Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


Предыдущая | Содержание | Следующая

Русско-турецкая война 1877—1878 гг.: Итоги

Мир был подписан в Сан-Стефано 19 февраля (3 марта) 1878 г. Уполномоченный от России граф Н.П. Игнатьев даже поступился кое-чем из русских требований, чтобы кончить дело именно 19 февраля и порадовать царя такой телеграммой: «В день освобождения крестьян Вы освободили христиан из-под ига мусульманского».

Сан-Стефанский мирный договор изменил всю политическую картину Балкан в пользу интересов России. Вот его основные условия. /281/

  1. Сербия, Румыния и Черногория, ранее вассальные по отношению к Турции, получали независимость.
  2. Болгария, ранее бесправная провинция, обретала статус княжества, хотя и вассального по форме к Турции («платящего дань»), но фактически самостоятельного, со своим правительством и войском.
  3. Турция обязалась выплатить России контрибуцию в 1410 млн. рублей, а в счет из этой суммы уступила на Кавказе Kapc, Ардаган, Баязет и Батум да еще Южную Бессарабию, отторгнутую у России после Крымской войны.

Официальная Россия шумно праздновала победу. Царь щедро сыпал наградами, но с выбором, попадая главным образом в своих родственников. Оба великих князя — и «дядя Низи», и «дядя Михи» — стали фельдмаршалами.

Между тем Англия и Австро-Венгрия, успокоенные относительно Константинополя, начали кампанию за пересмотр Сан-Стефанского договора. Обе державы ополчились особенно против создания Болгарского княжества, которое они верно расценили как форпост России на Балканах. Таким образом, Россия, только что с трудом осилив Турцию, слывшую «больным человеком», оказалась перед лицом коалиции из Англии и Австро-Венгрии, т.е. коалиции «из двух здоровяков». Для новой войны сразу с двумя противниками, из которых каждый был сильнее Турции, у России не было ни сил, ни условий (внутри страны уже назревала новая революционная ситуация). Царизм обратился было за дипломатической поддержкой к Германии, но Бисмарк заявил, что он готов играть лишь роль «честного маклера», и предложил созвать международную конференцию по восточному вопросу в Берлине.

13 июня 1878 г. открылся исторический Берлинский конгресс[1]. Все его дела вершила «большая пятерка»: Германия, Россия, Англия, Франция и Австро-Венгрия Делегаты еще шести стран были статистами. Член русской делегации генерал Д.Г Анучин записывал в дневнике: «Турки сидят чурбанами».

Председательствовал на конгрессе Бисмарк. Делегацию Англии возглавлял премьер-министр Б. Дизраэли (лорд Биконсфилд), многолетний (с 1846 по 1881 г.) лидер консервативной партии, которая и поныне чтит Дизраэли как одного из своих создателей. Францию представлял министр иностранных дел В. Ваддингтон (англичанин по рождению, что не мешало ему быть англофобом), Австро-Венгрию — министр иностранных дел Д. Андраши, когда-то герой венгерской революции 1849 г., осужденный за это австрийским судом на смертную казнь, а теперь лидер самых реакционных и агрессивных сил Австро-Венгрии Главой русской /282/ делегации формально считался 80-летний князь Горчаков, но он был уже дряхл и болен. Фактически руководил делегацией русский посол в Лондоне, бывший шеф жандармов, экс-диктатор П.А. Шувалов, который оказался дипломатом куда худшим, чем жандармом. Злые языки уверяли, что ему случалось путать Босфор с Дарданеллами.

Конгресс работал ровно месяц. Его заключительный акт был подписан 1(13) июля 1878 г. В ходе конгресса выяснилось, что Германия, обеспокоенная чрезмерным усилением России, не желает ее поддерживать. Франция, еще не оправившаяся от разгрома 1871 г., тяготела к России, но так боялась Германии, что не смела активно поддержать русские требования. Пользуясь этим, Англия и Австро-Венгрия навязали конгрессу решения, изменившие Сан-Стефанский договор в ущерб России и славянским народам Балкан, причем Дизраэли действовал не по-джентльменски: был случай, когда он даже заказал себе экстренный поезд, угрожая покинуть конгресс и таким образом сорвать его работу.

Территория Болгарского княжества была ограничена лишь северной половиной, а южная Болгария стала автономной провинцией Османской империи под названием «Восточная Румелия». Независимость Сербии, Черногории и Румынии была подтверждена, но территория Черногории тоже урезана по сравнению с договором в Сан-Стефано. Сербии же прирезали часть Болгарии, чтобы рассорить их. Россия возвращала Турции Баязет, а в качестве контрибуции взыскивала не 1410 млн., а лишь 300 млн. рублей. Наконец, Австро-Венгрия выговорила себе «право» на оккупацию Боснии и Герцеговины. Только Англия как будто ничего в Берлине не получила. Но, во-первых, все изменения Сан-Стефанского договора, выгодные лишь для Турции и стоявшей за ее спиной Англии, навязала России и балканским народам именно Англия (вместе с Австро-Венгрией), а во-вторых, английское правительство за неделю до открытия Берлинского конгресса принудило Турцию уступить ему Кипр (в обмен за обязательство защищать турецкие интересы), что конгресс молчаливо и санкционировал.

Позиции России на Балканах, завоеванные в сражениях 1877-1878 гг. ценой жизни более 100 тыс. русских воинов, были подорваны в словопрениях Берлинского конгресса таким образом, что русско-турецкая война оказалась для России хотя и выигранной, но неудачной. Царизм так и не сумел выйти к проливам, и влияние России на Балканах не стало сильнее, поскольку Берлинский конгресс Болгарию разделил, Черногорию обкорнал, Боснию и Герцеговину передал Австро-Венгрии, да еще Сербию с Болгарией перессорил. Уступки российской дипломатии в Берлине засвидетельствовали военно-политическую ущербность царизма и, как ни парадоксально это выглядело после выигранной /283/ войны, ослабление его авторитета на международной арене. Канцлер Горчаков в записке царю об итогах конгресса признал: «Берлинский конгресс есть самая черная страница в моей служебной карьере». Царь приписал: «И в моей тоже».

Выступление Австро-Венгрии против Сан-Стефанского договора и недоброжелательное по отношению к России маклерство Бисмарка ухудшили традиционно дружественные русско-австрийские и русско-германские отношения. Именно на Берлинском конгрессе обозначилась перспектива новой расстановки сил, которая в конце концов приведет к первой мировой войне: Германия и Австро-Венгрия против России и Франции.

Что касается балканских народов, то они выиграли от русско-турецкой войны 1877-1878 гг. много, хотя и меньше того, что получили бы по Сан-Стефанскому договору: это независимость Сербии, Черногории, Румынии и начало самостоятельной государственности Болгарии. Освобождение (пусть неполное) «братьев-славян» стимулировало подъем освободительного движения в самой России, ибо теперь почти никто из россиян не хотел мириться с тем, что они, как выразился известный либерал И.И. Петрункевич, «вчерашних рабов сделали гражданами, а сами вернулись домой по-прежнему рабами».

Война пошатнула позиции царизма не только на международной арене, но и внутри страны, обнажив язвы экономической и политической отсталости самодержавного режима как следствие недоконченности «великих» реформ 1861-1874 гг. Словом, подобно Крымской войне, русско-турецкая война 1877-1878 гг. сыграла роль политического катализатора, ускорив назревание в России революционной ситуации.

Исторический опыт показал, что война (особенно если она разорительна и тем более неудачна) обостряет социальные противоречия в антагонистическом, т.е. плохо устроенном обществе, усугубляя бедствия масс, и ускоряет назревание революции. После Крымской войны революционная ситуация (первая в России) сложилась через три года; после русско-турецкой 1877-1878 гг. — к следующему же году (не потому, что вторая война была разорительнее или позорнее, а потому, что острота социальных противоречий к началу войны 1877-1878 гг. была в России большей, нежели перед Крымской войной). Следующая война царизма (русско-японская 1904-1905 гг.) повлекла за собой уже настоящую революцию, поскольку она оказалась разорительнее и позорнее, чем даже Крымская война, а социальные антагонизмы значительно острее, чем во время не только первой, но и второй революционных ситуаций. В условиях же начавшейся с 1914 г. мировой войны разразились в России одна за другой две революции — сначала демократическая, а затем и социалистическая. /284/

Историографическая справка. Война 1877-1878 гг. между Россией и Турцией — явление большого международного значения, поскольку, она, во-первых, велась из-за восточного вопроса, тогда чуть ли не самого взрывоопасного из вопросов мировой политики, и, во-вторых, завершилась европейским конгрессом, который перекроил политическую карту в регионе, тогда едва ли не самом «горячем», в «пороховом погребе» Европы, как говорили о нем дипломаты. Поэтому естествен интерес к войне историков разных стран.

В русской дореволюционной историографии война изображалась так: Россия бескорыстно стремится освободить «братьев-славян» от турецкого ига, а корыстные державы Запада препятствуют ей в этом, желая прибрать себе территориальное наследство Турции. Такую концепцию развивали С.С. Татищев, С.М. Горяинов и особенно авторы официального девятитомного «Описания русско-турецкой войны 1877-1878 гг. на Балканском полуострове» (СПб., 1901-1913).

Зарубежная историография большей частью рисует войну как столкновение двух варварств — турецкого и российского, а державы Запада — как цивилизованных миротворцев, которые всегда помогали балканским народам бороться против турок интеллигентными средствами; а когда разгорелась война, они остановили избиение Турции Россией и спасли Балканы от российского владычества. Так трактуют эту тему Б. Самнер и Р. Сетон-Уотсон (Англия), Д. Харрис и Г. Рапп (США), Г. Фрейтаг-Лорингхофен (Германия).

Что касается турецкой историографии (Ю. Баюр, 3. Карал, Э. Ураш и др.), то она пропитана шовинизмом: иго Турции на Балканах выдает за прогрессивную опеку, национально-освободительное движение балканских народов — за инспирацию европейских держав, а все войны, которые вела Блистательная Порта в XVIII-XIX вв. (включая войну 1877-1878 гг.), — за самооборону от агрессии России и Запада.

Объективнее других труды А. Дебидура (Франция), А. Тейлора (Англия), А. Шпрингера (Австрия)[2], где подвергнуты критике агрессивные расчеты всех держав — участниц войны 1877-1878 гг. и Берлинского конгресса.

Советские историки долгое время не уделяли войне 1877-1878 гг. надлежащего внимания. В 20-е годы о ней писал М.Н. Покровский. Он резко и остроумно обличал реакционную политику царизма, но недооценил объективно-прогрессивные последствия войны. Затем больше четверти века наши историки той войной не /285/ интересовались, и только после вторичного освобождения Болгарии силой русского оружия в 1944 г. возобновилось в СССР изучение событий 1877-1878 гг. В 1950 г. вышла книга П.К. Фортунатова «Война 1877-1878 гг. и освобождение Болгарии» — интересная и яркая, лучшая из всех книг на эту тему, но небольшая (170 с.) — это лишь краткий обзор войны. Несколько подробнее, но менее интересна монография В.И. Виноградова[3].

Труд Н.И. Беляева[4], хотя и велик, подчеркнуто специален: военно-исторический разбор без должного внимания не только к социально-экономическим, но даже и к дипломатическим сюжетам. Такой же характер носит и коллективная монография «Русско-турецкая война 1877-1878 гг.», изданная в 1977 г. к 100-летию войны под редакцией И.И. Ростунова.

Советские историки обстоятельно исследовали причины войны, но в освещении хода военных действий, а также их результатов противоречили сами себе, равно заостряя агрессивные цели царизма и освободительную миссию царской армии. Аналогичными достоинствами и недостатками отличаются труды болгарских ученых (X. Христова, Г. Георгиева, В. Топалова) по разным вопросам темы. Обобщающего исследования войны 1877-1878 гг., столь же капитального, как монография Е.В. Тарле о Крымской войне, все еще нет.


1. Подробно о нем см.: Анучин Д.Г. Берлинский конгресс // Русская старина. 1912, № 1-5.

2. См.: Дебидур А. Дипломатическая история Европы от Венского до Берлинского конгресса (1814-1878). М., 1947. Т 2; Тейлор А. Борьба за господство в Европе (1848-1918). М., 1958; Springer A. Der russisch-tiirkische Krieg 1877-1878 in Europa. Wien, 1891-1893.

3. См.: Виноградов В.И. Русско-турецкая война 1877-1878 гг. и освобождение Болгарии. М., 1978.

4. См.: Беляев Н.И. Русско-турецкая война 1877-1878 гг. М., 1956.

Предыдущая | Содержание | Следующая

Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Дружественный проект «Спільне»
Сборник трудов шаламовской конференции
Книга Терри Иглтона «Теория литературы. Введение»
 
 
Кто нужен «Скепсису»?