Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


О традиционном марксизме, марксистах и трансмарксизме

Когда же подведён итог
Великолепного обмана
Вдруг появляется цветок,
Над белой пеленой тумана…
Фрагмент картины или плана,
Фрагмент картины или плана…
А. Суханов. «Обида или комплимент»

После чтения замечательной статьи Ю.А. Муравьёва «Скептицизм - марксизм - трансмарксизм» не могли, по-моему, не возникнуть самые различные вопросы, которые стоило бы обсудить, помня и о недавней рецензии на неё А. Михайлова, предполагающего неизбежную догматизацию трансмарксистского скепсиса далеко впереди и почему-то несмотря на заявление, что время скепсиса также как и время традиционного марксизма прошло.

Если в современном марксизме=трансмарксизме фундаментальной становится просто иная проблематика, через которую в своё время теоретики «перешагивали» (или вовсе не замечали – не боги ведь!) как через частности, а теперь это уже не частности, а серьёзные научные новации, то стоит ли настаивать на том или ином нео-изме? Пусть себе… неизбежно и необходимо… возникает (если вообще объективно сможет) как чисто научное мировоззрение и даже учение. Ведь вот вроде и сам-то марксизм возник же, правда, не без манифестации и участия в ней самого Маркса. Представляемый трансмарксизм – явление («идейно-философское образование»), как представляется, принципиально иное, не просто более сложное социально по сравнению с собственно наукой (см. Ю.А. Муравьёв, Истина. Прометей. 1994), сверхсложное с точки зрения существующей научной методологии, большей частью не знакомой с логикой социальных процессов, более того явление, содержание которого не существует само по себе без всего запаса многочисленных казалось бы пройденных -измов изначально.

Действительно, с самого начала всё дело «портят» те обстоятельства, что уже от рождения собственно марксизм не был чисто научным учением (вспомним, например, его три источника и «Манифест…»). А ещё марксовское саркастическое: «если…, то я не марксист», которое можно просто считать началом и обозначением той самой линии и ещё более общего социального плана – трансмарксизма.

Тем не менее, как отмечено в статье, речь может идти пока об общем процессе и его логике, как о движении маятника, имевшем начало ещё во времена Маркса. О том, что марксистское самоотрицание и традиционно (да и гегельянство благодаря Марксу и Энгельсу этим не удивишь) и хорошо прослеживается до его очередного самоотречения в пользу трансмарксизма. Более того, и в ортомарксизме, неомарксизме, парамарксизме, псевдомарксизме и … в инструментальном скепсисе (выгнутом как раз до трансмарксизма), и других собственно немарксизмах, можно также заметить их попутное предназначение и отношение к трансмарксизму – объективный процесс освобождения прежде всего самой последовательной научности, начиная от самого Маркса и марксистов через (сквозь?) необходимые этапы развития марксистских идей и становление трансмарксизма (объективного марксизма?) ещё и за рамками этих идей.

Можно отметить здесь два пересекающихся плана. Один ближний – специфическая судьба как у любой целостной научности (таковы печальные российские судьбы, начиная с идей Ломоносова) и другой более общий план – судьба исторического процесса, который не только порождает необходимость научного объяснения современного общества, но и сам в ближайшей перспективе становится одним из необходимых условий его дальнейшего существования. О нём в статье Ю.А. Муравьёва написано, как может показаться, несколько лукаво, что, впрочем, совсем не случайно
«момент совпадения субъекта и объекта в социальной практике на существенных поворотах в истории»,
с последующим предупреждением:
«это не гегельянская мистика абсолютной идеи…» Но можно и так: именно гегельянская, но в данном случае вовсе не мистика, а действительное отношение. Да, идеи, но не абсолютной, а той, которая, лишь относительно совпадая с общественной энергией и даже отчасти необходимо заблуждаясь («энергия заблуждения» всё равно будет работать)… может и способна действительно творить… или даже натворить, если кому-то так покажется более понятно.

Момент совпадения… и опыты совпадения с идеями… как, например, в 1917-м. Теоретическая формула не столь эффектна как напоминание о качающемся «маятнике» истории: куда уж было рецензенту обратить своё внимание не на «грибы» и маятник, а на существенно более серьёзные «гегельянские слабости» философа.

Необходимо однако, чтобы «на существенных поворотах истории» было кому и с чем совпадать. А до этого? Иные необходимые формы совпадения с иными идеями (свято место – не пусто): народничества в марксоидной форме, легального марксизма, неомарксизма, ортомарксизма, … скепсиса и пр. особые состояния преднаучного покоя и социального квазипокоя, сменяемые эпизодически и по случаю фрагментарно другими нео-измами и всё в пока неясно обозначенных рамках трансмарксизма.

Опыт марксизма, включающий множество опытов (в том числе и явные неудачи) совпадения, содержит ещё одно важное своё определение: «революционный марксизм»=марксизм от В.И. Ленина, его история парадоксальные черты и диалектика (см. М.А. Лифшиц «Очерк общественной деятельности и эстетических взглядов Г. В. Плеханова»): в качестве совпадающего, то есть революционного марксизма – он в свою очередь отрицался первым российским марксистом – Г.В. Плехановым – у «рядового» революционного марксиста (то есть марксиста профессионально готового к непосредственной организованной политической борьбе и в этом смысле рядового без всякой «ложной скромности», ибо скромность революционера – прямо по гегельянцу-Марксу – эквивалент нищеты духа) В.И. Ленина. У него же, в свою очередь с марксизмом и марксистами были также весьма примечательные теоретически беспощадные отношения, распространённые в частности до полной абсолютизации – отмеченного в статье размежевания «двух партий» в философии. И здесь есть свои и опыт, и проблемы, и диалектика: то, что позволено в самой общей теории может быть совсем не позволительно на разных этапах революционной практики и наоборот.

Нельзя обойти вниманием и известное ленинское определение: «марксизм, то есть диалектическая логика…», где из определения уже устранён не только Маркс, но и вообще марксисты (в том смысле, как их понимал не только Ленин, но и понимает Семёнов), от совпадения с которыми отрекался революционер Маркс. Необходимо отметить этот «абсолютный дух» научной беспощадности ленинского определения марксизма, взятого из большевистской дискуссии о профсоюзах.

Или ещё не менее беспощадная ленинская оценка «момента совпадения» у теоретика-большевика: «крупнейший и ценнейший теоретик партии… никогда не учился и, думаю, никогда не понимал вполне диалектики». Прямо отсюда же следует, что учиться по Ленину, это – учиться по логике Гегеля, а не иначе, а не только ещё и у Маркса, но и обязательно – у Плеханова. Сам же глава пролетарского государства накануне введения нэпа «советовался» с Гегелем… – и это была отнюдь не мистика у выдающегося политика-реалиста.

Если лидером трансмарксизма в статье называется Ю.И. Семёнов, то вопрос о теоретических основаниях трансмарксизма опять возвращает нас через Маркса, к исходному, главному и теоретически не усвоенному, к диалектике Гегеля и к диалектическому материализму Маркса. В работе «Диалектический (прагмо-диалектический) материализм: его место в истории философской мысли и современное значение» Ю. И. Семёнов пишет:

«В конспекте гегелевской "Науки логики" В.И. Ленин заметил: "Нельзя понять "Капитала" Маркса и особенно его I главы, не проштудировав и не поняв всей Логики Гегеля. Следовательно никто из марксистов не понял Маркса 1/2 века спустя!!"5 Но если без понимания философии Гегеля нельзя понять экономический труд К. Маркса, то тем более без этого нельзя проникнуть в сущность философского учения последнего, которое в отличие от марксовой экономической теории никогда не было систематически изложено. В результате большинство марксистов, включая Г.В. Плеханова, стояло на позициях не столько диалектического, сколько старого, прежнего материализма».

Мог ли ещё в своё время марксист Э.В. Ильенков, автор «Диалектической логики», «отступавший» «в сторону объективного идеализма», к понимаемой по-своему «Логике» с большой буквы подняться до необходимых теоретических отношений с диалектическим материализмом Маркса? Тем более, что последний ни о каком диалектическом материализме нигде и никогда не писал.

«Историческая роль марксизма сыграна». Но какого именно? Марксизма без Маркса? Или революционного марксизма? Последнего – вряд ли.

«Теоретические основы великого учения настолько расшатаны…». Но они всегда таковыми и были, и другими не будут ещё долго. Наоборот, никакая научная целостность не может оставаться слишком долго около единственного имени – иначе её научность более чем сомнительна. Ни в какой науке расшатанность не является никаким аргументом против, чаще даже наоборот. Так судя по научным кризисам начала XX века она, кроме всего прочего, ещё и симптом грядущих самых стремительных изменений. Пока же это выглядит развилкой: нам налево, вам – направо, и причём из потребностей самой науки и из чисто научных соображений, а куда пойдёшь (и всё по необходимости и также и отшатнёшься) – туда и попадёшь, а может и в тупик, да и как же в науке может быть иначе, без тупиков? «Расшатанные» основы научности, конечно, неудовлетворительны, их и придётся «укреплять». Речь опять идёт не просто о научном, а о транснаучном, и не только о теоретическом фундаменте (где опять не обойтись без гегельянски лукавого совпадения!). Расшатанная основа научности – это, например, многочисленные ссылки на авторитеты, так или иначе, но ломающие логику каждого рассуждающего привычно, да так, что и концов потом не сыскать, и заодно всякие основы своей «научности», и ещё бывает, вполне осознанно… в духе решений двора.

Итак. Диалектический материализм и диалектическая логика – таковы, как представляется «расшатанные» основы трансмарксизма с его очевидной неоднократно и во все времена указываемой гегельянской «трещиной». Представляемый в качестве целостной научности – это марксизм, освобождённый и далее последовательно освобождаемый вслед за Марксом(!) от марксистов – прямое историческое следствие объективного процесса, а не только понятного и обоснованного научного скептицизма. Только после завершения такого процесса «освобождения» марксизма скепсис в этом отношении и потеряет свою необходимость.

И, наконец ещё один «трансмарксистский сюжет». Ортомарксизм Ю.И. Семёнова невозможно устранить просто тем, что он переписывается в лидеры трансмарксистов – одно другого не исключает.


По этой теме читайте также:

Имя
Email
Отзыв
 
Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Дружественный проект «Спільне»
Сборник трудов шаламовской конференции
Книга Терри Иглтона «Теория литературы. Введение»
 
 
Кто нужен «Скепсису»?