Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


Предыдущая | Содержание | Следующая

II. Убийство Плеве

Это произошло утром 15 июля 1904 года. Несколько покушений на Плеве до этого окончились безрезультатно. После каждого покушения Плеве только усиливал свою охрану. В этот день Плеве с поездом 9 час. 30 мин. утра ехал с докладом к Николаю II с Варшавского вокзала. Группа боевиков, вооруженная бомбами, двинулась ему навстречу. Они шли по Обводному каналу, свернули в первую роту Измайловского полка. Впереди шел Боришанский, следом за ним Е. Сазонов с главной бомбой в 10 фунтов. За Сазоновым — Ив. Каляев. Последним Сикорский. Вся эта группа должна была занять посты таким образом, чтобы Плеве, проехав первую роту, был заперт на Измайловском проспекте и уже никуда не мог бы прорваться. Первый удар должен был нанести Е. Сазонов.

Выезды Плеве всегда обставлялись известной торжественностью. Впереди его закрытой кареты на лихаче мчался полицмейстер. Мчавшуюся карету экскортировали по бокам тайные агенты на велосипедах. Ехал Плеве обыкновенно по середине /11/ широких петербургских улиц — он основательно побаивался близости тротуаров, хотя на них при его проездах кишмя кишели охранники, сыщики, полицейские, дворники.

Ровно в 9 часов утра на Измайловском проспекте показалась карета Плеве. В это время Боришанский был уже на углу первой роты, Сазонов спускался с моста на Обводном канале и шел в направлении Варшавской гостиницы. Одет он был в форме железнодорожника. Каляев и Сикорский были на другой стороне Обводного канала. Когда карета Плеве приблизилась к Варшавской гостинице, одно случайное обстоятельство посодействовало успеху дела Сазонова. На этот же поезд спешил офицер Семеновского полка капитан Цвецинский. Кучер Плеве, желая обогнать ехавшего офицера, взял вправо, чем приблизил карету к Сазонову, замедлив темп движения.

Сазонов ждал Плеве у Варшавской гостиницы. Видя заминку, он быстро соскочил с тротуара и с поднятой рукой двинулся на Плеве.

Всесильный царский временщик сидел в карете полуразвалившись и смотрел в окно. Он сразу увидел двигавшегося на него Сазонова. На одно мгновенье революционер и министр впились друг в друга взглядами. Плеве мгновенно все понял, увидел свою смерть. Впоследствии Сазонов без ужаса не мог рассказывать о выражении лица Плеве в этот момент.

Быстро приблизившись к карете, Сазонов бросил бомбу в окно. Раздался оглушительный взрыв, /12/ из окон окружающих домов посыпались стекла, послышались крики. Мимо Каляева пронеслись взбешенные лошади с оторванным передком кареты. Всё место взрыва было окутано дымом. Когда прояснилось, зрителям представилась следующая картина.

Могучая опора трона, министр Плеве, лежал на мостовой изуродованный. Рядом с ним тяжело раненый Е. Сазонов. Несколько в стороне раненый охранник-велосипедист Гартман, офицер Цвецинский, убитый кучер Плеве. Обломки кареты, развороченная мостовая. Кто уцелел из прославленной охраны Плеве, разбежались. Все участники этого дела разошлись. Если б Сазонов не был ранен, он мог бы то же сделать. Но он был в беспамятстве.

Когда первая паника прошла, сбежалась полиция. Пристав накрыл изуродованного Плеве своей шинелью.

Сазонов, придя в сознание, издал крик радости и этим обратил на себя внимание охранника Гартмана, который указал на него полиции, как метальщика бомбы.

Вынув браунинг, Сазонов хотел покончить с собой, но раненая рука не повиновалась. Тем временем полиция набросилась на него. Началось жестокое избиение, его топтали ногами, плевали ему в лицо. Он снова потерял сознание и в таком виде доставлен в тюрьму.

Весть об убийстве всеми ненавидимого Плеве с быстротой молнии облетела всю страну, весь мир. Не было места, где этому не радовались бы. Имя /13/ Егора Сазонова стало самым популярным на всю Россию. Даже принципиальные противники террора, социал-демократы, не скрывали своей радости по случаю гибели Плеве.

Петербургский Комитет Р.С.Д.Р.П. по поводу этого убийства выпустил прокламацию.

«Плеве убит, — говорилось там. — Радостно вздохнет каждый обитатель свободной Руси, услыхав благую весть. Наказан злодей — думает всякий, не потерявший способность чувствовать. Убит убийца рабочих. Убит жестокий представитель кровожадного самодержавия. Плеве нет».

Эти же чувства выражал и центральный орган Р.С.Д.Р.П. «Искра», писавшая:

«Пролетариат встретит с чувством непосредственного удовлетворения известие, что бомба революционера убила человека, ответственного за кровь многих тысяч пролетариев и нравственные страдания многих активных борцов за свободу».

Если в лагере революции гибель Плеве вызвала ликование, то понятно, как велика была паника, подавленность и уныние в лагере монархии.

Николай II в своем дневнике записал:

«Утром Гессе принес тяжелое известие об убийстве Плеве, брошенною бомбою против Варшавского вокзала. Смерть была мгновенная. Кроме него убит его кучер и ранены семь человек, в том числе командир моей роты Семеновского полка кап. Цвецинский — тяжело. В лице доброго Плеве я потерял друга и незаменимого министра внутренних дел. Строго господь посещает нас своим гневом. В такое короткое /14/ время потерять двух столь преданных и полезных слуг»[1].

Плеве был убит в момент подъема революционного движения. Назначенный на его место кн. Святополк-Мирский сделал либеральный жест — дело Сазонова было передано не в военный суд, а Петербургской Судебной Палате. Этим смертный приговор делался невозможным.

Приговором судебной палаты 30 ноября 1904 г. Сазонов был осужден к каторжным работам без срока. В силу манифества по случаю рождения наследника, это наказание было сокращено до 14 лет.

Невольно оставив Сазонова в живых, царское правительство решило, однако, заживо похоронить его в недрах Шлиссельбургской крепости, куда он был водворен в декабре того же года.

Первый период в жизни этого выдающегося революционера закончился.


Примечания

1. 2 апреля 1902 г. Степаном Балмашовым был убит министр внутренних дел Сипягин.

Предыдущая | Содержание | Следующая

Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Дружественный проект «Спільне»
Сборник трудов шаламовской конференции
Книга Терри Иглтона «Теория литературы. Введение»
 
 
Кто нужен «Скепсису»?