зрел, тут главное — уверенность. Уверенность очевидца, если не автора тех событий. Как будто своими глазами видел эти залы, эти коридоры, этих сенаторов. Если остановиться и вдуматься — детская сказка. «Посадил дед репку. И выросла репка большая-пребольшая...» — никаких доказательств не требуется по определению, жанр такой. А если читать подряд, без остановки, на одном дыхании — новое слово в истории, переворот в мировоззрении.

96. Снова вопли. Нужно напугать читателя для того, чтобы он вслед за автором осудил кого надо, не рассуждая. Не надо отвлекаться на такие «красные тряпки» под носом. Кому не будет пощады? Старикам? Женщинам? Детям? А, может, они еще и сусликов с полей к стенке поставят? При чем тут это? И чем это доказано? Да и было ли это вообще? А если нет, то к чему смаковать ужасы не существовавших убийств? Смотрите Ф. Крюгера.

97. Повторение — мать учения. Неоднократные повторы помогают восприятию лжи автора. Первый раз — не может быть. Второй — ну, допустим. Третий — что-то в этом есть. Четвертый — похоже, он не врет. А пятый...

98. А уж это — классический элемент подобных работ. План всегда прост. Иначе до читателя может не дойти. Иначе доказывать придется много и сложно — так и провраться можно. А кроме того еще один момент под кодовым названием «Голый король»: если ты не понимаешь, подчас на деле витиеватой авторской логики, — то ты дурак. Или «коммунистический фальсификатор».

99. Спекуляция на распространенных стереотипах. Это сейчас Ближний Восток в сознании простого человека — синоним слова нефть. А в тридцатых годах, нефть в том регионе масштабно разрабатывалась только в Южном Иране, Ираке и Кувейте.

100. Это верно. Как ни странно, верно. Это один из моментов, когда фальсификатор, для прочности своей словесной конструкции, опирается на реальные факты. Тем не менее, все построение в целом — ложь. Вернее полуправда, что, примерно, одно и тоже.

101. Апелляция к, может, когда-то и известному, но сейчас большей частью забытому школьному курсу. Расчет делается на то, что, устыдишись своей «темноты», никто в этот самый учебник не полезет. Применительно к этому случаю следует сказать, что лозунг совершенно реальный. Но если вы залезете, в учебник (а еще лучше — в серьезную монографию), то обнаружите там тысячу и один факт совершенно противоположного свойства. Не стыдитесь заглядывать в учебник!

102. Наглядность. Хорошо воздействует на воображение, когда не хватает конкретных фактов. Нормальный исследователь приведет хотя бы разницу между необходимыми экономике ресурсами, и тем, что было получено в реальности, чтобы каждый мог убедиться в его правоте сам. И со сноской.

103. Красочная театрализованная постановка с гримом, либретто, костюмами, аксессуарами и фейерверком. Гремучий гибрид «воплей» и «наглядности». Запоминается легко, действует безотказно. Он умирает, а его из револьвера... Ух! Вот ведь!!! А? Вы подумайте... Ишь ты! Надо же? Вот ведь, гады... Фашисты, сволочи... Ну, я их... И еще сто тысяч таких же, ничего не значащих, но не менее крикливых реплик крайне эмоционального содержания. Снова читателя пытаются заставить, не рассуждая, встать на сторону автора, отвлекая его внимание от сути рассуждений.

104. Или не поддержат. Или высмеют. Или подсвечниками... Но простой читатель, видя эту наглую уверенность автора в своей правоте, решит, что если он так уверен в себе, то уж точно знает, о чем говорит, и не врет. Апелляция к несуществующим авторитетам.

105. Прямая ложь. Ничего он не смотрел. Вернее, конечно, смотрел. И видел, что там плескается море разливанное фактов, свидетельствующих против него. Но их он аккуратно обошел стороной. А из моря, перебрав его в двух-трех местах, он вытянул эпизодические подтверждения своих идей. Или даже просто факты, им не противоречащие. И с уверенной миной вам предъявил. И нагло говорит — там все такие. И ему верят.

106. Тонкая игра на человеческой индивидуальности. Кто из нас захочет расписаться в том, что он один из толпы? Никто не хочет считать себя обманутым бараном. Потому такими и оказываются. Пробуйте правду на зуб.

107. И о чем это говорит? О том, что США хотят уничтожить Японию? Или о том, что американцы дорожат Гавайями? А может, они и не хотят узнать о японских бомбах, когда они уже на них сонных падать начнут? Просто хотят встретить врага на дальних рубежах. А перебрасывались ли? Не лишним ли было бы сначала посмотреть, сколько их построено, когда они прибыли, что из себя представляли? А если совсем наоборот? А если прибывали, но не так уж много? А если много, то кто им противостоял?

108. Подтасовка. Приписывание необходимости авианосцев двум сухопутным державам. Германия не имела ни одного авианосца, однако это ей нисколько не помешало завоевать пол-Европы. Если бы Гитлер всерьез захотел взяться за Англию, то авианосцы бы он построил. Просто, имея за собой Урал и Донбасс, это можно было сделать, не заставляя немцев питаться клеевым концентратом. А гигантская морская граница СССР на 60% с одними белыми медведями (разумеется, отсутствие необходимости иметь в Северном Ледовитом океане сильный флот относится только к сороковым годам, теперь атомная подводная лодка вероятного противника в наших северных водах — вещь недопустимая).

109. Подтасовка. Когда общепризнанная? В XIX веке? А в XX веке? Уже не совсем. Например, на Вашингтонской конференции 1922 года Англия была только рада сократить свой ВМФ за счет старых кораблей, содержать которые она просто не могла.

110. Ага. Или потопили бы его прямо посреди Ла-Манша. Война вообще штука мало предсказуемая.

111. Спекуляция на стереотипах. И что? У них ВВП был первый в мире. Вот и не хотели, чтобы кто-то к ним пришел и это прекратил. И могли себе это позволить.

112. Модное пинание былых авторитетов. Не модно — неверно. «Коммунистические историки врали нам о начале войны — значит, они не могут сказать ничего правдивого о начале войны» — прискорбная формула обывательского сознания. По-своему логичная. А кто может? Перебежчик, окопавшийся при центре антироссийской пропаганды? А то, что он, в отличие от тех самых врунов- коммунистов, эту войну в глаза не видел и знает понаслышке? Это «не считается»? Если Маркс ошибался в одном, то другое и смотреть-то нечего? «Как? Вы верите, что экономика влияет на политику? Фи, да вы же марксист! Да вы коммунист! Да вы сталинист!»

113. Защита бывает разной; у них — такая, и что? Не хотели бомб на свои города. Правда, сейчас они под предлогом своей «безопасности» готовы весь мир дегидрировать. Только в 1941 году они держались еще вполне в пределах своей нормы.

114. Упрощение: явление сложное подменяется простым. Летчиков знают некоторые, а слесаря — все. А о том, что это не совсем одно и то же, не вспоминают. Объяснение сложного на пальцах.

115. Ценные указания непрофессионала профессионалам. Кстати, если кто еще верит, что Суворов «эксперт» в армейских вопросах тридцатых годов, то уверяю вас, что вы заблуждаетесь. Его реальные познания — на уровне Киевского общевойскового, может чуть — чуть выше. И все. К тому же при фальсификации истории они вовсе не помогают, а наоборот, активно мешают. Поэтому Суворову гораздо удобнее о знаниях своих всем «по секрету» рассказывать, чем на деле их применять. Подробней об этом — смотри пассаж про де Голля и то, к чему привела Францию ориентация на воспетую Виктором неманевренную оборону.

116. Искушенный читатель, скорее всего, заметил почти прямую цитату из «Ледокола». Там это сказано о «Линии Сталина», засыпка и взрыв которой имеет приблизительно столько же смысла. И то, и другое — прямая ложь.

117. Источники и авторитеты, чей «авторитет» на поверку намного ниже уровня Мертвого моря. Издания типа «Блатного» из Нью-Йорка. У нас под такими названиями бульварные детективы выходят, а он его в список литературы. Или вот еще. Монография: Некий Саттон из США — «Военная помощь Советскому Союзу — национальный суицид». Как? А непроверяемые издания Озерова из Франкфурта- на-Майне? Вот и думай.

118. То есть, по сути, «добрым» и «злым». И, как вы понимаете, «доброе» оно у «наших», а «злое» у «врагов». Вот и смотрите — кто у Суворова «наши», а кто «враг».

119. Сомнительные новшества в терминологии. Ориентированы на то чтобы сразить читателя могучей «компетентностью» автора. С таким же успехом автор мог бы написать «полимонополярный трансглюкатор».

120. Суворов В. День «М». Чебоксары: Изд-во «Iнлес», 1994. с.47—48. Талантливый молодой автор. Столько новых и оригинальных давно решенных проблем, что просто выть хочется. Книжка редкая, непризнанная, но вам очень советуем, пухлая она — как пресс-папье очень неплоха.

121. Говоря о количествах, избегает конкретных цифр. Очень симптоматично для врунов. «А я поймал В-О-О-Т такую рыбу». Это из той же серии. Если бы этот товарищ имел хоть какие-то цифры, прописал бы их самым крупным шрифтом. Если же нет, то, значит, и спорить не о чем.

122. Снова вопли.

123. Жирный шрифт, большие буквы. Очень лезет в глаза. Помните, где лучше всего прятаться? Правильно. На самом видном месте — под фонарем. Так вот и он маскирует весьма спорные тезисы своим выделением. А у американцев между тем просто традиции такие — называть боевую технику или фамилиями своих генералов (танк «Абрамс» или тот же «Шерман») или чем-то устрашающим. F-16, например, — Fighting Falcon («Боевой сокол»), или F-18 — Hornet («Шершень»).

124. Синдром «Х-файлс». Тайны за семью печатями. Никто ничего не знает, но фантазия работает во всю. Ссылка на неведомое дает реальные выгоды: 1) Ври, что хочешь, 2) Будоражит нервы читателям.

125. Хотите быть «наивным читателем»? Конечно же, нет!!! И что надо делать? Конечно же, читать Суворова и всему верить! А то он сразу вас в дураки определит.

126. Совершенно верно. Однако легкая авторская ирония между делом дает понять, что все это пустая болтовня, которая сейчас же будет им низложена.

127. Абсолютно правильно — практически и незачем. Более того, за то, чтобы занять позицию «третьего радующегося» (двое дерутся, третий радуется), европейские державы в то время активно боролись между собой. Но автор, кажется, не согласен, хотя и ничего по сути пока что не говорит.

128. Кстати, не очень-то и «жутко» — в Первую мировую американцы опоздали со вступлением, и европейцы на мирной конференции после войны как-то не принимали их претензий всерьез.

129. Что, историков обозвал? Ждите: сейчас на них сошлется.

130. А как же: кругом сплошная секретность и продажность, и наш доблестный автор, с неимоверными усилиями ее одолевая, несет нам не что-нибудь, а «крупицы истины». Гибрид «воплей» и синдрома «Х-файлс».

131. Русский архив. М.: Терра, 1997. Т. 18: Советско-японская война 1945 года: история военно-политического противоборства двух держав в 30—40-е годы. Документы и материалы. C. 172.

132. А почему бы и нет? Мир миром, а планы никогда не помешают. Это совершенно нормальная работа американского генштаба — составлять планы. Как, впрочем, и любого другого.

133. Что, впрочем, не имеет ни малейшего отношения к делу. А теперь посмотрите, как легко и изящно автор выходит из положения: не имея ни одного факта, могущего поколебать противоречащие ему доводы, он с миной уставшего от детских глупостей взрослого их иронично перебирает, а потом, нагнав предварительно «воплей» вывозит документально подтвержденный факт, который, правда, ничего из аргументов противников не опровергает. И даже с ним не пересекается.

134. Во-первых, это фактическая ошибка — с Англией японцы начали воевать одновременно с нападением на США; и во-вторых, это еще и подтасовка — на тихоокеанском ТВД английских сил было — кот наплакал, причем без особой надежды на резервы, которые перебрасывались с Ближнего Востока из-под носа у Роммеля.

135. Подтасовка. СССР воюет с фрицами, и этого, уверяю вас, ему более чем хватает.

136. А могла и беспочвенно надеяться. Ошибаться, например. Людям свойственно ошибаться. Вон, Гитлер: хотел победить до осеннего листопада, а провоевал пять лет, да к тому же и проиграл. А до этого — гроза Европы.

137. Некритическое отношение к источнику. А с кем он встречался? С рыбаками? Игроками в маджонг? Или все-таки с представителями власти? А они знали о планах вторжения? И уж, наконец: А они ему не врали?

138. Что произошло в Пирл-Харборе. М., 1961. C. 348.

139. Типпельскирх К. История Второй мировой войны. Т.1., C. 210. Снова некритическое отношение к источнику — Типпельскирх хоть и бывший, но союзник.

140. Продолжение следует. Если Суворов не заткнется.

141. Камбоджийский правитель, рекордсмен среди диктаторов с патологическими наклонностями (геноцид). Прославился тем, что никому, кроме него, не удалось уничтожить около двух третей населения собственной страны.

142. Террорист, тот самый восточный юноша с бородой до пупа, рванувший два американских посольства в Африке зараз. Впрочем, теперь, благодаря террористической рекламе в Нью-Йоркском торговом центре, его имя на слуху, и в представлении он не нуждается.

143. Генерал-каннибал. Диктатор, кушавший своих подданных в самом, что ни на есть буквальном смысле слова.

Предыдущая | Содержание | Следующая

Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Дружественный проект «Спільне»
Сборник трудов шаламовской конференции
Книга Терри Иглтона «Теория литературы. Введение»
 
 
Кто нужен «Скепсису»?