Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


Предыдущая | Содержание | Следующая

Глава 7.
Хьюстон Стюарт Чемберлен — британский провидец, пионер и пророк Третьего рейха

Только в Англии расовые идеологии могли развиваться непосредственно на основе национальной... традиции...

Ханна Арендт

...Это уникальное племя в качестве основного закона выдвинуло принцип чистоты расы... Как нация в то время только евреи заслуживали уважения.

Хьюстон Стюарт Чемберлен

Пророк антисемитизма Чемберлен предлагает брать пример с евреев

X. С. Чемберлен неоднократно ссылался на авторитет британского империалиста Бенджамина Дизраэли, проповедовавшего чистоту расы: «...мы должны учиться у Дизраэли, утверждавшего, что сила еврейской нации кроется в ее чистоте, именно чистота расы дает силу и стабильность»[1]; «чистота расы, кровная солидарность»[2]. Хьюстон Стюарт Чемберлен любил цитировать «Танкреда» Дизраэли: «Все есть раса, другой истины нет»[3]. Именно из этого источника берут начало следующие высказывания Чемберлена: «Евреи, это уникальное племя, в качестве основного закона выдвинули принцип чистоты расы; только это племя обладает... физиономией и характером... Как нация в то время только евреи заслуживали уважения», т. е. уважения расиста. Чемберлен именно как юдофоб желал сделать свойственную евреям расовую чистоту обязательной для своих германцев: «Мы сами изменяем тому, что свято соблюдает самый жалкий обитатель гетто... — чистоте крови»[4]. Как ранее премьер-министр Дизраэли, еврей по происхождению, так и крайний антисемит Хьюстон Стюарт Чемберлен восхищались в евреях именно тем, что объединяло их с англичанами: тем, что еврейство «никогда не поддавалось слабости»... «принять предложение породниться с кем-то»[5]. Напротив, оно с помощью своей религии всячески старалось сохранить чистоту крови[6]. (Так, в современном Израиле государство, следуя религиозному закону, отказывается признавать браки между евреями и неевреями*. Поэтому в 1975 г. Организация Объединенных Наций большинством голосов (а позже и министр от партии Мерец Ш. Атони) осудила Израиль за «расизм»)[7].

* Такой закон был принят в результате непропорционально сильного влияния «религиозных партий» в правительственной коалиции (прим. Автора).

Очевидно, покинувший родину англичанин Чемберлен неосознанно пытался «изобличить» в религии иудеев как раз то, что (через /164/ посредство кальвинистского пуританства) усвоили сами англичане, а именно осознание собственной избранности, которая, в отличие от иудеев, привела к постоянным притязаниям на мировое господство. «У народа с такой наклонностью религия порождает иллюзию особой избранности, особой угодности Богу ...он замыкается в безумном высокомерии», — писал Чемберлен о евреях[8]. Вот точное определение его собственных чувств, чувств англичанина, уверенного в своей избранности. Но Чемберлен не сделал этого очевиднейшего вывода, потому что основную предпосылку представления об избранности — «принцип предопределения» он провозгласил «исконно арийским», а принцип свободы воли, наоборот, заклеймил как еврейский[9]. Таким образом, этот британский вдохновитель создателя Третьего рейха считал, что зависимость (которая предопределена свыше), подчинение — ценности в высшей степени арийские, а их противоположность — свобода (воли), напротив, является ценностью еврейской. Так, уже в 1899 г. Чемберлен с помощью «расовой морфологии» «обосновал» утверждение, что единственная форма свободы, достойная уважения, — это не свобода собственной воли, а (как у Карлейля) свобода повиновения, о чем Чемберлен говорил и Гитлеру. В книге Альфреда Розенберга, в которой он отзывается о Чемберлене как о провозвестнике и основоположнике будущего Германии, английское понимание свободы (логично и последовательно) интерпретируется как «свобода действовать соответственно силе»[10]. Несложно догадаться, что именно такая «прямолинейность британской воли» внушала Розенбергу «уважение к Англии, а то и преклонение перед ней». И не ему одному — и даже по сей день.

С другой стороны, новаторская книга об Англии немецкого англиста Вильгельма Дибелиуса обнаружила «недопустимую» для английской культуры «чрезмерно развитую силу воли — а не свободу воли»[11]. И именно подобные типичные черты британской «расы господ», воспитываемые в английских паблик-скул, Хьюстон Стюарт Чемберлен спроецировал на культуру евреев: отсутствие поэзии, философии, которые «парализуют волю... безусловную волю к жизни»[12]. Соответственно и Парижская Коммуна 1871 г. представлялась ему «еврейской» — а заодно и бонапартистской — махинацией[13]. Все это вытекало из той же «логики», как и его аксиома, что права человека — не более чем «пустая фраза»[14].

Сделанные выводы были абсолютно закономерны, ведь Чемберлен, этот представитель «патристики» НСДАП, был убежден, что человечества как такового «вообще не существует»[15] (до него так же считал его соотечественник Чарлз Кингсли, а после него — его /165/ почитатель Генрих Гиммлер), и поэтому представителей «низших» рас вряд ли можно назвать людьми. В связи с войной 1900 г. против китайцев (по отношению которым Чемберлен использовал почти такие же эпитеты, как и к евреям) он заявлял, что с такими тварями следует обращаться, как с «домашними животными» — т. е. сажать их на цепь. Эпигон Чемберлена, Генрих Гиммлер, подчеркивал, что русские являются «зверолюдьми». (Его британский вдохновитель тоже ненавидел русских — вместе с чехами и поляками. Ненавидел до такой степени, что просто брезговал читать Достоевского. «Русские — новое воплощение вечной империи Тамерлана», — полагал Чемберлен. Такого мнения о русских придерживался не он один. Так, в то время, когда этот вдохновитель Гитлера только появился на свет, некоторые представители его расы считали, что от русских, участвовавших в Крымской войне, «исходил специфический душок: едкий, непреодолимый запах кожи»[16].) Представителей «неполноценной черной расы» Чемберлен относил скорее к животным, чем к людям.

Если принять за аксиому то, что святость догматов веры, передаваемых из поколения в поколение, определяется избранностью верующих, а не разумными обоснованиями, то не требуется вообще никаких аргументов — хватит и «священного» негодования по поводу «фраз... о равенстве человеческих рас... болтовни... к которой стыдно и прислушиваться»[17]. И вряд ли кого-то, кроме англичанина, могло так ужасать «ненациональное государство... бастардов, не связанных одинаковым происхождением». Чемберлен рассматривал такое государство как «прегрешение» перед родом «человеческим» — не только перед расой господ. Его прошибал холодный пот от зрелища чудовищного «хаоса народов»: пока еще «не удалось удалить из нашей крови все яды этого хаоса... Вновь и вновь силы (хаотической) тьмы протягивают свои щупальца... и пытаются затянуть нас... во тьму»[18].

С отрицанием существования единого человечества, с мифологизацией «биологии», превращавшей эту науку в нечто иррациональное, связан и чемберленовский кошмар о «прегрешении против природы», его кошмарное видение того «хаоса народов, не имеющих расы и нации», который царил в поздней Римской империи[19]. «Азиатский и африканский раб коварно... прокрался к самому трону, сирийский бастард захватывает в свои руки законодательство». И Чемберлен заявляет (как будто бы раса господ решает, где кончается и где начинается человечество): «Это не люди, это твари...»

Не в последнюю очередь именно благодаря таким высказываниям английский борец за чистоту расы X. С. Чемберлен сделался /166/ духовным отцом общества «Немецкие христиане»[20]. Германцы — избранная раса[21] (под этим высказыванием Чемберлен подразумевал, что германцы составляют нечто вроде «нового Израиля») — эта идея довела его островной, британский антиуниверсализм до крайности: «Об африканском, египетском и прочем человеческом отребье, помогавшем строить христианскую церковь, нечего и говорить»[22] — это «лишенные расы ненавистники расовой чистоты»[23].

Автора немецкого расистского романа «Грех против крови»* вдохновили следующие высказывания Чемберлена о евреях и смешанных расах: «...Уже одно их существование — это грех, преступление против священных законов жизни»[25]. «Хуже, чем помесь испанцев с южноамериканскими индейцами»[26], «все эти злосчастные перуанцы, парагвайцы... — результат скрещивания несовместимых рас»[27]. «Дух Каракаллы** настороже, он готов бессмысленно повторять дурацкие и лживые фразы о гуманности», об универсализме, о единстве человечества. «Хаотичный, не имеющий расы человеческий Вавилон ...животное начало, сметающее все границы»[29]. Но, завоевав Римскую империю, германцы «вырвали агонизирующее человечество из когтей вечно-животного»[30].

* «Грех против крови» — роман Артура Динтера, первое издание вышло в 1918 г.[24]

** Каракалла в 211—217 гг. был римским солдатским императором и распространил права, которые давало римское гражданство, на живших в империи представителей «чужих рас» (прим. автора)[28].

Для современного Чемберлену «не имеющего расы человеческого Вавилона» последнюю надежду на спасение могло дать лишь аналогичное германское завоевание[31]. Чемберлен обосновывал это тем, что германцы с их расовой чистотой, безусловно, являются высшей расой. (Под германцами Чемберлен подразумевал не только немцев, но и англичан. А Генрих Гиммлер обращался к норвежцам, говоря: «мы, германцы...»). Но это не значит, что немцы и германцы были для него совершенно одним и тем же. Как бы то ни было, путь из Лондона в Рим, по мнению Хьюстона Стюарта Чемберлена, ведет «от самой утонченной цивилизации и высокой культуры в полуварварство — грязь, грубость, невежество, ложь, бедность...»[32] Ведь «чем дальше мы продвигаемся на север, другими словами, чем более мы удаляемся от очага подобной гибельной «культуры» и чем чище становятся расы», тем духовнее жизнь[33]. Уже во время первой мировой войны, незадолго до того, как объявить себя подданным Вильгельма II, Чемберлен — без препятствий со стороны немецкой военной цензуры — делал следующие /167/ заявления: «Англичане — более чистые германцы, чем многие немцы. А в течение последних двух столетий англосаксы — то есть собственно германцы — все больше и больше проявляли себя»[34]. По его словам, англичане благодаря близкородственным бракам стали сильнейшей расой в Европе.

Таким образом, для человеческих рас следовало применять такой же племенной отбор, как в селекции животных[35]: «Я иду вслед за великим английским естествоиспытателем в конюшню... и говорю: здесь есть нечто, наделяющее содержанием слово “раса”...»[36] «...Как скаковая лошадь... создается благодаря выбраковке всего низкопородного ... так же (sic) и в человеческом роде»[37]. Нет никаких оснований к тому, чтобы для людей делалось исключение из «естественных законов жизни»[38] — нет никаких оснований для отклонения от «железных законов бытия», поставленных Гитлером на службу своему делу. «Биологизируя» этику с помощью таких представлений о расовом отборе, Чемберлен (как до него Бенджамин Дизраэли применительно к «арийским принципам... сохранения здоровья и красоты первостепенной расы») рекомендовал обрекать слабых детей на смерть — в соответствии с «одним из самых благословенных законов греков, римлян и германцев»[39]. Ведь, по Хьюстону Стюарту Чемберлену, арийскую расу можно сотворить (в подтверждение этой мысли он привлек идеи о селекции, высказанные социал-дарвинистами — такими, как Пирсон, Кидд и Гальтон)[40] «Пускай было бы доказано, что в прошлом арийская раса никогда не существовала, но мы можем мечтать о том, что она возникнет в будущем», — утверждал Чемберлен. Дефиниция «германского» потребовала бы «как раз взгляда селекционера»[41]. Эта дефиниция оставалась полностью субъективной. Именно инстинктивно Чемберлен ощущал уверенность, что «арийцы физически и духовно превосходят всех людей, и поэтому им по праву следует быть властителями мира»[42].

Таким образом, великие народы должны были «возникать лишь вследствие облагораживания расы»[43]. «Именно раса поднимает человека над самим собой, придает ему необыкновенные, я бы сказал — почти «сверхъестественные» способности... И действительно: чему нас учит любая скаковая лошадь, любой чистопородный фокстерьер, любой кохинхинский петух, тому же учит и история нашего собственного рода человеческого...»[44]

Интеллектуализм, по мнению Чемберлена, ведет к поражению или распаду расы[45]. А в англичанах — как отмечал еще Карлейль — больше всего восхищает их упрямое сопротивление логике. Секрет политического гения англичан[46], англосаксов кроется именно в их /168/ безошибочном жизненном инстинкте[47]. Поэтому и немцы должны следовать инстинкту — этот совет не раз настойчиво повторял Адольф Гитлер. В трудах этого британского наставника фюрера встречаются и пренебрежительные отзывы о «господах с гусиными перьями», писателях. Ведь Европу, согласно Чемберлену, создали не мыслители, а воины[48].

«Неарийским» расам Чемберлен отказал даже в наличии импульса к образованию государства[49]: «В деле управления чужими народами (населением Индии) существует один неоспоримый факт: подобные деяния постоянно, славно и полностью могут свершать только тевтонцы»[50]. «Какие великие дела... были бы доведены до конца хаосом... без помощи германцев?»[51] Германские «люди несут свое благородство как единственный... дар», они обладают «врожденным приличием («приличность» — мещанский синоним добродетели*)... суровых рас» — в отличие от «умственного варварства цивилизованных метисов»[53]. Так, в Британской Северной Америке действовали истинные германцы, проходившие суровый отбор в жестокой борьбе за существование[54].

* Слово «приличный» (anstandig) было любимым словом Гиммлера. На одной странице его речей оно появляется не менее четырех раз, на многих других — не менее трех (прим. автора)[52].

Веру Чемберлена в своих германцев не мог поколебать и геноцид, практиковавшийся ими. Напротив, эта практика подтверждала для него избранность германской расы и ее особые отношения с Богом[55]. «С начала времен и по сей день мы видим, что германцы вырезают целые племена и народы... чтобы расчистить место для самих себя... Всякому придется признать, что именно там, где они были наиболее жестокими, — как, например, Тевтонский орден в Пруссии... англичане в Северной Америке... — они тем самым заложили надежнейшие основы для утверждения самого высокого и нравственного существования»[56]. Незабвенной в этом отношении оставалась для Чемберлена и Австралия, колонизованная британцами. В качестве образцового «неиспорченного германца» из числа австралийских колонистов Хьюстон Стюарт Чемберлен называл английского фермера Тайсона, который эмигрировал в Австралию как поденщик, а к концу жизни стал крупнейшим в мире землевладельцем с состоянием в 5 миллионов фунтов стерлингов...[57] /169/


Примечания

1. Hannah Arendt, Elemente und Ursprünge totaler Herrschaft (Frankfurt, 1955), S. 288; Chamberlain, Grundlagen des neunzehnten Jahrhunderts, I, S. 273f.

2. Ibid. (4, Auflage), S. xxxii: Vorwort. I

3. Geoffrey Field, Evangelist of Race, p. 215.

4. Chamberlain, Grundlagen des neunzehnten Jahrhunderts, S. 340; cf. B. Hamann, Hitler's Vienna, pp. 350f.

5. Chamberlain, Grundlagen, S. 257.

6. Ibid., S. 324-326.

7. Report by French and German News Agencies (AFP and DPA) of 2. February, 2000: Por Esto: (Merida, Mexico) of 3. February, 2000, pp. 2—3.

8. Chamberlain, Grundlagen, I, S, 447-448, 450.

9. Ibid., S. 306.

10. Alfred Rosenberg, Houston Stewart Chamberlain als Verkünder und Begründer einer deutschen Zukunft (1927), S. 37.

11. Wilhelm Dibelius, England, Halbband II (1929), S. 205.

12. Chamberlain, Grundlagen des neunzehnten Jahrhunderts, II, S. 569.

13. Ibid., I, S. 335.

14. Ibid., S. 337.

15. Ibid., II, S. 703.

16. H. S. Chamberlain, Mensch und Gott (München, 1921), S. 13; H. S. Chamberlain, «Die Seele des Chinesen»: Neues Wiener Tageblatt vom 15./16. April 1900, zitiert bei Geoffrey Field, H. S. Chamberlain, the Prophet of Bayreuth, p. 495f, 502, 202 mit Hinweis auf R. Kassner, Buch der Erinnerung (Leipzig, 1938), S. 156; Peter Padfield, Himmler Reichsführer-SS (New York, n. d.), p. 54.

17. Chamberlain, Grundlagen des neunzehnten Jahrhunderts, I, S. 483; William Fitchett, Fights for the Flag (London, 1910), pp. 256, 293.

18. Chamberlain, Grundlagen, I, S. 318-319.

19. Ibid., I, S. 313.

20. R. Cecil, The Myth of the Master Race, p. 87.

21. Mendlewitsch, Volk und Hell, S. 138, 140.

22. Chamberlain, Grundlagen des neunzehnten Jahrhunderts, II, S. 884.

23. Ibid., I, S. 307.

25. Ibid., S. 374.

26. Ibid., S. 379f.

27. Ibid., S. 286.

29. Ibid., II, S. 1009.

30. Ibid., I, S. 463, 464; (1915), S. 550 («Die Erben»).

24. Carl Peters, Nationalpolitisches Vermachtnis, S. 74, 30. Vgl. Hans Grimm, Heynade und England, Band I, S. 87.

28. Huttenback, Racism and Empire, S. 16, zitiert Robert Huttenback, British Imperial experience (New York, 1966), S. 102.

31. Ibid., (5. Ausg., 1904), S. 680.

32. Ibid., II, S. 693.

33. Ibid., I, S. 318.

34. Houston Stewart Chamberlain, Kriegsaufsätze (München, 1915), S. 45f (vom 9. Oktober 1914).

35. Chamberlain, Grundlagen des neunzehnten Jahrhunderts, I, S. xxxvi, 274.

36. Ibid., S. 274: «Dilettantismus, Rasse, Monotheismus, Rom».

37. Ibid., S. 278.

38. Ibid., S. 282.

39. Ibid., S. 278; Benjamin Disraeli, Lothair: Benjamin Disraeli, the Earl of Beaconsfield, Novels and Tales, Band XI (London, 1927), p. 131.

40. Paul Hayes, «The contribution of British intellectuals to Fascism», in: Kenneth Lunn & Richard Thurlow, British Fascism. An essay on the extreme Right in interwar Britain (London, 1980), p. 179.

41. Chamberlain, Grundlagen des neunzehnten Jahrhunderts, I, S. 499.

42. Ibid., S. 503.

43. Ibid., S. 375.

44. Ibid., S. 272.

45. Ibid., S. 307.

46. H. S. Chamberlain, Briefe, I, S. 20; Chamberlain, Grundlagen des neunzehnten Jahrhunderts, S. 751.

47. Ibid., S. 316.

48. Mendlewitsch, Volk und Heil, S. 21f.

49. Chamberlain, Grundlagen des neunzehnten Jahrhunderts, S. 141.

50. H. S. Chamberlain, Foundations of the Nineteenth Century (London, 1911), p. 387f.

51. Grundlagen des neunzehnten Jahrhunderts. S. 857.

53. Chamberlain, Grundlagen des neunzehnten Jahrhunderts, S. 313.

54. Ibid., S. 856.

52. Heinrich Himmler, Geheimreden (Frankfurt, 1974), S. 169. Vgl. ibid., S. 38, 46, 220, 247; Guido Knopp, Hitlers Helfer, Täter und Vollstrecker (München 1999), S. 310; Hermann Glaser, Spiesserideologie. Von der Zerstörung des deutschen Geistes (Freiburg/ Breisgau, 1964), S. 236, 16f; vgl. Richard Breitmann, Heinrich Himmler. Architekt der Endlosung (Zürich, 1996), S. I7f.

55. Mendlewitsch, Volk mid Heil, S. 41.

56. Chamberlain, Grundlagen des neunzehnten Jahrhunderts, II (1915), S. 864.

57. Ibid., S. 758, Fussnote 3.

Предыдущая | Содержание | Следующая

Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Дружественный проект «Спільне»
Сборник трудов шаламовской конференции
Книга Терри Иглтона «Теория литературы. Введение»
 
 
Кто нужен «Скепсису»?