Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


Предыдущая | Содержание | Следующая

Глава 1. Начало создания «философского фронта»

1. Нехватка философских кадров. Л.И. Аксельрод и A. M. Деборин
2. Троцкий и новый философский журнал
3. Первые учебные пособия

1. Нехватка философских кадров. Л. И. Аксельрод и A. M. Деборин

Создание того, что позже будет называться «философским фронтом», началось почти на голом месте. После окончания гражданской войны в 1921 г. сразу обнаружилась нехватка интеллигенции - технической, творческой, научной. Область философии, конечно, не составляла исключения. Русские философы Н.О.Лосский, П.А.Сорокин, С.Л. Франк, Э.Л. Радлов, Н.А. Бердяев и другие в 1922 г. были изгнаны из страны. И к концу гражданской войны философских кадров, необходимых новой власти, почти не оказалось. Образовался вакуум, может быть, более значительный, чем в других областях науки и техники. Если в технике, например, речь могла идти об использовании «буржуазных специалистов», то в философской области начинать пришлось почти с нуля. Для подготовки кадров, в том числе и философских, был в 1921 г. образован Институт Красной профессуры (ИКП). Еще раньше ( 1918 г.) была создана Коммунистическая Академия, в состав которой входил и Институт философии.

Для подготовки партийных кадров в 1919 г. создан Коммунистический университет имени Свердлова. И, естественно, встал вопрос о философах-преподавателях. Было бы противоестественно, если бы в этих условиях не вспомнили о двух выдающихся философах - Л. Аксельрод и А. Деборине.

Любовь Исааковна Аксельрод, выступавшая в печати под псевдонимом «Ортодокс», участвовала в революционном движении еще с 1884 года. Активная участница группы «Освобождение труда», созданной Г. Плехановым, она вскоре стала его верной помощницей, особенно по теоретическим, философским вопросам. И уже в 1906 году она издает свой сборник «Философские очерки», в котором она выступила против неокантианства в период, когда еще свеж был лозунг Э. Бернштейна «Возврат к Канту». К ней обратился В. Ленин с просьбой выступить против эмпириокритицизма А. Богданова, что она и сделала, опубликовав в 1907-1910 гг. ряд статей, которые впоследствии вошли в ее сборник «Против идеализма» [1].

Нельзя было не вспомнить и об Абраме Моисеевиче Деборине. Окончив в 1908 г. философский факультет Бернского университета, он, после того как в 1903 году вступил в большевистскую партию, стал одним из ее активных участников в борьбе против махизма. Его «Введение в философию диалектического материализма» [2], изданное еще в начале века, выдержало к 1931 году шесть изданий - факт, свидетельствовавший, что в определенном смысле он оказался незаменимым в начале 1921 года, когда так остро встал вопрос о философских кадрах.

Но тут вмешались и некоторые другие факторы. Л. Аксельрод не только была меньшевиком, но в начале 1917 г. была даже членом меньшевистского ЦК. Но главное - она была оппонентом В.Ленина по многим философско-политическим вопросам. В частности, выступила еще в 1909 году с резкой рецензией против основного философского труда В.Ленина «Материализм и эмпириокритицизм», особенно за грубый, «“не товарищеский” тон полемики», называя полемику Ленина «невыносимой», «оскорбляющей эстетическое чувство читателя» [3].

Были и в деятельности Деборина некоторые штрихи, которые насторожили многих: он с 1907 г. стал меньшевиком и выступил с рядом резких статей против Ленина и большевиков.

Неудивительно поэтому, что, когда в 1921 г. Коммунистический университет им. Я.М. Свердлова ходатайствовал о привлечении Л. Аксельрод и А. Деборина к чтению лекций, Оргбюро ЦК решило этот вопрос отрицательно. В связи с этим Е.М.Ярославский, бывший в то время секретарем ЦК РКП(б), обратился 20 апреля 1921 г. к Ленину со следующим письмом:

«Считаете ли вы возможным привлечение к чтению лекций по философии (история философии и исторический материализм) Деборина и Аксельрод? Об этом запрашивал Учебный совет университета Свердлова. Мы на оргбюро вопрос об Л. Аксельрод решили отрицательно, теперь он возбуждается вновь лекторской группой» [4].

В.И.Ленин в тот же день ответил:

«По-моему, обязательно обоих. Полезно, ибо они будут отстаивать марксизм (если станут агитировать за меньшевизм, мы их поймаем: присмотреть надо). Их бы обоих привлечь к выработке детальнейшей программы (и конспекта лекций) по философии и плана изданий по философии» [5].

Ленин знал, что лучших авторов, которых можно привлечь к выработке детальнейшей программы и учебных пособий по философии, не найти, и дает свое согласие на их «использование», как и многих других «специалистов» в других областях науки и техники. Что же касается его совета «присмотреть надо», то, как показало будущее развитие событий, он не остался без внимания... Но тогда, в 1921 году, Л. Аксельрод (Ортодокс) и А. Деборину была предоставлена возможность трудиться. Они весьма активно включились в работу - и в деле развертывания философского образования, и по организации научной работы. Их ценили как специалистов, способных реализовать и то, и другое. Вот свидетельство тех лет, указывающее, что философский талант Аксельрод (Ортодокс) и А. Деборина оценивался более или менее по заслугам. Один из авторитетных в то время авторов - В. Рожицын - писал в официальном журнале ЦК «Агитпропаганда»:

«Открылась дорога для восстановления авторитета русских основоположников последовательного, подлинного, не фальсифицированного философской смесью с идеализмом, диалектического материализма. Их было четверо: Плеханов, Л. Аксельрод (Ортодокс), Деборин и Ленин» [6].

Особенно успешно работал А. Деборин. И когда в 1922 г. был создан первый философский журнал «Под знаменем марксизма», он стал его главным редактором. Этот журнал сыграл известную роль в философской жизни тех лет. Вокруг него собрались новые кадры философов, во главе которых вскоре оказался А. Деборин. Кстати, руководство журналом по непосредственной подготовке его к печати осуществлял В. Тер. В №10 журнала за 1923 год сказано:

«Ввиду многих устных и письменных вопросов, редакция считает нужным разъяснить следующее: всю ответственность за ведение журнала несет его ответственный редактор тов. В.Тер. Начиная с №№ 6-7 т.т. А. Деборин, В. Невский, Д. Рязанов, А.К. Тимирязев, оставаясь постоянными сотрудниками журнала, не принимают непосредственного участия в его редактировании» [7].

Но фактическим его руководителем, «душой» был, конечно, А. Деборин. В течение 9 лет он не только стоял во главе журнала, но и стал признанным главой философского руководства, авторитетом в области философии.

Деборин активно выступал по самым острым и актуальным историко-философским вопросам. Сошлемся, в частности, на его оценку философии Освальда Шпенглера. Актуальным этот вопрос стал в связи с опубликованием в 1922 году книги Н. Бердяева, С. Франка, Ф. Степуна, Я. Букшпан под названием «Освальд Шпенглер и закат Европы». Явная симпатия авторов к немецкому философу не вызывала сомнения. Это связано с тем, что Шпенглер действительно уловил симптомы определенного кризиса, «заката», начавшегося после первой мировой войны. Деборин выступил против названной книги в первом же номере нового философского журнала «Под знаменем марксизма». Статья его называлась «Гибель Европы или торжество империализма?» И если учесть, что это было время, когда Шпенглер вошел в моду, стал поистине властителем дум, да так, что, согласно более поздним воспоминаниям А. Деборина, «книга Шпенглера в начале двадцатых годов произвела впечатление даже на некоторые партийные элементы» [8], - если все это учесть, то можно заключить, что Деборин с начала своей деятельности выступал как ведущий теоретик, откликавшийся на самые «острые вопросы».

Несколько иначе сложилась судьба Л. Аксельрод (Ортодокс). С первых же шагов ее деятельности проявились не только ее огромный литературный талант, но и независимый характер. Вот пример. В свое время было опубликовано обращение Исполкома Коминтерна. Некоторые его формулировки можно было понять таким образом, что Коминтерн считает, будто Плеханов не был марксистом в последние годы его жизни. Аксельрод совместно с Л. Дейчем, тоже сподвижником Плеханова, выступили с гневным и страстным письмом, смысл которого выражен в заглавии: «Плеханов не переставал быть марксистом». «В № 110 (1519) «Изв. Всер. Ц.И.К. Сов.», а также и в других органах печати, - писали они, - помещено обращение Исполкома Коминтерна «К рабочим всех стран», в котором, между прочим, в первом абзаце напечатано:

«Еще покойный Плеханов, когда он был марксистом» и т.д. Подчеркнутые нами слова мы считаем неверными и оскорбительными, как для памяти основоположника марксистского течения в России, так и для нас, его друзей и единомышленников. Мы тем более находим необходимым энергично протестовать против этой инсинуации, что она брошена целым учреждением, к тому же в обращении его "к рабочим всех стран". Последние, не зная в точности взглядов покойного Плеханова и полагаясь на заявление столь авторитетного органа, каким является Исполком Коминтерна, несомненно, поверят, что основоположник марксизма в России потом изменил ему, что, конечно, абсолютно не верно.

Мы, близкие Плеханову лица, зная, каковы были его воззрения вплоть до его смерти, утверждаем, что до гробовой доски он остался верен взглядам основателей научного социализма, усвоенным им в юности и неизменно проповедуемым в течение почти сорока лет.

За "Комитет по увековечению памяти Г.В.Плеханова"

Любовь Аксельрод-Ортодокс

Лев Дейч» [9].

Письмо Л. Аксельрод и Л. Дейча появилось не случайно. С 1922 года стал проявляться интерес к деятельности Плеханова. Публикуется целая серия работ о нем. В них преобладало преклонение перед первым русским марксистом. В.Я. Вольфсон издает две книги: 1) «Великий социалист. Краткий очерк жизни Г.В. Плеханова» [10] и 2) «Вокруг Плеханова» [11]. Они отражали огромный интерес, какой возбуждали тогда сочинения Плеханова, а сами книги были вызваны, по выражению автора, «тягой к Плеханову». В первой книжке дается краткий биографический очерк и бегло очерчивается значение Плеханова как философа и публициста. Вторая книжка Вольфсона является указателем литературы о Плеханове за 1922 год.

В ней приводится, и довольно подробно, содержание перечисленных статей о Плеханове - основателе русской социал-демократии.

В статье А.Френкеля «Надо заострять революционное оружие» сказано: «Наша марксистская философия имеет такого большого представителя в России, как Г.В.Плеханов. Он на русской почве создал лучшую литературу по философии марксизма. По ней учились, действовали и действуют основоположники коммунистической партии, по ней должно учиться и все молодое поколение» [12].

Автор ссылается на известное высказывание В.И.Ленина в его речи «Еще раз о профсоюзах», где говорится, что нельзя стать сознательным, настоящим коммунистом без того, чтобы не изучать - именно изучать - все, написанное Плехановым. На основе работ Плеханова советский философ тех лет Даян в 1924 г. исследовал проблему соотношения детерминизма и свободы [13]. Основное внимание он концентрировал на вопросе о детерминизме и роли личности в истории. Он один из первых поднял вопрос, который много лет не сходил со страниц философских работ: если общественное развитие совершается исключительно в силу причинной необходимости, то какой смысл имеет наше содействие общественному развитию? Кто будет стремиться к тому, чтобы содействовать наступающему лунному затмению? Привлекая фактический материал из истории философии, Даян приходит к выводу, что лучшее решение проблемы дал Плеханов, и подробно знакомит читателя с основными его идеями, указывающими на то, что детерминизм не только не снимает активную роль личности в истории, но является основой ее деятельности.

В защиту Плеханова выступила, как мы видели, и Л. Аксельрод. Тон ее письма (о Плеханове) бросает некоторый свет на всю ее будущую деятельность. Непримиримость и принципиальность поставили ее в оппозицию к официальному философскому руководству. Она все время попадала в немилость к «властям», на нее обрушивались всевозможные критики, а она то и дело неутомимо и с блеском парировала удары. В скобках заметим, что через 10 лет, в 1932 году, когда М. Митин станет главой советского «философского фронта», он скажет о письме Л. Аксельрод о Плеханове: «Вот прямая меньшевистская вылазка, прямое меньшевистское обращение против воззрения Коминтерна, который обвинялся со стороны Аксельрод в инсинуациях и т.д.» [14].

Только в первые несколько лет Аксельрод работала более или менее спокойно. Опубликовала ряд работ: «Карл Маркс как философ» [15], «Критика основ буржуазного обществоведения и материалистическое понимание истории, вып. I» [16], «Этюды и воспоминания» [17] и др. Но примерно с 1925 г., когда она написала ряд работ о Спинозе, начались ее серьезные расхождения с официальной философской линией по многим вопросам, и Аксельрод долгие годы находилась в немилости, вплоть до ее кончины в феврале 1946 г. С первых лет ее деятельность ограничивалась плодотворной педагогической и научной работой, но не, так сказать, руководящей. Она не вошла даже в редколлегию журнала «Под знаменем марксизма».

2. Троцкий и новый философский журнал

Этому журналу тогда придавали значение официальные представители власти. Его рассматривали как основное звено в создании кадров «философского фронта». Из руководящего ядра большевиков существенную роль сыграл Л.Д. Троцкий. В советской политической литературе речь Ленина широко освещена, особенно его статья «О значении воинствующего материализма», опубликованная в журнале «Под знаменем марксизма» и считающаяся философским завещанием. Не следует, однако, забывать, что в это время Ленин был уже очень болен, и, по-видимому, не случайно его нет в списках тех, кто принимает участие в работе вновь образованного журнала [18]. Из членов Политбюро там значатся лишь Л.Троцкий, Н.Бухарин и Л.Каменев. Не случайно также, что выход 1-го номера философского журнала открывается письмом Троцкого, которое, наряду со статьей Ленина, появившейся лишь в 3-м номере, следует считать программой для журнала. Об этом свидетельствует не только то, что письмо Троцкого открывает выход нового журнала, но и его содержание. Вот выдержка из этого письма, на которое ни разу не ссылались в Советском Союзе вот уже более 50 лет.

«Идея создания журнала, который вводил бы пролетарскую молодежь в круг материалистического понимания, кажется мне в высшей степени плодотворной... В такую, глубоко переломную, критическую, неустойчивую эпоху, как наша, воспитание пролетарского авангарда требует серьезных и надежных теоретических основ. Для того, чтобы величайшие события, могущественные приливы и отливы, быстрые смены задач и методов партии и государства не дезорганизовали сознания молодого рабочего и не надломили его воли еще перед порогом его самостоятельной, ответственной работы, необходимо вооружить его мысль, его волю методом материалистического мировоззрения...

Задача материалистического воспитания рабочей молодежи состоит в том, чтобы раскрыть перед ней основные законы исторического развития, и из этих основных - важнейший и первостепеннейший, - именно, закон, гласящий, что сознание людей представляет собой не свободный, самостоятельный психологический процесс, а является функцией материального хозяйственного фундамента, т.е. обусловливается им и служит ему...

Дать пролетарской молодежи материалистическое воспитание - есть величайшая задача. Вашему журналу, который хочет принять участие в этой воспитательной работе, я от души желаю успеха.

С коммунистическим и материалистическим приветом –

22/II-1922

Лев Троцкий» [19]

Конечно, это была программа для журнала.

Следует, однако, отметить, что Троцкий не избежал и трафаретных, обычных для него фраз о «темпе революционных событий на Западе», чувствуется боязнь или недовольство тем, что эти события могут «затянуться» и прочее. Мы, однако, не собираемся давать оценку деятельности Троцкого. Мы только хотим показать, что его роль в организации советской философии - со всеми ее положительными и отрицательными качествами - была огромной.

Это видно уже из его напутствия журналу. Видно это и из того, что он вообще выступал с важными, принципиальными статьями. Сошлемся на некоторые факты. Мы уже отмечали, что в те годы деятельность Плеханова-философа привлекала внимание. Его, в соответствии с указаниями Ленина, считали самым образованным и блестящим философом-марксистом. Однако Плеханов - политик и теоретик - был далек от большевизма, считался фигурой весьма противоречивой, и, как это уже видно из письма Аксельрод и Дейча, требовалось авторитетное слово, когда речь шла о всесторонней оценке деятельности Плеханова. Статья Троцкого «Беглые мысли о Г.В.Плеханове», опубликованная в 5-6 номерах журнала «Под знаменем марксизма» за 1922 год, дала такой анализ. Это, безусловно, одна из блестящих литературных работ Троцкого. Он писал:

«Плеханов не создал материалистической диалектики, но он явился ее убежденным, страстным и блестящим крестоносцем в России с начала 80-х годов. А для этого требовались величайшая проницательность, широкий исторический кругозор и благородное мужество мысли. С этими качествами Плеханов соединил еще блеск изложения и талант шутки. Первый русский крестоносец марксизма работал мечом на славу. Сколько он нанес ран! Некоторые из них, как раны, нанесенные талантливому эпигону народничества Михайловскому, имели смертельный характер» [20].

Автор анализирует также и «слабые стороны» Плеханова, «нарушение равновесия между теорией и практикой», которое, по его мнению, «оказалось для него роковым» [21]. Весь стиль статьи свидетельствует: это не только «анализ», - это блестящий философский портрет, нарисованный мастером.

Авторитетным считалось и его слово в защиту теории Эйнштейна. В первые годы становления советской философии некоторые авторы выступили с резкой критикой фрейдизма и теории относительности Эйнштейна. Троцкий недвусмысленно встал на защиту этих учений, следующими словами обрушившись на жрецов «непоколебимо-пролетарской» науки:

«Что скажут метафизики чисто-пролетарской науки по поводу теории относительности? Примирима она с материализмом или нет? Решен ли этот вопрос? Где, когда и кем? Что работы нашего физиолога Павлова целиком идут по линии материализма - это ясно и профану. Но что сказать по поводу психоаналитической теории Фрейда? Примирима ли она с материализмом, как думает, например, т. Радек (и я вместе с ним), или же враждебна ему? Тот же вопрос относится и к новым теориям о строении атома и пр. и пр.» [22].

В июне 1924 года состоялось общее собрание членов-учредителей «Общества воинствующих материалистов». Троцкий - один из его ведущих организаторов. Не имея возможности присутствовать на собрании, он прислал письменное приветствие, в котором, между прочим, писал:

«“Общество воинствующих материалистов”» не может не быть по разным радиусам связано со всеми отраслями научной деятельности. Материалистическая диалектика не мыслится нами вне человеческой практики, более узко, вне постоянного научного применения, вне живого исследования все нового и нового материала» [23].

Это, как небо от земли, далеко от того мертвящего цитатничества, которое стало процветать впоследствии, когда единовластным «теоретиком-диктатором» стал И.Сталин.

Интересна следующая мысль Троцкого: метод Маркса «служит ныне преимущественно, почти исключительно, для политических целей. Широкое познавательное применение и методологическое развитие диалектического материализма целиком впереди» [24].

Это программное положение.

Такая активная деятельность Троцкого продолжалась, однако, недолго. Когда начались его серьезные разногласия со Сталиным, он, ссылаясь на занятость, несколько раз сообщал в редакцию журнала «Под знаменем марксизма», что не в состоянии выполнить взятые на себя литературные обязательства. Уже примерно к концу 1924 г. его сотрудничество с философами прекращается. А вскоре на страницах журнала много раз фигурировало его имя, но уже в совершенно другом качестве...

Большое значение для оживления работы философов имело создание «Общества воинствующих материалистов»( в авторском варианте кавычек нет) (ОВМ). 9 июня 1924 г. для этой цели состоялось общее собрание членов-учредителей. На нем присутствовали: Г.К. Баммель, В.А.Ваганян, Б.И. Горев, A.M. Деборин, Н.А. Карев, С.С. Кривцов, В.И. Невский, И.Е. Орлов, Д.Б. Рязанов, В.К. Сережников, И.Н. Стуков, А.К. Тимирязев, А.Я. Троицкий и А.Д. Удальцов. Отсутствовавшие члены-учредители - Н.И. Бухарин, И.М. Покровский - передали ОВМ свое приветствие и обещание принимать активное участие в деятельности общества. Л. Троцкий, в частности, прислал письменное приветствие, в котором писал:

«Вы намечаете три взаимно связанные задачи: пропаганду диалектического материализма, борьбу с идеализмом, борьбу с извращениями диалектического материализма. Думается, что эта последняя задача не менее важна, чем две первые, - уже по тому одному, что в нашей стране, которою руководит материалистическая партия, идеализм действует преимущественно обходными путями, пытаясь софистицировать и фальсифицировать материалистическую диалектику» [25].

Первое собрание целиком было посвящено выработке устава общества и выборам в его распорядительные органы. В Президиум общества избраны: Н.И.Бухарин, В.А.Ваганян, A.M.Деборин, И.К.Луппол, В.И.Невский, М.Н.Покровский и А.К.Тимирязев. Секретарем общества Президиум избрал И.Луппола. Для руководства редакционно-издательской работой Президиумом выделена специальная комиссия в составе Бухарина, Ваганяна, Деборина и Невского.

Что же касается Устава, то, несмотря на обычный грозный тон («борьба с идеализмом», «борьба с извращениями» и т.п.), он обладал «либеральной» особенностью: чтобы облегчить основную задачу, записанную в Уставе («Разработка основ диалектического материализма»), прием членов в общество был более или менее свободным. В особенности уступки делались по отношению к естественникам. К этому вынуждало тогдашнее положение на теоретическом фронте.

Научно-исследовательских учреждений не было или почти не было. В Общество входили лица, для которых наука стояла на первом плане, но интересовавшиеся философскими вопросами. Делалось все, чтобы в Общество пришли естественники, «идущие» к материализму. Так случилось, что в нем оказалось много ученых, обвиненных впоследствии в «механицизме».

3. Первые учебные пособия

В первые годы основное внимание, наряду с организацией «философского фронта», было уделено созданию учебных пособий по философии. Это объясняется следующим. Маркс и Энгельс не оставили цельного, связного учебника по философии. Их мысли были разбросаны по многим трудам, часто полемического характера. Это делает их не всегда пригодными для педагогических целей. Еще меньше для этой цели годится работа В. Ленина «Материализм и эмпириокритицизм», в силу тех же причин. И поскольку изучению теории всегда в Советском Союзе придавалось первостепенное значение, то такое же значение придавалось и созданию учебников и учебных пособий. Первую роль в этом отношении сыграл учебник Н. Бухарина «Теория исторического материализма» [26] - настольная книга всех учащихся в то время. Но значительную роль сыграл и учебник А. Деборина «Введение в философию диалектического материализма». Уже одно то, что предисловие написал Г. Плеханов - властитель дум тех лет, - свидетельствует, что учащиеся не оставались равнодушными к такому учебному пособию, и не случайно оно, как мы уже отмечали, за несколько лет выдержало шесть изданий.

Не меньшую роль сыграли учебные пособия харьковского профессора Ю.С. Семковского. Мы имеем в виду его «Курс лекций по историческому материализму» [27] и его «Марксистскую хрестоматию» [28]. «Курс лекций» Ю. Семковского весьма оригинален по структуре. Хотя он формально как бы посвящен историческому материализму, но в нем излагается вся философская система. Первая часть так и называется: «Диалектический материализм (философия марксизма)», а вторая – «Исторический материализм (марксистская социология)». В книге даются определения философии, материи, диалектики, свободы и необходимости, детерминизма и индетерминизма. Что же касается его «Хрестоматии», то один из авторов в своей рецензии назвал ее «великолепной» [29]. Он писал:

«Среди выходящих в настоящее время книг по историческому материализму есть одна, не представляющая собой ни ученого, ни популярного изложения теории марксизма, но стоящая выше всех этих изложений по тому огромному влиянию, которое она окажет на углубление молодежи в источники марксизма. Я имею в виду "Марксистскую хрестоматию", составленную проф. Ю.С.Семковским [30]. Хрестоматия эта представляет собой большой том в 570 страниц. Она содержит сводку основных положений теории, излагаемых по соответствующим источникам. Небезынтересно также, что в одном из номеров журнала «Под знаменем марксизма» отмечалось, что литературное творчество Ю. Семковского "носит чрезвычайно многообразный и обильный характер" и что "философское движение на Украине не осталось вне влияния Семковского"» [31].

Несколько в ином плане ведет свое изложение И. Разумовский, один из первых выпустивший книгу, в которой изложены основные категории марксистской философии: «Курс теории исторического материализма». Это запись лекций, прочитанных автором для студентов Саратовского государственного университета. Но это скорее исследование, чем популярный курс лекций. Автор высказывает ряд мыслей, которые уже через несколько лет станут «крамольными». Например, выступает против самого понятия причинности. Понятие «причина», по его мнению, антропоморфизирует явление, т.е. автор исходит из того, что в самой природе нет причинных отношений, - эти понятия привносит человек. Он, далее, делит философию на онтологию и гносеологию, что тоже через некоторое время станет делом крамольным, ибо, согласно установившимся в последующие годы канонам, марксистскую философию нельзя делить на онтологию и гносеологию. Автор писал:

«Марксистская теория познания разрешает одновременно вопросы: онтологический - вопрос о том, что существует, каковы основные элементы существующего и их взаимоотношения... и гносеологический вопрос о том, как и в какой мере это существующее познаваемо. Но обе эти проблемы разрешаются не раздельно, а одновременно, - в плоскости методологической» [32].

Это, повторяем, сложный курс, но его непреходящая ценность в том, что в нем все время чувствуется самостоятельная мысль автора, его попытки исследовать многие трудные философские проблемы. Именно это определило его успех, и в 1929 г. «Курс теории исторического материализма» И. Разумовского выходит 3-м изданием. В нем было большое историко-философское введение, в котором излагались философские предпосылки марксизма, его методология, излагалась история развития теории. Большая часть книги отведена теории исторического материализма.

Такой же характер носит и книга Г. Тымянского «Введение в диалектический материализм», которая выдержала два издания. Автор тоже обнаружил незаурядные способности и педагога, и исследователя сложнейших философских проблем. Он рассматривает философию как сложную теоретическую науку и исследует ее категории, понятия, вопреки тому, что делали многие авторы - сводили философию к сумме цитат, избегая анализировать ее понятийный аппарат. Тымянский исходил из того, что в системе классификации наук теория логики занимает первое место и предшествует всем другим конкретным наукам. То же самое и в обществе: теория логики, по мнению автора, и здесь играет огромную роль и занимает определяющее место в познании общественных явлений. Конечно, чувствуется влияние Гегеля, философия которого занимала важное место в концепциях деборинской школы, видным представителем которой был Г.Тымянский. Однако книга последнего показывает, насколько глубоко он понимал задачи философии. Г.Тымянский писал: «Логическое или научное познание, таким образом, есть процесс развития понятий, процесс их конкретизации» [34].

Несомненный интерес представляет книга С. Гоникмана «Исторический материализм» [35]. Это была одна из плодотворнейших попыток излагать данный раздел философии на основе соответствующих логических категорий (общего и единичного, качества и количества и др.). Ведь известно, что именно исторический материализм наиболее «политизирован» в советской философии. Философия истории нередко сводится к изложению роли классов и борьбы между ними, к сумме примеров о решающей роли «экономического фактора» и т.п. Попытка С. Гоникмана философски подойти к философии истории была многообещающей. Он, например, пытался осмыслить проблему единства субъекта и объекта в процессе исторического развития, роль практики как основы познания исторических процессов. Видимо, такой углубленный подход к исследованию проблем исторического материализма был чужд тем, что выступил с резкой и несправедливой критикой его концепции [36].

Одним из первых издал курс марксистской философии академик АН БССР, директор Института философии и права АН БССР С.Я.Вольфсон. Речь идет о его книге «Диалектический материализм», ч. 1-2 [37]. Она была принята в качестве учебника и пользовалась большим успехом далеко за пределами Белоруссии. Достаточно сказать, что в 1926 г. вышло 6-е издание этой книги.

Немаловажную роль играла книга: Б. Фингерт и М. Ширвиндт «Краткий учебник исторического материализма» [38]. О ней журнал «Под знаменем марксизма», отметив недостатки, писал, что она может быть рекомендована учащимся вузов, так как написана на высоком уровне, в ней весьма полно и последовательно излагаются основные вопросы диалектического и исторического материализма. Впрочем, после смены «философского руководства», в 1931 г., появилась уже другая рецензия в том же журнале. Автор ее был Г. Обичкин, ставший потом директором Института Маркса-Энгельса-Ленина. Он, с благословения новой редколлегии, писал в конце рецензии:

«Вывод. Рекомендовать учебник для совпартшкол в настоящем виде ни в коем случае нельзя, так как по ряду вопросов, как мы показали, имеется очень много путаницы, неверностей и политических ошибок и так как он представляет собой одно из звеньев работ меньшевиствующего идеализма. Миллионы рабочих должны учиться по действительно марксистско-ленинскому учебнику» [40].

Особенно интенсивно работал В.Н. Сарабьянов, за сравнительно короткое время опубликовав несколько книг по марксистской философии. Их отличала популярная манера изложения, благодаря чему В. Сарабьянов в то время был одним из известнейших советских философов [41].

Ряд работ опубликовал Б.И.Горев. Его книга «Материализм - философия пролетариата» уже к 1924 г. выдержала 4 издания. Большой популярностью пользовались его «Очерки исторического материализма» [42]. О первом издании книги «Материализм - философия пролетариата» В.И. Невский писал, что это первая попытка популярного марксистского учебника [43].

Пользовались большой популярностью среди учащейся молодежи учебники проф. Московского Государственного университета, старейшего сотрудника Института философии Академии Наук СССР Трахтенберга О.В [44-45].

Особо следует отметить официальный учебник по философии, написанный, правда, несколько позже, под редакцией М. Митина [46]. Он пришел на смену указанным выше, а также другим учебникам по философии после того, как были «осуждены» и отстранены от активной научной работы многие авторы-деборинцы. Дадим слово рецензенту Г. Глезерману - известному советскому философу, который вначале отдает должное достоинствам учебника, поскольку он «выявляет и освещает то новое, что вносит марксизм-ленинизм в лице Ленина и Сталина в общую сокровищницу марксизма». Затем рецензент пишет:

«Но вместе с тем первая часть учебника изложена еще более трудно, сухим, абстрактным языком, с полным пренебрежением к методике преподавания. Опыт пользования этой частью учебника в текущем учебном году показывает, что она крайне трудна для рядового слушателя комвуза...

Учебник несвободен от всяких ненужных выкрутасов и усложнения формулировок. В первых же главах философски неокрепшему еще читателю приходится сталкиваться с многочисленными терминами вроде "чистая интуиция", "трансцендентальное сознание" и т.д., которые приводятся без всяких пояснений».

А далее отмечается, что рецензируемый учебник «страдает, на наш взгляд, тем же схематизмом и отвлеченностью, какими отличались учебники по общей истории.

Изложение философских направлений (например, характеристика французского материализма) дано с простым перечислением имен, но безо всякой характеристики отдельных личностей, игравших значительную роль в борьбе материализма и идеализма, даже без всяких хронологических ссылок. Индивидуальные особенности, дух каждой философской системы отражены крайне бледно. Что даст читателю фраза о том, что "от Бэкона, Гассенди и физического учения Декарта, через Гоббса, Спинозу и Локка, идет развитие механического материализма" (стр.46), если он не только не имеет представления об этих философах, но даже не знает хронологических дат их жизни» [47].

Можно себе представить, что это был за «труд», если подобная рецензия появилась в то время, когда Митин был в зените славы. Ибо выяснилось «из опыта пользования учебником в текущем учебном году» (см. рецензию), что студенты едва ли что-либо поняли, читая учебник. Вот почему в прагматических целях не посчитались даже с авторитетом М. Митина: надо было исправить положение. Таков первый научный результат М. Митина, когда он стал возглавлять «философский фронт».

Мы кратко изложили основные направления, по которым развертывалась работа советских философов в первые годы их деятельности. Но с 1924 года произошли события, повернувшие их внимание в другое русло. Начались новые дискуссии, которые стояли не только в центре внимания философов, но, в определенном смысле, - всей страны.

Предыдущая | Содержание | Следующая

Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Александр Воронский
За живой и мёртвой водой
«“Закон сопротивления распаду”». Сборник шаламовской конференции — 2017
 
 
Кто нужен «Скепсису»?