Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


Предыдущая | Содержание | Следующая

Заключение

Проведенный анализ конкретно-исторического материала позволяет выявить следующие тенденции генезиса идеи посмертного воздаяния.

Идея посмертного воздаяния порождается классовыми антагонизмами, которые превратно преломляются в мировосприятии эксплуатируемых, осознавших несправедливость социального угнетения и представлявших его неустранимым. Осознание эксплуатируемыми несправедливости и неустранимости этого угнетения происходит лишь на определенном этапе развития классово-антагонистического общества. Поэтому (а также вследствие консерватизма религиозного сознания) идея посмертного воздаяния отсутствует не только в доклассовом, но первоначально и в классовом обществе. Под влиянием обострения классовых антагонизмов, обусловленного прежде всего непрерывной по существу классовой поляризацией, осознание эксплуатируемыми несправедливости и неустранимости социального угнетения постепенно возрастает. В силу этого идея посмертного воздаяния в целом формируется и распространяется по мере эволюции эксплуататорского общества.

Развитие идеи воздаяния после смерти характеризуется многогранностью и противоречивостью. С одной стороны, это объясняется сложностью и противоречивостью осознания эксплуатируемыми несправедливости классового угнетения. Так, это угнетение влияет на осознание социальной несправедливости в экономической, политической, правовой, духовной и других сферах общественной жизни. Причем в ряде случаев и в определенных пределах этому осознанию в большей мере способствует угнетение не в экономической, а в политической, правовой, духовной и иных сферах. С другой стороны, при известных условиях осознание эксплуатируемыми неустранимости классово-социального угнетения сильнее влияет на формирование идеи посмертного воздаяния, чем осознание ими несправедливости этого гнета.

Вызревание этой идеи зависит также от преемственности в развитии классовых антагонизмов и религии, от влияния философско-этических учений, от заимствований религиозных представлений.

Особенности исторических условий генезиса этой идеи в разных странах и религиях обусловливают в каждом конкретном случае различный уровень ее развития и распространения, а также появление в ней специфических черт. Конкретный же анализ ее формирования показывает, что слабое развитие или отсутствие идеи посмертного воздаяния в культах, предшествовавших мировым религиям, является закономерным и подтверждает оценку религии, как опиума народа.

Объективной основой развития идеи посмертного воздаяния является не только потребность эксплуатируемых в религиозно-иллюзорном преодолении классово-социального угнетения, но и потребность эксплуататоров в более эффективных средствах идеологического подавления угнетенных. Противоположность классовых интересов эксплуататоров и эксплуатируемых в оценке социальной значимости этой идеи обусловливает противоречивость в ее истолковании ими. Компромисс угнетателей и угнетенных в истолковании идеи воздаяния после смерти достигается прежде всего за счет создания извращенной, специфически религиозной морали, порожденной этой идеей, а также за счет включения в религиозный нравственный комплекс, связанный с идеей посмертного воздаяния, светской, общечеловеческой морали (простых норм нравственности). В результате социальный протест угнетенных, содержавшийся в этой идее, значительно ослабляется.

Порожденная социальным протестом эксплуатируемых против классовой эксплуатации, идея воздаяния после смерти становится такой формой этого протеста, которая заставляет их смиряться с социальным угнетением, превращая тем самым религию в подлинный опиум народа. Поскольку, таким образом, эта идея позволяет религии наиболее адекватным способом иллюзорно компенсировать практическое бессилие эксплуатируемых, постольку с ее помощью религия достигает наивысшего этапа в своем развитии, а культы, основанные на ней, повсеместно распространяются в классовом обществе и вытесняют противоречившие им религии (или религиозные представления). При этом по мере вызревания идеи воздаяния после смерти степень реакционности ее классово-социальной функции возрастает.

Вследствие антиэксплуататорской (по видимости) направленности идеи посмертного воздаяния угнетатели не могут сразу понять реакционную классовую функцию этой идеи и преследуют культы, содержавшие ее. В результате ослабления антиэксплуататорской направленности идеи воздаяния после смерти и осознания угнетателями реакционной классовой функции этой идеи эксплуататоры начинают использовать ее для защиты своих классовых интересов сознательно. Поэтому основанные на ней религии из преследуемых, еретических превращаются в господствующие и официальные.

Эти выводы и вскрытая в книге картина конкретно-исторического генезиса идеи воздаяния после смерти позволяют глубже понять механизм порождения антагонистическим базисом религиозной надстройки (особенно идеологической), полнее проследить взаимосвязь формирования идеи потустороннего воздаяния со становлением мировых религий и их морали.

Нечего и говорить, что примененные мной методы раскрытия объективной логики идей, в первую очередь, религиозных, можно использовать далеко за пределами того предмета, к которому они прилагались. Не составит теоретического труда использование этой методологии для аналогичного анализа закономерностей вполне земного бытия идеи посмертного воздаяния в индуизме, буддизме, исламе, иудаизме и других религиях, для выявления диалектики этой идеи и более широкой религиозной идеи – спасения эксплуатируемых от гнета эксплуататоров. Главное же, что эти рассуждения дают, состоит в обосновании простой мысли о вполне, всецело земном происхождении самых священных, самых почитаемых, сакральных идей в самых различных вероучениях. Наука может и должна проследить за реальным формированием того идейного материала, который составляет суть сокровенных надежд миллионов людей – надежд на то, что там, за гробом, по делам их воздастся им.



Предыдущая | Содержание | Следующая

Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Александр Воронский
За живой и мёртвой водой
«“Закон сопротивления распаду”». Сборник шаламовской конференции — 2017
 
 
Кто нужен «Скепсису»?