Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


Тень Альенде в Боливии: Моралес лицом к лицу с мятежом

Боливия балансирует на грани гражданской войны, однако президент Эво Моралес упорно придерживается своих обязательств по созданию народной демократии в рамках тех государственных институтов, что привели его к власти, в то время как правые силы сбрасывают маски. Действие разворачивается на фоне 35-й годовщины свержения Сальвадора Альенде, героической (если не трагической) фигуры – президента Чили, который верил в возможность мирного перехода от унаследованного им формально демократического буржуазного государства к социалистическому обществу.

Как и Альенде, Моралес столкнулся с ориентированной на Соединенные Штаты мощной экономической и политической элитой, стремящейся обратить вспять даже те ограниченные преобразования, которые он смог провести за три года пребывания у власти. Прежде всего, Моралес, первый президент-индеец в истории Боливии, добился большего контроля над нефтяными и газовыми ресурсами страны, сильно повысив налог на углеводороды и употребив немалую часть доходов на обеспечение всеобщей пенсией граждан старше шестидесяти лет, по большей части индейцев, живущих в нищете.

Самопровозглашенные Гражданские комитеты «Полумесяца» [1](четырех восточных департаментов Боливии) восстали против этих изменений, требуя автономии департаментов, права распоряжаться доходами от углеводородов, прекращения аграрной реформы и даже контроля над силами полиции. Ориентирующийся на интересы латифундистов Гражданский комитет Санта-Круса поддерживает примыкающую к нему военизированную организацию – Союз молодежи Санта-Круса (UJC), чьи боевики забрасывают зажигательными бомбами и захватывают правительственные здания, а также нападают на индейские и крестьянские организации, осмелившиеся поддержать правительство.

Результатом усилий Моралеса по преобразованию государственных институтов явилось Учредительное собрание, избранное всенародно для разработки проекта новой конституции. Собрание было созвано в середине 2006 года, и политическая партия Моралеса, Движение к социализму (MAS), занимала в нем 54 % мест. В процессе разработки проекта правые партии во главе с Podemos («Мы можем») [2] потребовали, чтобы измененные разделы конституции принимались не менее чем двумя третями голосов даже внутри рабочих комиссий Собрания [3]. Их требование было отвергнуто, и в ноябре 2007 года, когда проект новой конституции уже близился к завершению, в Сукре, городе, формально считающемся столицей, где и размещалось Собрание, произошло нападение на его участников, в том числе на председателя, индианку Сильвию Ласарте.

В речи, напоминавшей последнее выступление Альенде в президентском дворце Чили, Эво Моралес заявил: «Живым или мертвым, но я добьюсь для страны новой конституции». Собрание разместили в старом форте под защитой военных. Здесь была принята конституция, которую позже должен был утвердить всенародный референдум. Гражданские комитеты и префекты департаментов «Полумесяца» смогли заблокировать в своих департаментах голосование на референдуме и организовали вместо него в мае этого года местные референдумы по вопросу автономии. Однако Национальный избирательный совет счел эти референдумы неконституционными.

Прибегая более к демократии, нежели к силе, в попытках добиться всенародного согласия, Моралес отложил голосование по новой конституции, а вместо этого рискнул президентским мандатом и провел референдум о своих полномочиях и полномочиях префектов. В результате голосования 10 августа Моралес выиграл с ошеломляющим результатом – 67 % голосов, получив большинство бюллетеней в 95 из 112 регионов страны, причем даже Пандо, один из департаментов «Полумесяца», проголосовал в его пользу.

Однако восставшие префекты также обновили свои мандаты. На основании незаконных областных плебисцитов, проведенных в мае, они пошли на захват власти в богатейшем департаменте Санта-Крус. Ударные отряды UJC вышли на улицы города и пригородов, атакуя и подавляя любое сопротивление местных индейских движений и сил, связанных с MAS. Не желая провоцировать открытый мятеж, Эво Моралес не позволил армии использовать местную полицию, оставив город фактически под контролем UJC.

Вместе с тем правые, возглавляемые Гражданским комитетом Санта-Круса, стали расшатывать экономику, пытаясь дестабилизировать правительство Моралеса теми же методами, какими при поддержке ЦРУ действовала против Сальвадора Альенде оппозиция в Чили в начале 70-х. Как и в Чили, в «забастовках» приняли участие крупные сельскохозяйственные собственники и владельцы грузовиков, которые отказывались доставлять продукты на городские рынки западных Анд, где велика концентрация индейского населения, зато продавали их на «черном рынке» по высоким ценам. Конфедерация частных предпринимателей Боливии призвала к закрытию предприятий отечественных производителей в случае, если правительство откажется «сменить свою экономическую политику».

В последнюю неделю Гражданские комитеты стали усиливать свой контроль над департаментами «Полумесяца». 8 сентября в Санта-Крусе толпы молодежи во главе с UJC захватили правительственные здания, включая ведомство земельной реформы, налоговое ведомство, студии государственных телеканалов и национализированную телефонную компанию «Entel», и подожгли офисы неправительственной правозащитной организации, которая отстаивала права индейцев и давала юридические консультации. Военная полиция, посланная на защиту многих из этих организаций, была вынуждена отступить, порой неся потери, но не имея права применить силу в ответ в связи с постоянно действующим приказом из Ла-Паса, запрещающим использовать оружие. Генерал, командующий военной полицией, угрожая разбушевавшимся демонстрантам, сказал, однако, что войска не могут ничего сделать, пока Эво Моралес не подпишет документ, разрешающий применение огнестрельного оружия.

В действительности между Моралесом и военными происходила борьба относительно того, кто возьмет на себя окончательную ответственность за кровопролитие и возможную гибель людей в результате ввода войск на территорию «Полумесяца». Вооруженные силы не поддерживают мятеж, поскольку он угрожает территориальной целостности страны. Но идею ввода войск они принимают неохотно: когда при прошлых правительствах военные открывали огонь и убивали демонстрантов на улицах Ла-Паса, их осудили за кровопролитие.

10 сентября, когда насилие распространилось по всему «Полумесяцу», Эво Моралес выслал посла США Филиппа Голдберга за «заговор против демократии». Месяцем раньше Голдберг встречался с префектом Санта-Круса, Рубеном Костасом, который позже объявил себя «правителем» автономного департамента и отдал приказ об официальном принятии руководства над правительственными ведомствами, включая те, что занимаются налоговыми сборами. Костас – лидер восставших префектов и основной противник Эво Моралеса.

11 сентября (35-я годовщина свержения Альенде) стало самым кровавым днем нараставшего конфликта. В Пандо, департаменте «Полумесяца», банда, вооруженная пулеметами, напала на индейскую общину Эль-Порвенир неподалеку от Кобихи, столицы области, в результате чего погибло по меньшей мере 28 человек. Результатом другого нападения стало похищение троих полицейских. «Красные пончо», официальное подразделение народного ополчения, поддерживающее Эво Моралеса, направило свои силы на помощь индейским общинам для организации самообороны.

На следующий день Моралес объявил в Пандо осадное положение и послал армию в Кобиху и для захвата аэропорта, занятого силами правых. Армейские части также были направлены на охрану газопроводов, так как UJC захватили один из них и остановили подачу газа в соседние Бразилию и Аргентину. Генерал Луис Триго Антело, главнокомандующий вооруженными силами Боливии, объявил: «Мы не потерпим более действий радикалов, которые порождают конфликт между боливийцами, сеют боль и страдания и угрожают национальной безопасности». Подписав приказ, разрешающий применение силы в Пандо, Моралес признал, что чувствует себя ответственным за унижение военных и полиции праворадикалами и вандалами, так как именно он не давал разрешения на применение оружия. Это было платой за то, что верховное военное командование начало принимать меры.

Потеряв в продолжительном бою не менее трех человек убитыми, армия захватила аэропорт и двинулась к городу. Вышел приказ об аресте префекта Пандо, как не признавшего осадное положение и ответственного за бойню в Эль-Порвенир. В Санта-Крусе полиция арестовала восемь мятежников из UJC. Крестьянские организации объявили, что они пройдут по городу, чтобы вернуть контроль над правительственными зданиями. Восставшие префекты во главе с Костасом все еще требуют автономии департаментов и отказываюся признавать всенародное голосование на референдуме по поводу новой конституции.

Эво Моралес не отступает. На встрече с поддерживающими его профсоюзными лидерами он заявил: «Мы развернем кампанию в пользу утверждения новой конституции». Однако он указал, что может изменить черновой вариант конституции, чтобы приспособить ее к некоторым из требований автономии. Как и Альенде, Моралес продолжает искать пути демократического разрешения кризиса в стране. В данный момент его поддерживают вооруженные силы Боливии и подавляющее большинство населения, что дает ему шанс избежать судьбы чилийского президента.

Перевод с английского и примечания Анастасии Крыловой
Статья опубликована на сайте http://www.counterpunch.org [Англоязычный оригинал статьи].


По этой теме читайте также


1. На территории восточных (равнинных) департаментов Боливии с преобладающим белым населением сосредоточены основные нефтегазовые ресурсы страны. Разумеется, намерение Моралеса перераспределить часть доходов в пользу горных индейских регионов не могло найти поддержки у «Полумесяца». Кроме того, богатейшим семьям «Полумесяца» принадлежит огромная часть сельскохозяйственных земель, которые Моралес хочет передать крестьянам-индейцам, перебравшимся на равнину. В департаменте Санта-Крус, на который приходится треть всей территории Боливии, большим влиянием пользуются семьи бежавших из Европы усташей и немецких нацистов, насаждающие расизм. В восточных департаментах проживает 58% населения Боливии.

2. Podemos (аббревиатура названия «Демократическая социальная сила») – неолиберальная партия Боливии, не имеет отношения к левой венесуэльской партии с тем же названием. Боливийская Podemos, возглавляемая Хорхе Кирогой (вице-президент в правление экс-диктатора Уго Бансера в 1997–2001, президент Боливии в 2001–2002, основной соперник Моралеса на президентских выборах), была построена в 2002 году на руинах проправительственной бансеровской партии AND (Националистическое демократическое действие) и стала её политическим преемником. Название этой партии, выражающей интересы крупных землевладельцев, в надписях на стенах городов Боливии нередко заменяется на ROBEMOS («Мы грабим»).

3. Каждый член Собрания входит в одну из 21 рабочих комиссий, выполняющих большую часть работы и отражающих состав Собрания в целом. Комиссии должны выяснить мнение народа, в том числе в поездках по стране, получая от населения наказы относительно новой конституции (например, комиссия экономического развития получила наказы по 369 статьям), а затем каждая комиссия объединяет планы в единое целое. Если компетенция двух комиссий пересекается по каким-то вопросам, они встречаются для совместного обсуждения. Для принятия изменений в конституции необходимы две трети голосов всего Собрания. Требование двух третей голосов в каждой из рабочих комиссий – верный способ заблокировать работу над новой конституцией.

Имя
Email
Отзыв
 
Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Дружественный проект «Спільне»
Сборник трудов шаламовской конференции
Книга Терри Иглтона «Теория литературы. Введение»
 
 
Кто нужен «Скепсису»?