Следите за нашими новостями!
 
 
Наш сайт подключен к Orphus.
Если вы заметили опечатку, выделите слово и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо!
 


Предыдущая | Содержание | Следующая

Предисловие автора к русскому изданию

Появление на русском языке моего учебника для меня радость и большая честь. Это событие исполнено особого смысла как возможность общения с коллегами и студентами, изучающими социологию на русском языке. Но, кроме того, я приветствую перевод моей книги как еще одно подтверждение того, что идеи и перспективы нашей науки все больше становятся интернациональными в условиях, когда медленно и все-таки неминуемо исчезают политические и культурные барьеры на пути распространения общественных наук.

Эта книга — прямой перевод с английского без существенных изменений, и читатели заметят в ней определенные западные пристрастия. Большинство концепций и теорий, рассмотренных в книге, относятся к США. Нет смысла оправдываться: ведь автора сформировал Запад, и книга была написана прежде всего для студентов американских колледжей и университетов. Но пристрастие автора действительно создает некоторые ограничения, поскольку книге не достает сравнительного материала и проникновения в особенности российского общества. В то же время я прошу читателей проявить терпение и учесть два преимущества, которые, быть может, содержит книга для русских читателей. Эти страницы многое расскажут об американском обществе, свободное и объективное знание о котором десятилетиями оставалось для советских студентов недоступным. Еще важнее, я знаю, то обстоятельство, что многие мысли и методы исследования, о которых рассказано в книге, применимы ко всем обществам несмотря на их особую историю и социокультурные традиции. В связи с этим я приглашаю читателей в ходе чтения вести со мной диалог, критически оценивая применимость содержащихся в книге социологических теорий и принципов ко всем другим обществам вообще и к российскому в частности. /11/

Эта книга выходит в то время, когда российское общество переживает период перемен — один из наиболее драматических в своей истории. Несомненно, историки теперь сотни лет будут рассматривать десятилетие после 1985 года как водораздел в российской истории, но мы пишем в середине этого периода и не можем точно предсказать, что принесет следующее десятилетие. Мы, однако, можем предположить, что ряд важных спорных проблем социологии, которые выявила советская и российская история за последние десятилетия, — это проблемы настолько существенные, что они заставляют нас коренным образом изменить самую структуру социологии. Среди этих спорных проблем я считаю наиболее важными следующие.

Исторический опыт Советского Союза окончательно показал непрочность власти государства. Советский эксперимент, быть может, — наиболее экстремальный во всем мире пример проникновения государства в общественные структуры. Многие из нас, считавших советский режим всего лишь альтернативным типом политической системы — и в большой мере так оно и было, — оказались захваченными врасплох, когда в определенный исторический момент он рухнул так быстро и полностью. Мы не знаем, каково будущее государственной власти в России; это, видимо, совершенно открытый вопрос. Но мы твердо знаем, что государство, даже такое всемогущее, как советское, не может существовать, если отсутствуют социальные условия, способные в достаточной мере обеспечить законность.

Те, кто знаком с историей западного рыночного капитализма, знают о его ранних завоеваниях в Европе и Северной Америке, о его крайностях, постепенном развитии регулирования рынка (подчас доходившего до государственной собственности в некоторых европейских странах) и о дальнейшем его превращении в капитализм процветающих государств. Было бы ошибкой утверждать, что в России экономическое и политическое развитие повернуло вспять: ведь перед событиями 1917 года капитализм уже достиг здесь определенной степени развития. Тем не менее "коммунистический" период в Советском Союзе возвестил новую эру — административно-командной системы производства, цен и распределения, эру, когда был в корне отвергнут рыночный принцип. Эта система рухнула, и в России идет борьба за восстановление рынка в качестве главного экономического института. Каким бы ни был конечный результат борьбы, "капиталистическая" Россия не будет повторять путь развития "капиталистического" Запада — из-за особенностей своего политического и экономического /12/ наследия в XX в. Короче говоря, экономическая эволюция России в следующие десятилетия заставит нас пересмотреть и подвергнуть переоценке наши нынешние теории развития.

Во многих отношениях история Советского Союза — и вообще история Восточной Европы после второй мировой войны — преподала нам урок, суть которого лучше всего выражает следующая фраза: "неукротимость примордиального* (*примордиальный — первичный, исконный. (Ред.)) в обществе". Западная социология, от Ф.Тенниса до наших дней, была введена в заблуждение представлением о том, будто рост сложных, рациональных, целенаправленных организаций означает общее ослабление примордиальных сил. Более того, много раз в своей истории Советский Союз пытался подавить семью, религию и прежде всего этническую общность — нацию. В конечном счете эта попытка потерпела неудачу. Стремление к национальной независимости было в сущности одним из главных факторов, приведших к окончательному крушению советского коммунизма. В настоящее время эти исконные силы — одним словом, силы Гемайншафт** (** Ф.Теннис определяет Gemeinschaft (нем.) как общину, в отличие от Geselischaft — общества) — видимо снова заявляют о себе в региональном, этническом и лингвистическом сознании, в социальных движениях и в политической борьбе во всем мире. Эти события требуют, чтобы социологи переосмыслили прежние теории социальных перемен и обратили на примордиальные структуры достойное внимание, какового они всегда заслуживали, но которое не всегда им уделялось.

Таковы некоторые мысли, которыми я хотел бы поделиться с новой аудиторией, той аудиторией, что появляется благодаря переводу моей книги на русский язык.

Хочу выразить благодарность профессору Владимиру Ядову за идею перевода книги и за то, что он взял на себя трудную задачу организации ее издания в России. /13/

Нейл Дж. Смелзер
Беркли, Калифорния

Предыдущая | Содержание | Следующая

Спецпроекты
Варлам Шаламов
Хиросима
 
 
Александр Воронский
За живой и мёртвой водой
«“Закон сопротивления распаду”». Сборник шаламовской конференции — 2017
 
 
Кто нужен «Скепсису»?