Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


О сказках, религии и вере в существование бога

От редакции «Скепсиса»: Публикацию этой статьи мы посвящаем памяти академика Виталия Гинзбурга (4.10.1916 - 8.11.2009), лауреата Нобелевской премии, одного из последних исследователей, символизировавших эпоху подлинной науки, науки высоких достижений. Его теоретическое наследие в области физики огромно: он изучал распространение радиоволн, происхождение космических лучей, термоядерные реакции, физику плазмы, сверхпроводимость и сверхтекучесть – после него осталось 12 монографий и более 400 научных статей.
Несмотря на свою активную научную деятельность, Виталий Лазаревич не оставался в стороне от процессов, происходящих в нашем государстве и обществе, и не боялся высказывать свою точку зрения. Он всегда занимал чёткую гражданскую позицию и запомнился нам как непримиримый атеист и популяризатор науки. Именно Гинзбург стал основателем Комиссии по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований при Президиуме РАН. Он активно боролся с введением в школах основ православной культуры (за что ряд православных общественных движений потребовали суда над учёным), а в 2007 году стал одним из инициаторов знаменитого «Письма десяти академиков» тогдашнему президенту В.В. Путину, выражающего беспокойство «всё возрастающей клерикализацией российского общества» и «активным проникновением церкви во все сферы общественной жизни». Письмо осталось без ответа, а ученый стал объектом беззастенчивой травли со стороны тех, кто, понимая, что в открытой и честной полемике с Гинзбургом они обречены на поражение, прибегли к откровенной подлости, обвинив академика, чьи заслуги перед человечеством бесспорны, в «пропаганде ненависти», «лжегуманизме», «патологической лживости», «ксенофобии» и пригрозив ему «нарами».
Для нас Виталий Лазаревич останется образцом настоящего человека – выдающегося ученого и смелого общественного деятеля.

В приложении НГ – Религия к «Независимой газете» от 20 февраля 2008 г. опубликована статья Е. Водолазкина «Как понимать свою культуру? (еще раз о «Письме десяти академиков»)». Автор критикует это «Письмо» с различных точек зрения, но в отличие от некоторых своих единомышленников, делает это, не нарушая, по крайней мере, элементарных правил вежливости, а лишь поучает нас, не филологов, с высоты своей принадлежности к текстологической школе, которая на «материалистическом видении мира не базируется».

Право Е. Водолазкина считать, что авторы «Письма» (я один из них), если даже и являются специалистами в своих областях науки, но мало понимают в отношении религии и современной политики Русской Православной Церкви (РПЦ).

Многое на эту тему уже написано, и я не стал бы даже писать настоящую статью, если бы совершенно неверным и фальшивым не был бы основной тезис Е. Водолазкина. Именно, он пишет: «Хочу сообщить авторам “Письма” главное: Бог есть. Доказывать это здесь нет необходимости уже хотя бы потому, что академики не доказали противоположного. Строго говоря, это тот пункт, где ни одной из сторон доказательства не нужны: это вопрос веры».

Это есть вариант довольно часто встречающегося утверждения, что атеисты просто в существование Бога не верят, а религиозные люди в существование Бога верят, вот и все. Но это в корне ошибочно, ибо слово «вера» очень растяжимо, и вера атеиста и вера религиозного человека это совершенно разные «веры». Вера атеиста основана на знании, это вера в действительно существующее, в факты, в науку. Скажем, школьник верит в справедливость таблицы умножения и, например, в то, что 6×8=48. Он верит таблице, но может легко проверить ее справедливость, воспользовавшись, например, кубиками или оловянными солдатиками. Физик верит в закон сохранения энергии не потому, что так говорят и пишут, а потому, что справедливость этого закона твердо установлена бесчисленными опытами. Вообще вера в справедливость тех или иных научных утверждений всегда основана на практической деятельности людей: мы не просто верим в закон всемирного тяготения, мы рассчитываем траекторию спутника и запускаем его с помощью космической ракеты. На этом стоит научное мировоззрение.

Религиозная же вера основана на том, что написано в Библии или Коране (для конкретности, ограничиваюсь монотеистическими религиями – иудаизмом, христианством и исламом). Библия и Коран буквально пропитаны различными чудесами. Чудесами же называют обычно нечто, что противоречит научным законам и экспериментальным данным. Таковы воскрешение из мертвых, непорочное зачатие, существование ангелов, чертей, рая, ада и т.д. Все это выдумки, фикция. Это на современном языке, по современным понятиям, просто сказки. Поставить создание этих сказок в упрек авторам Библии нельзя, ибо тысячелетия или «только» много столетий назад наука еще находилась в младенческом состоянии, и можно было выдумывать почти все, что угодно. Другими словами, все эти чудеса – плод религиозного мировоззрения, принципиально отличающегося от научного мировоззрения. Итак, существуют два совершенно разных мировоззрения – научное и религиозное. Им отвечают и две различные «веры» – вера в истину, в реальный мир, и вера в сказки. К сожалению, не только дети, но и многие взрослые люди продолжают верить в сказки, пусть не в то, что их нашли в капусте, но, практически, во все, что угодно, и просто печально, когда взрослые люди, подобно Е. Водолазкину, не видят или, скорее, не хотят видеть глубокой пропасти между указанными мировоззрениями и «верами». Подробнее на эту тему я писал недавно[1], и нет возможности здесь все повторять. Библия – очень ценное историческое и художественное произведение, но считать ее священной книгой – дело верующих. Очистите Библию и Коран от чудес, от всяких молитв, ряс, кадил и т.п., и что же тогда от религии останется? Останется немногое, так сказать, по объему, но, конечно, очень важное по существу. Останутся «заповеди» и, вообще, этико-моральные принципы, которым люди должны следовать. Но «заповеди» древнее религий, и последние просто их адаптировали, включив в свое вероучение. И можно (и нужно!) отделять вопросы морали и этики от религии. Примером такого решения является светский гуманизм (см. книгу, указанную в примечании 1).

Итак, религии это, в значительной мере, собрание древних сказок плюс ряд, если угодно, правил человеческого поведения. Конечно, я здесь упрощаю, но ведь не пишу целый трактат на религиоведческие и философские темы. Мне лично совершенно непонятно, как такое огромное количество людей может и во взрослом возрасте верить в эти сказки. Так уж люди устроены, такого же типа эффект наблюдается и сегодня, когда сказки про Гарри Поттера издаются миллионными тиражами во всем мире. У нас, если не ошибаюсь, издано 7 таких книг, причем тиражами, какие сегодня и не снятся при издании у нас не только научных книг, но и научно-популярной литературы. Последнее очень печально, и ситуация здесь должна быть изменена, иначе расцвет науки в России невозможен.

Так или иначе, сказки очень живучи и очень популярны. К этой области относится и вера в гороскопы. Астрология, как в наше время уже доказано и передоказано, это чепуха, лженаука. А люди верят, и даже такие, казалось бы, солидные газеты, как «Известия», публикуют гороскопы на каждый день. И все мои попытки побудить редакцию «Известий» перестать нагло обманывать читателей, остались безуспешными[2]. Одно из возможных объяснений популярности гороскопов это некоторые психологические эффекты. Устойчивость религиозных верований объясняется и тем, что религия может утешать, особенно перед лицом болезни и смерти. Я не сомневаюсь в том, однако, что у религии, по крайней мере, в современных формах, такая же судьба, как и у астрологии. К сожалению, ждать широкого отказа от религии придется еще довольно долго.

Во избежание недоразумений хочу подчеркнуть, что необходимо различать религию и веру в существование Бога. Разумеется, религиозный человек верит в существование Бога или богов, но не наоборот. Можно верить в существование какого-то высшего существа, творца, абсолюта (называйте это как угодно), но совершенно не принимать, не верить, не исповедовать какие-либо конкретные религии. С такой позицией мне не раз случалось сталкиваться и она, в известной мере, понятна. Какой-нибудь комар или муравей, не говоря уже о более развитых организмах, при ближайшем рассмотрении оказывается очень сложным существом и его происхождение и эволюция не во всем ясны. Да и вообще окружающий нас мир сложен и далеко не всё существующая наука может объяснить. Особенно важно, что еще не выяснен вопрос о происхождении жизни. Не ясно и происхождение сознания, разума. Современная наука не дает сколько-нибудь четкого и полного ответа на эти вопросы. Но на пути их выяснения многое уже сделано, особенно за последние два столетия. Имею в виду, в первую очередь, выяснение существования эволюции и в живой, и в неживой природе. Особенно важную роль в этом отношении сыграли труды Дарвина, опубликованные в 1859 и в 1871 гг. (в последнем случае речь идет об эволюции человека). Если детали эволюции некоторых организмов являются еще дискуссионными, то сам факт эволюции человека от обезьяноподобного предка до современного человека (Homo sapiens) доказан совершенно надежно. Между тем, согласно Библии, человек и животные созданы Богом сравнительно недавно, причем сразу такими, какими они являются сегодня. Это и есть креационизм (согласно словарю: креационизм – религиозное учение о сотворении мира Богом из ничего; характерен для теистических религий). Креационизм и наука совершенно несовместимы, и поэтому вопрос о креационизме и, в частности, о его преподавании в школе оказался в фокусе дискуссий о религии и науке, о противопоставлении науки и религии.

Развивая сказанное выше, можно понять людей нерелигиозных, но на вопрос «верите ли Вы в религию и существование Бога», отвечающих: я не верю и не исповедую какую-либо религию, но думаю, что какой-то Бог существует, «что-то такое есть». И действительно, вера в существование Бога гораздо шире религиозной веры в обычном понимании этого слова. Ведь легко придумать такую схему, в которой Бог существует, но доказать его отсутствие невозможно. Таков, например, деизм: «религиозная философская доктрина, которая признает Бога как мировой разум, сконструировавший целесообразную «машину» природы и давший ей законы и движение, но отвергает дальнейшее вмешательство Бога в самодвижение природы (т.е. в «промысел Божий», чудеса и т.д.), и не допускает иных путей к познанию Бога кроме разума». Очевидно, доказать отсутствие такого Бога невозможно. То же относится, насколько понимаю, к пантеизму. Можно сказать, что при такой вере в Бога его роль сводится к замене ответа «не знаю» на слово-ответ «сотворил Бог».

Атеисты считают такой ответ по существу просто словесной уловкой, и полностью отрицают существование Бога. Ясно, что доказать здесь строго логически ничего нельзя, речь идет о так называемых «интуитивных суждениях». Смысл и роль таких суждений – это философский вопрос, останавливаться на котором здесь было бы неуместно[3].

Центральным пунктом, где сталкивается наука и религия, как сказано, является креационизм. Ведь согласно Библии, человека и весь животный мир Бог мгновенно и лишь тысячелетия назад создал из ничего. Вместе с тем, наука доказала существование эволюции, в частности, в отношении человека. Данные антропологии не оставляют здесь никаких сомнений. Теория эволюции, построенная сначала в ХIX-м веке, как и вся наука, развивается, и не все в отношении эволюции различных организмов еще ясно. Но, повторяю, сам факт эволюции и несостоятельности креационизма доказан. Т.о. в этом пункте особенно зримо сталкиваются научное и религиозное мировоззрения. Под влиянием фактов многие религиозные конфессии и секты либо обходят вопрос о креационизме, либо как-то смягчают эту проблему. Насколько я знаю, православие сохраняет креационизм в основе своего вероучения, например, Патриарх Московский и всея Руси Алексий II так и заявил: «Никакого вреда не будет школьнику, если он будет знать библейское учение о происхождении мира. Осознание человеком, что он является венцом творения Божьего – только возвышает его, а если кто хочет считать, что он произошел от обезьяны, пусть так считает, но не навязывает этих взглядов другим». Это высказывание, как и многие другие замечания православных иерархов не оставляют сомнений в том, что они собираются пропагандировать в школе в курсе «Основы православной культуры», этом закамуфлированном варианте «Закона Божьего». Но, как сказано, креационизм противоречит науке, и это не мнение каких-то 10 академиков, а мнение самых широких научных кругов.

Задача школы – воспитать из детей, верящих в сказки, образованных взрослых людей. И с этой задачей внедрение в школу креационизма несовместимо. Это и есть один из основных тезисов «Письма десяти», как и многих других статей. Насколько знаю, в России решено сейчас вести в школах (по примеру, скажем, Германии) некий предмет (под названием «Духовно нравственная культура»), который должен быть как бы двуглавым. По выбору учеников и их родителей они могут выбирать одну из двух возможностей; «одна голова», одна подгруппа детей должна изучать этику, законы нравственности, а «вторая голова», вторая подгруппа будет знакомиться с религией (практически, в России с православием или с исламом, в зависимости от вероисповедания в данной области страны). Возможно, насколько понимаю, и существование двух религиозных подгрупп второго типа – одной православной, а другой мусульманской. Ну что же, такая схема реализует, в принципе, требование, связанное с одним из основных прав человека – правом свободы совести. Я, правда, считаю, что без противоречия с этим принципом, правильнее было бы иметь один предмет, а не параллельные подгруппы. В рамках этого предмета можно и нужно осветить и религиозные вопросы. Но такое решение не устраивает религиозные круги. Не место здесь спорить на эту тему, я хочу лишь сказать, что школа (конкретно, руководители школы, учителя и родители) должна следить, чтобы креационизм не оказался в центре обучения (правильнее было бы говорить в этом случае об антиобучении).

Сказанное за рубежом хорошо известно. Этому вопросу была посвящена даже специальная резолюция 1580 от 4 октября 2007 г. Парламентской Ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ), членом которой является и Россия. Эта резолюция так и называется «Опасность креационизма для образования». К сожалению, эта резолюция у нас не была широко известна. Сейчас она, наконец, опубликована[4]. В «резолюции», в частности, говорится, что ее целью является: «предостеречь от определенной тенденции подменить науку верованием. Необходимо отделить веру от науки». И далее, «ПАСЕ обеспокоена возможностью нездоровых последствий распространения идей креационизма в рамках образовательных систем». Очень хотелось бы мне процитировать всю «резолюцию ПАСЕ», но это, к сожалению, невозможно. Хочу лишь подчеркнуть ее актуальность для нас. Проникновение креационизма в школу, да и любую другую область общественной жизни глубоко реакционно и будет являться тормозом на пути развития России.

Опубликовано с незначительными сокращениями в «Независимой газете» №100 (4448) от 21 мая 2008 г., приложение «НГ-Религии» №8 (223) под названием «О сказках и вере в существование Бога».
Электронный вариант – на сайте «Трибуна УФН» [Оригинал статьи].


По этой теме читайте также:



Примечания

1. См. статьи в «Новой газете» № 64 (2007) и № 4 (2008) и книжку: Гинзбург В.Л. Об атеизме, религии и светском гуманизме. Москва: РГО, 2008. В этой книге собраны некоторые статьи автора; многие из них имеются и на сайте: www.ufn.ru, раздел «Трибуна УФН».

2. См. мою статью «Астрология и лженаука» в той же упомянутой моей книжке, а также в журнале «Наука и жизнь» № 1, стр.12 (2008).

3. См., например: Фейнберг Е.Л. Две культуры (интуиция и логика в науке и искусстве). 3-е издание. Фрязино: Век-2, 2004; см. также: Вопросы философии, № 7, 1997, стр. 54.

4. «Учительская газета» от 1 апреля 2008. Резолюция будет опубликована также в журнале «Здравый смысл» № 3, 2008. См. также популярный журнал «Новое время» (The new times) от 31 марта 2008, № 13, стр. 52.

Имя
Email
Отзыв
 
Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Дружественный проект «Спільне»
Сборник трудов шаламовской конференции
Книга Терри Иглтона «Теория литературы. Введение»
 
 
Кто нужен «Скепсису»?