Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


«Парагвай — это Африка»: мозаика кошмара

Мне всегда нравилась эта страна красной земли, могучих рек и неровных булыжных улиц. Я полюбил её бугенвиллеи, её долгие тихие ночи и её бескрайние пространства.

Но почти всё, что могло произойти плохого, произошло у парагвайцев — по крайней, мере, у коренного населения страны, составляющего большинство. До того, как Эво Моралес стал президентом, Боливия была самой бедной страной в Южной Америке. За ней шёл Парагвай, там было «чуть благополучнее». А сегодня, скорее всего, самый обездоленный — он.

images

Тротуары Асунсьона (похоже на Джакарту)

images

В трущобах Асунсьона

***

Снаружи — кромешная темнота. Дорога затоплена — как и в других странах с крайне правыми режимами, от Индонезии до Кении, забота о дренажной системе не относится к приоритетам властей.

Я нахожусь в потрясающем месте — в Музее современного искусства Дель Барро, который является постоянным местом встреч местных интеллектуалов, преимущественно левых. Напротив меня за столом сидит Лиа Коломбино, куратор музея и член совета директоров. Этажом ниже располагается громадная выставка, посвящённая ужасному массовому убийству индейского населения в 2012 году в посёлке Куругвати[1]. Повсюду сильные работы: фотоматериалы, документальное видео и картины.

Лиа явно подавлена тем состоянием, в котором находится её страна.

— Это не похоже на Южную Америку, правда? Скорее напоминает Центральную Америку…

Я очень хорошо понимаю, о чём она говорит.

Нет, конечно, это Южная Америка, только такая, какой она была задолго до великой волны революций, изменивших всё коренным образом. Но я знаю, что имеет в виду Лиа: Парагвай похож на такие центральноамериканские страны, как Гондурас или Гватемала, где с коренным населением обращаются как с нелюдями, и где какой-нибудь плантатор может, не колеблясь, прострелить голову батраку только из-за своего дрянного настроения или из желания поиграть с оружием. В Парагвае два процента жителей владеют более чем 75% земли, и это о многом говорит.

— Парагвай мог бы находиться и в Африке, — сказал мне один парагвайский врач, с которым мы летели из Буэнос-Айреса в Асунсьон. — Моя страна напоминает мне нищее, ограбленное и всё ещё подконтрольное интересам западных компаний государство к югу от Сахары. Я знаю, о чём говорю — я провёл в Африке несколько лет, и был там свидетелем такого же пренебрежения к человеческой жизни, какое вижу здесь.

Рядом с моей гостиницей располагается огромный выставочный салон «Порше», а немного дальше — роскошный торговый центр «Дель Соль», который кичится изящным современным дизайном и элитными «брэндами». Но в обоих его книжных магазинах вы не найдёте ни одной книги Эдуардо Галеано[2] или Элены Понятовской[3].

Прямо через улицу напротив гостиницы расположен шикарный стейк-хаус, но при этом отсутствуют пешеходные переходы. Идти пешком считается унизительным, машины идут на полной скорости. Если вы не за рулём, к вам относятся как к недочеловеку.

Повсюду высятся современные небоскрёбы, но между ними, как и в Индонезии, вы увидите разрушенные дома и лачуги, грязные проулки и улицы без тротуаров.

По всей стране потомки европейских нацистов по-прежнему живут в комфорте и безопасности и даже пользуются уважением. Британская и североамериканская разведки поспособствовали бегству тысяч известных нацистских преступников в Южную Америку, часто вместе с грузом золотых зубов умерщвлённых узников нацистских концлагерей, — а перед тем они же помогли уничтожить левые политические партии в преддверии послевоенных выборов. Считается, что известный отель «Дель Лаго» в Сан-Бернардино (в 40 км от Асунсьона) приютил несколько известных нацистов, включая Йозефа Менгеле, прозванного Ангелом Смерти, эсэсовца и врача нацистского концлагеря Аушвиц-Биркенау (Освенцима).

images

Гостиница «Дель Лаго», где жил Менгеле

Сан-Бернардино на озере Ипакарай сегодня также известен циничными захватами земли «элитой» страны. Здесь вы едва ли найдёте свободный доступ к берегу, «приватизированному» её «навигационными клубами».

Социальная ситуация в Парагвае такова, что десятки тысяч его граждан регулярно бегут в более благополучную и в известной степени социалистическую Аргентину, где им обеспечено доступное медицинское обеспечение, а их детям — бесплатное образование[4].

В сотнях километров от столицы, в глубинке с преимущественно коренным населением, люди живут в наиболее жутких условиях.

Расположенный в центре Южной Америки, Парагвай остаётся верным союзником Запада, окружённый быстро меняющейся, становящейся всё более социалистической частью света.

— В Парагвае была самая жестокая и мерзкая диктатура, отсюда берёт начало операция «Кондор»[5], в ходе которой многих людей по всему континенту пытали и убивали. Парагвай — это жизненно важный, стратегический регион, где самые большие в мире запасы пресной воды в водоносных горизонтах и очень плодородные земли. Но при этом в глубинке население, арендующее земельные участки за часть урожая, живёт в тех же условиях, что были в США сразу после Гражданской войны, или в ещё худших, — комментирует Хосеф Х. Гарсиа, приглашённый ассистент-профессор Университета Нью-Мехико.

***

Самая мерзкая диктатура… Возможно, хотя в Южной Америке было много претендентов на это мрачное звание.

На первом этаже Дворца Правосудия Роза М. Палау, координатор Центра документации и Архива по защите прав человека, извлекает на свет один шокирующий документ за другим.

images

Лиценциат Роза М. Палау, координатор, архивы кошмара.

— Вот полицейские архивы… всё, что вы здесь видите, прошло через военную разведку. Вы можете прочитать здесь обо всей грязной работе, которую выполняла полиция… Операция «Кондор»… Вот переписка между правительством США и местными правительствами. В этих документах вы можете прочитать про «обучение», организованное США для местной полиции, а также о центре пыток в Асунсьоне.

Я нахожусь в самом центре хранилища, названного «Архивами террора», среди огромного количества документов. Это хранилище является частью программы ЮНЕСКО «Память Мира». Согласно ЮНЕСКО, «архивы террора являются официальными документами, свидетельствующими о полицейских репрессиях в течение 35-летнего периода диктатуры Альфредо Стресснера[6]. Архивы также содержат подкрепляющие доказательства об операции «Кондор» как части кампании политических репрессий, включая убийства и разведывательные операции, официально принятой в 1975 году правыми диктатурами государств Южного Конуса[7].

Эти архивы описывают судьбы бесчисленных латиноамериканцев, которых тайно похищали, пытали и убивали спецслужбы, военные и полиция в Аргентине, Боливии, Бразилии, Чили, Парагвае и Уругвае, преимущественно во имя интересов внешней политики США. Эти скоординированные варварские акции террора и известны как операция «Кондор».

Согласно архивам, 50 000 человек было убито, 30 000 пропало без вести, 400 000 было заключено в тюрьмы. Многие заключённые подвергались пыткам и изнасилованиям.

Сидя здесь, окружённый папками и бумагами, я вспоминал события тех дней, когда около двадцати лет назад архивы впервые были открыты. Это было в Ламбаре — пригороде Асунсьона. Все мы — исследователи, прибывшие из разных частей Латинской Америки и мира — были потрясены и эмоционально, и как специалисты. То, что мы всегда подозревали, неожиданно предстало перед нами, напечатанное чёрным по белому. Одно свидетельство за другим показывало, как США вместе с местными элитами руками «служб безопасности» уничтожали людей, виновных в том, что они не оставляли желания жить в своём отечестве в условиях социального равенства, справедливости, при социализме.

Мы конспектировали и фотографировали эти чудовищные свидетельства, страницу за страницей. Некоторые люди сидели на полу, сжав ладонями голову. Другие плакали.

images

Архивы кошмара — чилийская часть

А однажды мой друг, местный адвокат, в близлежащем кафетерии подсел ко мне и тихо произнёс:

— Ты думаешь, что-то изменилось в Парагвае? Те, кто ответственен за террор, смотрят, как ты читаешь эти документы, и смеются над тобой, потому что они знают: ничто никогда не изменится в этой стране. Они и надо мной смеются тоже. Меня дико пытали, мне вырвали ногти и отбили яйца. А теперь, когда я иду посмотреть футбольный матч, я вижу их на стадионе, моих палачей, и ничего не могу сделать. Мы учтиво приветствуем друг друга. Мы притворяемся, что всё замечательно, что ничего не было… А после, по ночам, я кричу…

Будто услышав мои мысли, Роза Палау неожиданно прерывает молчание, с трудом сдерживая эмоции:

— Это была чудовищная страница нашей истории! Позже, в переходный период, случилось много разного. Но сейчас становится очевидным, что мы почти не научились демократии. Мы почти ничему не научились!

***

В двух последовавших один за другим переворотах — в Гондурасе и Парагвае[8] — часто видят свидетельство того, что США неусыпно следят за своей постоянной жертвой, Латинской Америкой, и никогда её не отпустят.

Третьего июля 2012 года Билл ван Аукен[9] опубликовал на «Мировом социалистическом веб-сайте» свой анализ переворота в Парагвае[10]:

«Импичмент в отношении Луго был поспешно продавлен обеими палатами парламента в течение каких-то тридцати часов после того, как две традиционные партии правящей в стране олигархии[11] выдвинули против него обвинение. Есть все основания полагать, что это происходило при ключевом участии империализма США.

Избранный президентом в 2008 году, Луго — бывший католический священник и сторонник теологии освобождения — обещал бороться с коррупцией и поддерживать “социально ответственный капитализм”.

Обязанный защищать частную собственность и действуя в условиях, когда все реальные рычаги власти оставались в руках либералов и стресснеровской партии Колорадо (которая правила страной в течение шести десятилетий до выборов 2008 года), Луго мало чего добился на пути реформ, в то время как сам должен был постоянно приспосабливаться к силам реакции.

Тем не менее, правящая олигархия, а заодно и сельскохозяйственные транснациональные корпорации считали его правление недопустимым, опасаясь, что оно порождает ложные ожидания в массах парагвайских рабочих и других угнетённых. В частности, олигархию беспокоило, что массы безземельных крестьян, не дождавшись подлинной аграрной реформы от правительства, перейдут к прямым действиям…

Главным поводом для импичмента послужила бойня, устроенная парагвайскими силами безопасности, когда они попытались выбить около 100 крестьян с занятого теми земельного участка, принадлежащего одному богатому деятелю партии Колорадо времён диктатуры Стресснера. Одиннадцать крестьян и шестеро полицейских было убито, множество людей — ранено и арестовано. Правые партии в парагвайском Конгрессе винили Луго не в применении оружия против крестьян, а в том, что он не стал проводить дальнейшие репрессии».

images

Вспоминая резню коренного населения. (Красным написано: «Свободу политическим узникам Куругвати»)

Вот что мне рассказала о событиях 2012 года, начавшихся бойней в Куругвати, Клиде Сото, социолог Центра документации и исследований в Асунсьоне:

— Бойня 15 июня 2012 года была тщательно спланирована. Её устроили, чтобы вытеснить крестьян-арендаторов с занятых ими земель. Крестьяне требовали аграрной реформы. Они знали, что эти земли были несправедливо захвачены компанией «Кампос Моромби», принадлежащей Бласу Н. Рикельме[12], чему предшествовал долгий и запутанный судебный процесс. Так осуществляется систематическая стратегия захвата земель, которые ещё принадлежат крестьянам и коренному населению. По сути, такая практика применяется на протяжении всего постколониального периода истории Парагвая (при этом понятие «постколониальный» здесь в высшей степени сомнительно). Вторая цель этой бойни была подготовить «бархатный переворот», чтобы в результате политической процедуры со множеством нарушений отстранить Фернандо Луго от власти. Произошедшее в Куругвати, безусловно, служит интересам власти и бизнеса — как легального, так и нелегального.

После она добавила:

— Рано утром в субботу 27 июня 2015 года группа фермеров из Куругвати снова захватила земельный участок Марина Куэ[13], где в 2012 году была бойня. Они требуют как выяснения произошедшего три года назад, так и права на землю.

Похоже, Парагвай снова приближается к точке кипения. Люди сейчас готовы к борьбе, готовы рисковать своими жизнями, а политические и экономические элиты полностью потеряли доверие. И вот в некоторых районах страны крестьяне захватывают землю.

Однажды вечером меня подвозил Фернандо Рохас. Вместе со своими товарищами по гражданской кампании «Нам решать» он направлялся на север, в ещё один район, где крестьяне отважились на решительные действия и захватили землю, которая всегда им принадлежала.

— Мы должны отслеживать, что происходит в провинциях, чтобы быть уверенными, что произошедшее в Куругвати больше никогда не повторится, — поясняет Фернандо.

Тем же вечером в музее Дель Барро в Асунсьоне демонстрировали фильм, посвящённый бойне в Куругвати. Фильм называется "Fuera de campo" (название — игра слов, оно переводится одновременно и как «Без земли», и как «За кадром [официальных новостей]». — Пер.); его автор Уго Хименес присутствовал на показе.

"Fuera de campo" — минималистское и экспериментальное, правдивое произведение. Люди на экране говорят спокойно, решительно. Вот крестьяне ещё протестуют, ещё мечтают о лучшей судьбе отечества… Вот мать, вспоминая своего сына, его любовь к этой земле, говорит: «Мы должны сопротивляться… И если они убьют нас, то пусть!» И вот кадры, на которых «скорые» увозят раненых полицейских… в то время как раненых крестьян добивают в упор.

***

— Две недели назад, во время празднования годовщины Военной академии Парагвая, здесь был парад, — рассказывает Роза Палау. — Наши военные маршировали плечом к плечу с военными специалистами из США, работающими в нашей стране.

Не может быть сомнений, что США стараются укрепить своё военное и экономическое присутствие в этом регионе в противовес соседним прогрессивным государствам, таким как Боливия, Бразилия и Аргентина.

Присутствие США в Парагвае — это военные и военно-воздушные базы, а также наблюдательные центры, используемые для шпионажа в странах региона.

images

Марширующие американские военные, Асунсьон

images

Добро пожаловать в Асунсьон

Как ясно показывают «Архивы террора», у США богатая история связей как с парагвайской элитой, так и с военными, и эти связи использовали, чтобы пытать, убивать и бросать в тюрьмы десятки тысяч южноамериканских патриотов.

США здесь регулярно проводят тайные операции, в особенности в районах, примыкающих к границе с Боливией, а также в области, где Парагвай граничит с Бразилией и Аргентиной.

В Парагвае, в местечке Марискаль Эстигаррибья — в двухстах километрах от границы с Боливией — уже расположена огромная военно-воздушная база США. Эта база способна вместить 16 000 военных и может быть использована при организации переворота против социалистического правительства Эво Моралеса в Боливии. Недалеко от Марискаль Эстигаррибья находятся принадлежащие Боливии месторождения природного газа, вторые по величине в Латинской Америке. Также значение этого региона южноамериканского континента огромно в связи с расположением здесь одного из крупнейших в мире запасов пресной воды — водоносного горизонта Гуарани.

Два года назад Николас Козлофф[14] писал для телекомпании Аль-Джазира:

«Недавно множество людей и организаций по всей Латинской Америке обратили внимание на политические волнения в Парагвае, где демократически избранный президент Фернандо Луго был отстранён от должности Конгрессом страны при весьма сомнительных обстоятельствах. В подписанном ими письме протеста обрисована довольно смелая теория произошедшего. Например, они заявляют, что Южное командование вооружённых сил США желало смещения Луго, поскольку он был против милитаризации, проводимой США в его стране.

— Мы уже знаем, кто сверг Фернандо Луго, и почему, — добавили подписанты. — …Они не могли позволить, чтобы регион Чако[15] принадлежал [Парагваю] и народу Парагвая. [Этот регион] подлежал захвату и эксплуатации транснациональными корпорациями, с их мегапроектами и террором, финансируемым из государственных источников. Переворот в Парагвае, как и аналогичные ему по всей Латинской Америке, был совершён в своих интересах транснациональными корпорациями и их партнёрами в местных элитах.

Вообще говоря, Фернандо Луго не был социалистом. Он никогда не входил в одну когорту с Чавесом, Моралесом или Корреа. Луго — священник Теологии освобождения, бывший епископ. После смещения он не покинул страну и вскоре стал сенатором. Но даже его левоцентристское правительство оказалось несовместимым с интересами США и парагвайской “элиты”».

Лилиан Сото, в прошлом — кандидат в президенты, выдающаяся парагвайская социалистка и феминистка, так описала мне тревожную политическую ситуацию в своей стране:

— Сегодня в Парагвае политические лидеры защищают интересы крупного бизнеса и его владельцев. Соответственно, и страной они управляют, руководствуясь этими интересами, а не нуждами народа. Эти лидеры проталкивают крайний консьюмеризм, содействуют сделкам, которые служат интересам крупных транснациональных корпораций, подвергая риску наш государственный суверенитет, допускают иностранное военное вмешательство. Они развязали так называемую «войну с наркотиками», которая становится оправданием для присутствия в Парагвае североамериканских вооружённых сил. Это возвращает отношения между США и Латинской Америкой к временам прямого военного вмешательства, подобного тому, которое было во время «холодной войны», в семидесятые годы, когда страна была плацдармом для агрессивной политики США в регионе.

images

***

В 1990-е годы я, молодой журналист, наблюдал несколько совместных операций парагвайских военных и агентов Управления по борьбе с наркотиками США. Дважды я вылетал на вертолёте к границе с Бразилией, где специально для нас — иностранных корреспондентов — выжигали посевы марихуаны.

Всё это было хорошо поставленным спектаклем. «Война с наркотиками» всегда оставалась одним из главных оправданий и прикрытий военного присутствие США в Парагвае.

Сегодня к этому добавили «войну с терроризмом». На несколько тысяч граждан сирийского и ливанского происхождения, проживающих в Сьюдад-дель-Эсте[16] и окрестностях, в районе стыка трёх границ (между Парагваем, Аргентиной и Бразилией), возвели обвинение в сборе средств для организации Хезболла. Эту организацию любят в Ливане, но ненавидят на Западе — соответственно, в США она включена в список террористических, и они «считают себя обязанными» следить за ситуацией.

В действительности всё дело в самой независимости Латинской Америки и в происходящих здесь революциях. США пытаются дестабилизировать такие страны, как Венесуэла, Боливия, Эквадор, Бразилия и Аргентина, опираясь как на региональные «элиты», так и на военные базы в Колумбии, Гайане и Парагвае.

В результате приносятся в жертву миллионы бедняков, в основном — коренных жителей страны.

Роза Палау с горечью отмечает:

— Вновь на этой земле бедняки, среди которых большинство составляют коренные жители, абсолютно беззащитны, и мы все знаем, что к этому причастны США. На нашем быстро меняющемся континенте Парагвай оказывается в изоляции.

Опубликовано на сайте Counterpunch
[Оригинал статьи]
Перевод Андрея Константинова под редакцией Дмитрия Субботина.


По этой теме читайте также:


Примечания

1. 15 июня 2012 года в результате столкновений между полицией и безземельными крестьянами, захватившими участок земли в окрестностях города Куругвати, погибло 17 человек (11 крестьян и 6 полицейских). — Здесь и далее, кроме особо обозначенного случая, прим. пер.

2. Эдуардо Галеано (1940 — 2015) — уругвайский писатель, журналист и общественный деятель. Его наиболее известные книги «Вскрытые вены Латинской Америки» (исп. Las venas abiertas de América Latina, 1971) и трилогия «Память огня» (исп. Memoria del fuego, 1986), посвящённые истории Латинской Америки, переведены на два десятка языков. В апреле 2009 года на Саммите Америк президент Венесуэлы Уго Чавес подарил экземпляр книги «Вскрытые вены Латинской Америки», посвящённой истории разграбления региона колониальными державами и североамериканским империализмом, Бараку Обаме.

3. Элена Понятовска (р. 1932) — мексиканская писательница, журналистка и политическая активистка левых взглядов. Интервьюировала субкоманданте Маркоса (24 июля 1994 г.)

4. Правительства президентов Аргентины Нестора Киршнера (2003-2007) и Кристины Фернандес де Киршнер (2007-2015) провели в стране ряд мероприятий в духе перонизма по восстановлению социальной сферы страны. При этом основания неолиберальной экономики, разрушившей её до их прихода к власти, почти не были затронуты. Формулировка «в известной степени социалистическая» вызывает недоумение (как и дальнейшее упоминание в тексте бразильского якобы левого режима как прогрессивного), хотя на фоне Парагвая Аргентина выглядит более чем социальным государством, в особенности с её в самом деле доступными здравоохранением и образованием. — Прим. «Скепсиса».

5. Операция «Кондор», или план «Кондор» — скоординированная кампания по уничтожению политической оппозиции, прежде всего левой, проводившаяся в 1970-80 гг. диктаторскими режимами Южной Америки при непосредственной поддержке со стороны спецслужб США.

6. Альфредо Стресснер — президент-диктатор Парагвая в 1954-1989 гг.

7. Южный Конус (исп. Cono Sur) — меридионально вытянутая южная часть Южной Америки под экватором, включает Чили, Аргентину, Уругвай, в более широком смысле — также Парагвай, Боливию и три южных штата Бразилии.

8. Речь идёт о политическом кризисе в Гондурасе в июне 2009 года, в результате которого от власти военным путём был отстранён президент Мануэль Селайя, и об импичменте, объявленном парламентом Парагвая президенту Фернандо Луго 22 июня 2012 года после трагедии в Куругвати.

9. Общественно-политический активист и кандидат в президенты США в 2004 году от троцкистской Партии социалистического равенства.

10. http://www.wsws.org/en/articles/2012/07/pers-j03.html

11. Национальная республиканская ассоциация — Партия Колорадо и Аутентичная радикальная либеральная партия.

12. Парагвайский бизнесмен и сенатор, политик партии Колорадо.

13. Общественная земля, захваченная компанией Рикельме «Кампос Моромби».

14. Писатель и журналист из США, имеет докторскую степень по истории Латинской Америки.

15. Обширный малонаселённый регион в Южной Америке, разделённый между Боливией, Парагваем и Аргентиной. В статье речь идёт о парагвайской части региона.

16. Город, населённый преимущественно выходцами из Азии.

Имя
Email
Отзыв
 
Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Дружественный проект «Спільне»
Сборник трудов шаламовской конференции
Книга Терри Иглтона «Теория литературы. Введение»
 
 
Кто нужен «Скепсису»?